© "Семь искусств"
  сентябрь 2017 года

Дмитрий Гаранин: Заметки о книге Маяковского «Как делать стихи»

Два или три слова сцепляются, выделяя энергию удивления, на которой и пи­шется стихотворение. Эта зародышевая группа слов обычно уже содержит в себе ритм, так что ритм не приходится специально разрабатывать. Как правило, стихотворение пишется быстро, на пер­вичном импульсе. Строчки и рифмы сами приходят в голову, их не приходится долго искать. Что первое пришло, то обычно и остаётся.

Дмитрий Гаранин

[Дебют]Заметки о книге Маяковского «Как делать стихи»

Наконец-то прочёл в сокращении книгу Маяковского Как делать стихи, о которой много слышал, в основном сказанного свысока. Должен сказать, что это ценный материал, приоткрывающий дверь в поэтическую мастерскую крупного поэта. Основное раздражение вызывает, конечно, сама постановка вопроса: «делать стихи». Тут какое-то неуважение к «божьему дару», отсутствие «священного трепета». Как будто каждого можно этому делу научить. Может быть поэтому я и не прочёл книгу Маяковского раньше. Теперь же я это сделал и не жалею. Перечислю то, что считаю важным, добавляя комментарии из личного опыта.

Маяковский начинает с того, что готовые рецепты не действуют и поэтические методы должны быть новыми и создаваться вместе со стихотворением. В этом он перекликается с Мандель­шта­мом в самом начале мандельштамовского «Разговора о Данте». Думаю, что это правильная мысль, работающая против тех, кто точно знает, какой должна быть поэзия. Кстати, какое-то время назад я был на докладе немецкого юриста в Литературно-философском обществе Баден-Бадена. С убедительными примерами он говорил о том, что нет готового для применения правосудия, так что во многих случаях правосудие приходится творить заново. Что же тогда можно сказать о канонах поэзии?

Маяковский утверждает, что не знает стихотворных размеров — много раз про них читал, но забыл по ненадобности. Насколько мне помнится, Марина Цветаева тоже говорила, что не знает ямбов и хореев. Действительно, Маяковский пишет в основном акцентным стихом, а не силлаботоническим. У Цветаевой же много ямбов и другой силлаботоники, но при этом она внесла большой вклад в разработку ритмики русского стиха, в частности, так называемого «дольника» и комбинированных размеров.

Маяковский подчёркивает важность «социального заказа» как стимула к написанию стихотворