© "Семь искусств"
  январь 2018 года

Виктор Гопман: Как на вулкане…

Разумеется, нельзя побывать в Неаполе и не зайти в расположенное в самом центре кафе «Гамбринус», главную кондитерскую города. Гамбринус известен человечеству как создатель пива или, строго говоря, как смертный, донесший до людей секрет пивоварения от бессмертных Озириса и Изиды.

Виктор Гопман

Как на вулкане…

Поездка по югу Италии

       Нет, действительно, как на вулкане. Это в самую точку про нашу последнюю итальянскую поездку. И что, по-вашему, можно еще сказать, если из окон гостиницы виден Везувий, причем виден в высшей степени отчетливо, буквально рукой подать. Надо ли напоминать, что Везувий — единственный действующий вулкан континентальной Европы и что наиболее известное извержение, уничтожившее древнеримские города Помпеи и Геркуланум, произошло в 79 году — то есть, в сущности, не так уж и давно, а курится вулкан и по сей день. Народ к этому вроде бы подпривык, но… «Помните! Погибла Помпея, когда раздразнили Везувий!».

       Это был организованный тур. В смысле, организованный туристической фирмой, а не нашими собственными усилиями. Основной плюс такого тура — окружение заботой, что называется, от Бен-Гуриона до Бен-Гуриона. Автобус ждет тебя в аэропорту прибытия, довозит прямиком к подъезду гостиницы, а потом, на протяжении всего срока пребывания в стране, доставляет ко всем заранее оплаченым местам, представляющим интерес для туриста, и в конечном итоге привозит к обратному рейсу.

       При самостоятельной же поездке ты предоставлен сам себе, и всю информацию, от которой зависит твое благополучие как туриста и как человека, приходится добывать самолично. Правда, сейчас, благодаря всемирной паутине, делать это не столь уж трудно. Надо просто быть методичным и упорным.

       Итак, определяешь (ну, не самолично, разумеется, а по подсказке жены) желательную цель поездки и оптимальное время, с учетом в первую очередь погодных условий и календаря — дабы не попасть на красные дни, а тем паче на религиозные праздники, когда нигде не пройти, не проехать, к коренному населению добавляются толпы паломников и любопытствующих иностранцев, при этом не говоря уж о взлетающих к небесам ценам. Да, и еще большинство музеев закрыто — в честь праздничка.

 Везувий в дымке

Везувий в дымке

       Следующие два решения принимаются практически одновременно: авиабилеты и гостиница. Поиск билетов можно начинать с любого места — всё равно через пару часов ты будешь погребен под лавиной контекстной рекламы, и этот поток не иссякнет еще долгое время после того, как ты уже произвел платеж и распечатал соответствующий проездной документ. А купив авиабилеты, ты тем самым предопределяешь даты проживания в гостинице — от и до. Что же касается выбора жилья, то разумно прибегнуть к услугам TripAdvisor — мощного ресурса, с помощью которого можно найти гостиницу где угодно и по любой цене, в том числе и по той, которую ты считаешь разумной. Зайдя на сайт гостиницы, рассматриваешь ее снаружи и изнутри — включая интерьеры, обустройство и убранство номеров, плюс гостиничные рестораны с накрытыми столами, — что дает некоторое представление об ожидаемой кормежке. Полезно также ознакомиться с отзывами постояльцев — как превозносящих, так и хающих свое временное жилье.

Перед вылетом следует посетить сайт аэропорта прибытия. Там расскажут, как лучше добраться до города вашего назначения — автобусом ли, либо электричкой, или на такси, сколько времени на этой потребуется и сколько будет стоить. Методичные немцы снабдят детальный рассказ схемой маршрута, по которому следует катить свои чемоданы, но даже беспечные итальянцы укажут, что надо идти через главный выход, а потом направо, вдоль здания аэропорта, где через триста метров вашим глазам предстанет автобусная остановка. На том же сайте вам предложат приобрести билет на автобус до города он-лайн, и не отказывайтесь от этого предложения, поскольку билет, незамедлительно распечатанный на собственном принтере, задокументирует вашу уверенность в правоте своего дела, давая при этом право на посадку в автобус без очереди; к тому же купленные таким манером билеты обходятся дешевле, чем добытые с боем в местной кассе.

Собственно говоря, в режиме он-лайн, дома и заранее целесообразно покупать любые билеты — в музей ли, на транспорт, на экскурсию, поскольку это обходится, как правило, дешевле, чем уже по прибытии в страну вашего назначения; к тому же важно найти на сайте волшебное заклинание Skip the line, утверждающее ваше право на вход без очереди. При этом, разумеется, не следует забывать прекрасную фразу из «Далекой Радуги» Стругацких: «Существует очередь внеочередников, и ты там восьмым…».

Впрочем, справедливости ради заметим, что организованные туристы под водительством гидов также проходят без очереди. Но желательно помнить, что группа — она и есть группа, это некая совокупность, движущаяся как единое целое. Потому если вы захотите задержаться в какой-то точке маршрута, полюбоваться подольше открывшимся видом или выбрать кадр поудачнее, то ждать вас никто не станет.

Кстати о ценах в области туризма: я неоднократно пытался выяснить — причем из разных источников — раскладку составляющих (входной билет, услуги гида, транспорт и проч.), и всякий раз без толку. А цена-то никак не может быть одинаковой для всей группы — потому хотя бы, что ведь не все члены группы являются пенсионерами, для которых обычно предусмотрены скидки (по предъявлении паспорта или его ксерокопии). Есть, правда, исключения из этого гуманного правила — не обладаю информаций для составления исчерпывающего списка, но вот в Дрезденской галерее, к примеру, нас заставили выложить за билет по полной. Зато в итальянских музеях бывали случаи, когда кассир, повертев в руках израильский паспорт, говорил: «Конечно, скидки мы предоставляем для граждан стран ЕС, ну, да ладно…». Единственное, в чем единодушны все опрошенные мною: максимальная составляющая — это стоимость транспортных услуг (то есть, автобуса).

Вообще, когда задумываешься о системе ценообразования, практикуемой отдельно взятыми туристическими структурами (курсивом выделена наша оговорка, мы же ведь против огульного охаивания — а тут всего лишь частное мнение частного лица), то невольно вспоминается классический диалог коллег на восточном базаре: «Я торгую корзинами по динару, и это очень дешево, потому что мне ничего не стоят ивовые прутья — я их просто краду. А ты, я вижу, продаешь товар и вовсе за полдинара — как это у тебя получается?» — «Да легко! Я краду готовые корзины».

       И о подготовке к поездке. Делать это следует с максимальным тщанием, не надеясь исключительно на сопровождающих. Мы, например, первым делом покупаем гид, из серии Eyewitness Travel, богато и всесторонне иллюстрированный, снабженный большим количеством карт и схем. Затем отдаемся на добрую волю Гугла и ищем, ищем, ищем… Не пропуская ничего — ни официальных сайтов, ни отзывов отдельно взятых путешествеников. Обязательно ищем чаты, поскольку народ — то есть, в массе своей, как коллективный разум — знает всё! К примеру, разумно ли пить воду из-под крана, как удобнее добраться из аэропорта в город, где можно на практике ознакомиться с местной кухней, чего надо опасаться путешественнику: вообще, в конкретных районах города или после наступления темноты… Правда, не все информационные источники из числа названных существуют на русском — но что поделаешь, говорила же котенку мама-кошка: учи иностранные языки! Кстати насчет чатов: польза веток на русском не столько в их «понятности», сколько в том, что там обсуждаются проблемы, более актуальные для человека, русского в глубине души (пусть и с израильским паспортом).

  Для примера рассмотрим опыт двух недавних поездок: на юг Испании и на юг Италии. Так, для предпоследней нашей поездки — которая на юг Испании — мы нашли в Севилье гостиницу в пяти минутах ходьбы до Кафедрального собора, то есть, до формального центра города, и буквально в семи минутах от автовокзала, куда приходит аэропортовский автобус. Те же семь минут требовалось, чтобы добраться ранним утром до стоянки автобусов, откуда отправлялись все наши заранее заказанные экскурсии — в Гранаду, Кордову, Херес-де-ла-Фронтера, Кадис, а затем и в Гибралтар. И вовсе четыре минуты до реки с волшебным именем Гвадалквивир. А вот последняя наша (в хронологическим, надеюсь, смысле) поездка была по югу Италии: от Неаполя по Амальфитанскому побережью, далее вниз по каблуку Итальянского сапога, а потом обратно, с посещением не только достаточно известных Сорренто, Бари, Лечче и относительно известных — таких, как Альберобелло, Апулия, Пестум, но и вовсе неизвестных (как всегда в подобных случаях, говорю только за себя) мест: Базиликата, Матера, Остуни… Попробуй спланировать такой рваный маршрут, полагаясь только на общественый транспорт, попробуй рассчитать все стыковки и пересадки — нет, тут не обойтись без индивидуального, привязанного к нуждам группы, автобуса, за рулем которого крайне желателен опытный водитель, знакомый со всеми безумными извивами трассы (поездку по Амальфитанскому побережью можно уподобить головокружительной езде по крымским серпантинам). Необходимость организованного тура в таких случаях очевидна.

Еще один немаловажный момент — еда. Положим, на Юге Италии или Испании, хотя бы в пределах туристического сектора, говорят по-английски. И еда в общепите более-менее знакомая: пицца она и есть пицца, паста, то есть макароны, — тоже дело ясное, паэлья — это, грубо говоря, плов, пусть и с добавлением морепродуктов, испанская тортилья — это, в сущности, омлет с картофелем, который вполне может служить самодостаточным завтраком… В общем, голодным не уйдешь. А вот, скажем, в Китае… Здесь необходимо целиком и полностью положиться на организаторов тура: чтобы привезли, куда надо, и покормили буквально с ложечки. И попросили, чтобы принесли эти ложечки, или вилочки — поскольку не все умеют обращаться с палочками. Английский же там — нулевой даже в продовольственном секторе, не говоря уж о том, что еда и на вид незнакомая.

Но хватить размазывать белую кашу по чистому столу. К делу. Итак, Юг Италии. Из аэропорта Неаполя нас привезли в городок Нола (население порядка 35 тыс. человек, 30 км от Неаполя), славный в первую очередь тем, что там родился Джордано Бруно. Жилье — пятизвездная гостиница, с первого взгляда очертаниями напоминающая Везувий и потому именуемая «Вулкано Буоно», то есть, «Хороший вулкан» (или «Добрый вулкан», это уж как угодно); назвать же его добрым после того, что он — или заключенные в нем злые силы — сделали 24 августа 79 года с близрасположенными городами Помпеи и Геркуланум, язык не очень поворачивается… Гостиница неплохая, хотя на пять звезд (мое личное мнение) не тянет. Завтрак — для Италии — вполне удовлетворительный (хотя не Испания, конечно, и не Германия). Но вот месторасположение… Англичане говорят: in the middle of nowhere, по-русски скажем: в чистом поле. До городка Нола от гостиницы теоретически должен ходить бесплатный шатл, но на практике это минут сорок пешочком, потом на электричке с полчаса, да и вокзал Неаполя, куда она прибывает, отнюдь не в центре города. Можно, конечно, и на такси, да только обойдется это не менее 50 евро. Так что мы решили: гори огнем, будем придерживаться общенародной программы, тем более, что по Неаполю мы с женой уже хаживали самостоятельно, лет пять тому назад.

А общепринятая программа предусматривала, разумеется, обзорную экскурсию, с посещением знаковых мест, включая замок Кастель Нуово, сооружение которого началось в конце XIII века при Карле Анжуйском и длилось около трех лет. По завершении строительства монарх сделал его своей резиденцией, закрепив тем самым за городом статус столицы Неаполитанского королевства. Суровая мощь стен и башен обеспечивала надежную защиту как от вражеских сил, так и от сил природы. К примеру, страшное землетрясение 1456 года, разрушившее почти весь Неаполь, не нанесло замку практически никаких повреждений.

Кастель Нуово

Кастель Нуово

   Во время этого посещения Неаполя мы, наконец, добрались до расположенного отчасти на отшибе Национального археологического музея с определенной целью: посетить его Секретный кабинет, полное название которого — «Секретный музей эротического искусства в Неаполе». Нравственный климат Древнего Рима, равно как и то, что принято именовать «облико морале» тамошнего и тогдашнего населения, судя по ряду признаков, были далеки от идеалов, о чем свидетельствуют, в числе прочего, и многочисленные образчики тогдашнего изобразительного искусства, включая фрески, скульптуры, малую пластику, представленные в этой уникальной экспозиции. Достаточно сказать, что король Франциск I в 1819 году особым распоряжением дозволил знакомство с коллекцией Gabinetto segreto только мужчинам «зрелого возраста и устоявшихся моральных принципов», исключив, по определению, доступ женщин и тем паче детей. Ограничения, основанные на гендерных стереотипах, были сняты лишь в 2000 году.

   Вспомним в этой связи написанный в начале 1930-х годов рассказ Ивлина Во «Морское путешествие», героине которого повезло: ее братец, искусствовед, обладал определенными рисовальными способностями, благодаря чему смог дать ей некоторое представление о фресках Кабинета — доступ куда даже для эмансипированных европейских дам оставался закрытым на протяжении еще семи десятилетий.

Национальный археологический музей Неаполя. Секретный кабинет

Национальный археологический музей Неаполя. Секретный кабинет

        Разумеется, нельзя побывать в Неаполе и не зайти в расположенное в самом центре кафе «Гамбринус», главную кондитерскую города. Гамбринус известен человечеству как создатель пива или, строго говоря, как смертный, донесший до людей секрет пивоварения от бессмертных Озириса и Изиды. В дальнейшем это имя стало ассоциироваться с весельем вообще, откуда уже — естественный переход от дарящего веселье горького пива к дарящим радость сластям. Здесь вашему вниманию предлагают десятки разнообразных пирожных, главное из которых — неаполитанская ромовая баба. Формально говоря, это кекс из сдобного дрожжевого теста с добавлением изюма, то есть, выпечка, популярная в мои юные годы и неизменная в ассортименте школьных буфетов. Вещь вроде бы вполне невинная для учащейся молодежи, однако истинно неаполитанским лакомством она становится после щедрой пропитки ромовым сиропом, что коренным образом меняет ее вкус, переводя при этом в другую возрастную категорию.

Неаполь. Вход в «Гамбринус»

Неаполь. Вход в «Гамбринус»

       Из Неаполя у нас было два выезда: в Помпеи, разумеется, а также в город Казерта (40 км к северу от Неаполя), где в XVIII веке был построен дворец неаполитанских королей, Реджа ди Казерта, самое внушительное здание Европы тех времен.

       Не станем пока отступать от тематики Секретного кабинета, тем более, что значительная часть его экспонатов перекочевала сюда именно из Помпеи, преимущественно из тамошних публичных домов. В ходе раскопок было обнаружено не менее 25 строений, именовавшихся лупанариями; слово «лупа» в переводе с классической латыни означает «волчица», а на тогдашнем сленге — «проститутка» (ну, модель понятна: дельфин — дельфинарий, планета — планетарий, и так далее). Интересно, что стоимость услуг была вполне умеренной, эквивалентной нескольким стаканам вина.

Не следует забывать, что за прошедшие столетия рельеф местности значительно изменился и море отступило, а ведь в свое время Помпеи был портовым городом, и сексиндустрия, как водится, получила там самое широкое развитие. Потому на городских улицах имелось достаточное количество указателей, облегчавших малограмотным и вовсе неграмотным морякам поиск мест, где «припортовые царевны» (© Булат Окуджава) предоставляли свои услуги.

Помпеи. Уличный указатель, отсылающий к уличным девицам

Помпеи. Уличный указатель, отсылающий к уличным девицам

       А теперь — в Казерту, в летний королевский дворец. На наше несчастье, это было последнее воскресенье месяца, бесплатный день во всех городских музеях. К чести неаполитанцев, надо сказать, они не упустили случая отведать духовной пищи на халяву, так что, несмотря на дождь и немалое расстояние от города, дворец был набит буквально под завязку и народ запускали порциями. Кстати, число дворцовых зал, комнат и прочих помещений составляет 1200, что при их общей площади 245 тыс. кв. м делает его самым большим зданием, сооруженным в Европе в XVIII веке. Следует сказать, что дворец в 3,5 раза больше Версаля. И уж безусловно Версальский парк меркнет перед дворцовым парком Казерты, с его фантастическими фонтанами и каскадами водопадов. Увы, воочию полюбоваться этими красотами нам не удалось — как уже было сказано выше, шел, а временами и лил дождь — но ведь для чего-то даны человеку интернет и свободный вечер в гостинице. А вот одна из многочисленных фотографий, сделанных под дворцовой крышей — это пожалуйста.

Казерта. Дворец неаполитанских королей

Казерта. Дворец неаполитанских королей

       Из Неаполя наш путь лежал на юг, по Амальфитанскому побережью. Виды за автобусным окном просто сказочные, и как хорошо, что можешь любоватсья ими вольно и беспечно, не отвлекаясь на прозу слежения за дорогой, которая являет собой безумный серпантин.

Амальфитанское побережье

Амальфитанское побережье

       Первая наша остановка — Сорренто. Советский человек узнал название этого волшебного места благодаря отчасти амбивалентной политике отечественного кинопроката — когда на послевоенный всесоюзный экран был выпущен фильм «Вернись в Сорренто». Еще не неореализм, но отчасти его предтеча. Создатель фильма Карло Людовико Браголья (доживший, кстати, до 103 лет) был личностью весьма неординарной и пользовался в итальянском киномире немалым авторитетом — заметим, что именно ему юный Федерико Феллини принес для прочтения свой первый сценарий.

       Название города происходит от слова «сиреон», то есть, «земля сирен» — тех самых, описанных еще Гомером в «Одиссее». А символ Сорренто — это, несомненно, лимоны. Вот как выглядит один из прилавков главного городского магазина, специальностью которого являются эти плоды, равно как и всё, с ними связанное и всё, из них изготовленное. При входе — гордая надпись «Limonoro», то есть, «золото лимонов», как сказано хотя бы и у Николая Асеева. Тут можно найти не только напитки, включая классический Лимончелло (в сущности, настойку на лимонных корках), но и разного вида лимонные конфеты, и весьма популярное — в качестве сувениров умеренной стоимости — мыло соответствующей формы с лимонной отдушкой. В этой связи обратимся к неизменному авторитету Швейка и его сослуживцев, приведя следующую цитату: «Старший писарь Ванек отозвался об Италии с большой симпатией. До войны, в своей аптекарской лавке он готовил лимонный сироп — это делается из гнилых лимонов, а самые дешевые и самые гнилые лимоны он покупал в Италии»

 Сорренто. Всё из лимонов

Сорренто. Всё из лимонов

       Следующая наша остановка — это собственно Амальфи, главный город побережья, основанный Константином Великим (IV век). В годы своего процветания он спорил с Генуей и Пизой за право считаться главным портом Италии, однако с течением времени утратил былое могущество, превратившись в туристический городок, спорящий с Сорренто за звание основного производителя Лимончелло. Покровителем города почитается Андрей Первозванный; на центральной площади Амальфи красуется собор Св. Андрея, сооруженный в нормано-византийском стиле и хранящий мощи апостола, перенесенные крестоносцами из Константинополя в 1206 году.

 Амальфи. Собор Андрея Первозванного

Амальфи. Собор Андрея Первозванного

Продолжив свой путь по Западному побережью Апеннинского полуострова, мы прибыли в Пестум, или Посейдонию — так город назывался, будучи в свое время греческой колонией (равно как Сорренто был колонией финикийской).

       Основные достопримечатльности Пестума — это три прекрасно сохранившихся античных храма. Старейший из них, датируемый 550 годом до н.э., был посвящен самой Гере.

Пестум. Храм Геры

Пестум. Храм Геры

       И еще: длинный-предлинный ряд сувенирных лавочек, причем товар тот же, что и в Неаполе или в Сорренто, а вот цены несравнимы с неаполитанскими. Удалось, таким образом, закрыть пробелы в непременном списке «комучегопривезти».

Наша следующая остановка — Матера, город пещерного человека. И не в каком-то там метафорическом смысле. Отнюдь, как любил говаривать Егор Тимурович Гайдар. Люди буквально жили в пещерах, вырытых в горных склонах. Уточним: еще в середине ХХ века. Причем в годы, если можно так сказать, расцвета Матеры число пещерных обитателей достигало 15 тысяч человек. Жители долбили углубления в туфе — порода, как известно, без особого труда поддается обработке, а добытые в процессе рытья куски туфа использовали для строительства внешней стены, с дверью и единственным окном, в которое проникал свет. Максимального размаха это скальное строительство получило в IX век н.э.; тогда же был создан и уникальный цистерный водопровод, основанный на всем знакомом со школы принципе сообщающихся сосудов. Каждое жилище имело подвал, представлявший собой, в сущности, большую цистерну, и все они были соединены между собой, образуя единую систему водоснабжения. Не лишне добавить, что электричество сюда провели только в 1930-х годах. Нелегко представить, как люди могли существовать в таких условиях на протяжении нескольких веков.

В 1945 году итальянский писатель, художник и политический деятель еврейского происхождения Карло Леви опубликовал свою печально известную книгу «Христос остановился в Эболи» (переведенную затем на 37 языков), где он описал пещерный образ жизни своих современников. Я вспомнил в этой связи книжку своего детства, над страницами которой многие наши сверстницы обливались слезами: «Я последовал туда за ним и очутился на небольшой, плотно утоптанной площадке, которая совершенно скрывалась в зелени. Между стволами черемухи я увидел в земле довольно большое отверстие с земляными ступенями, ведущими вниз. Через несколько секунд мы оба очутились в темноте, под землей и, круто повернув вправо, вдруг вошли в просторное подземелье». Узнали? Конечно, «Дети подземелья» Владимира Галактионовича Короленко, одного из первых российских правозащитников и — не лишне напомнить — автора обращения «К русскому обществу. По поводу кровавого навета на евреев» (обращение написано в 1911 г. в связи с делом Бейлиса, и под ним поставили подписи более 80 известных литераторов и общественных деятелей России).

       Вернемся, однако, в Италию: в 1952 году был, наконец, издан правительственный указ, предписывавший переместить пещерных жителей в современные дома. Однако переселение затянулось на добрых два десятилетия — как ни парадоксально это звучит, но люди без особого энтузиазма соглашались покидать привычное жилье, и в начале 1970-х гг. для выселения последних обитателей пришлось прибегнуть к вмешательству полиции.

Матера, город пещерных жителей

Матера, город пещерных жителей

       А наше путешествие продолжалось, и вот мы добрались до Лечче — крайней южной точки маршрута. Лечче — столица Салентины, полуострова, являющего собой каблук итальянского сапога; это город, носящий имя «Флоренция Юга» благодаря своим несравненным зданиям в стиле барокко, а точнее барокко «леччезе» (то есть, барокко, зародившегося в Лечче). Для воплощения архитектурных замыслов строители использовали известняк из местных каменоломен, называемый «пьетра ди лечче», который благодаря своим природным свойствам с годами обретал золотистый оттенок, вследствие чего город буквально сиял в солнечных лучах. Узкие временные рамки организованного тура не позволили нам бесконечно бродить по городским улочкам, и времени с трудом хватило на то, чтобы сделать немалое (хотя и все равно недостаточное) количество снимков, в которых потом пришлось долго разбираться.

       Выбор наш, впрочем, стал однозначным и вполне предсказуемым: предпочтение было отдано церкви Святого Креста (строительство которой началось в 1353 году, а завершилось только в 1695). Снимал я ее в разных ракурсах, но особенно хорош, согласитесь, фасад церкви, украшенный замысловатым скульптурным орнаментом.

Лечче. Церковь Святого Креста

Лечче. Церковь Святого Креста

       С Лечче также связано и развитие искусства папье-маше. В XVII-XVIII вв. число церквей и храмов в стране начало расти быстрыми темпами, а одновременно с этим экономические факторы потребовали отказа от дорогостоящих услуг скульпторов и камнерезов. И тогда стало ясно, что мастера папье-маше в состоянии изготавливать самые различные элементы церковного декора много дешевле и безо всякого ущерба для качества — причем как на первый, так и на все последующие взгляды.

Техника папье-маше позволяла, используя старую бумагу, картон, ветошь с добавлением клея и гипса, создавать подлинные произведения искусства. И сейчас на улицах города нередки эти мастерские, где мастера предлагают вниманию туристов (и не только туристов) самые разнообразные поделки, от отдельных фигурок до многоплановых сцен как религиозного, так и бытового характера.

Лечче. Мастерская папье-маше

Лечче. Мастерская папье-маше

От Лечче мы отправились в обратный путь, на север, и вскорости прибыли в Альберобелло, городок совершенно сказочный. В самом имени звучат колокольчики, чему созвучно и название его домов: «трулли». Формально говоря, в переводе слово означает «купол»; это дома с конической крышей, при строительстве которых использовался метод сухой кладки, что позволяло реализовывать их уникальную конструктивную особеность: достаточно вынуть определенный камень в крыше, чтобы всё сооружение развалилось буквально на глазах. А зачем, спросите вы? Вообще-то жилищное строительство в данной округе было запрещено (по причине специфических налоговых нормативов), но в частности власти закрывали на это глаза — при условии, что в случае визита инспекторов строение можно было бы мгновенно разобрать. Рассыпался дом с характерным звуком «тр-р-р-уль» — вот и другая версия, объясняющая его название. Что говорить, строения эти абсолютно уникальны и потому с 1996 года они входят в список Всемирного наследия ЮНЕСКО.

Альберобелло. Трулли

Альберобелло. Трулли

       Далее наш путь лежал в город, история которого прослеживается как минимум к началу первого тысячелетия до нашей эры. Это Бари, он же Бариум, он же Бар-град — город Николая Чудотворца, или Николая Угодника. В христианстве Св. Николай почитается как заступник плавающих и путешествующих, покровитель детей и сирот.

       В городе два храма, посвященных Святителю. Один — католический, базилика Святого Николая, где хранимы мироточащие мощи Николая Чудотворца, тайно вывезенные в 1087 году из его родного города, Мир Ликийских. Другой — православная церковь Николая Чудотворца по проекту Алексея Викторовича Щусева (1913 год; строительство было завершено только после окончания Первой мировой войны).

       Перед иконой Николы Морского ставят свечи «за тех, кто в море, на вахте и на гаупвахте» — цитирую по текстам Виктора Викторовича Конецкого, капитана дальнего плавания и любимого мною писателя.

Святой Николай послужил прообразом двух сказочных персонажей — Санта-Клауса и Деда Мороза. Предание гласит, что кошель с золотыми монетами, тайно брошенный Святителем под Рождество в окно бедняцкого дома, угодил в детский чулок, вывешенный у очага для просушки — что и дало начало традиции рождественских подарков.

Общее и отчасти расплывчатое представление о Рождественском Деде как бы формализовал американец Клемент Мур, опубликовавший в 1823 году ставшее классическим стихотворение «Визит Святого Николая», известное также как «Ночь перед Рождеством».

А чтобы еврейские дети не чувствовали себя обойденными на новогоднем празднестве, в 1989 году американские телевизионщики создали образ Ханукального Гарри, в известном смысле коллеги Санта-Клауса, также приносящего детям праздничные подарки — благо что Ханука и Рождество достаточно близки по календарю.

И еще: Дед Мороз приезжает к детям (повсеместно подчеркивается: только к тем, кто хорошо вел себя за отчетный период) на тройке лошадей, сани Санта-Клауса тянут девять северных оленей, и главного из них зовут Рудольф Красноносый, а в повозку Ханукального Гарри запряжены три ослика с незамысловатыми именами Мойше, Гершель и Шломо.

Хотелось бы заметить, что вся информация о рождественских и околорождественских благодеяниях, предоставляемым как детишкам, так и взрослым, изыскана автором собственноручно на просторах мировой паутины, в процессе подготовки к поездке, и глупо было бы не поделиться ею со всеми заинтересованными. Те же, кому это не интересно, могут считать предшествующий текст как бы непрочитанным.

Бари. Николай Чудотворец

Бари. Николай Чудотворец

И вот, наконец, Трани, где мы завершаем наш путь — в отличие от воителей Гроба Господня, для которых город, напротив, служил отправным пунктом целого ряда крестовых походов. Впрочем, Трани получил известность еще за три десятилетия до начала борьбы христианского мира за освобождение Иерусалима от турок — здесь, в 1063 году, по указу графа города Пьетро ди Трани был составлен Ordinamenta Maris, «Ордер моряков», один из старейших в мире морских уставов.

Путеводители, надобно сказать, делают упор на то, что более тысячи лет тому назад городок Трани стал свидетелем двух значительных христианских чудес. Мы же, будучи организованными еврейскими туристами, более пристальное внимание уделили городской синагоге, одной из древнейших в Европе — еврейская община обосновалась в Трани еще до XI века. Синагога эта, Сколанова, была построена в XIII веке еврейскими выходцами из Германии; интересно, что находится она на расстоянии не более 300 метров от кафедрального собора.

 Трани. Синагога Сколанова, XIII век

Трани. Синагога Сколанова, XIII век

       Ну, что ж, теперь оставалось только пересечь Апеннинский полуостров с востока на запад, и мы в аэропорту Неаполя, откуда прямой рейс до аэропорта имени Бен-Гуриона.

Виктор Гопман: Как на вулкане…: 2 комментария

  1. Б.Тененбаум

    Спасибо вам, Виктор — никогда в этих краях не бывал, но теперь даже как-то появилось ощущение, что и сам что-то видел 🙂 И я знаю, откуда эта иллюзия: наш младший сын женился в сентябре 2017, свой медовый месяц провел в Амальфи и на Капри, наприсылал нам множество фотографий/видео — и все это, по-видимому, сложилось у меня в голове с вашим рассказом.
    Спасибо еще раз — очень интересно!

  2. Игорь Ю.

    Спасибо, замечательно, как всегда. Юг Италии — изумительно природно красив. Там действительно водителю машины не позавидуешь, смотреть по сторонам некогда. Что же касается побережья Амальфи, то у единожды туда попавшего есть два варианта — любой из них, к глубочайшему сожалению, исключает второй. Или по дороге, как автор, или по морю, как когда-то сделали мы с женой. Причем нас искренне предупреждали все местные, что мы много потеряем, но много и найдем. Путь морем из Соренто на рейсовом паромчике с заходом на Капри — что само по себе стоило мессы — до Амальфи — это одно из самых великих впечатлений нашей туристской жизни. По пути в Амальфи на многосотометровой скале слева отчетливо видны следы 3-тысячелетней цивилизации. На разных уровнях, после чего начинаешь не только сердцем, но и головой понмиать, что Земля действительно сейчас толще, чем была раньше.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

AlphaOmega Captcha Mathematica  –  Do the Math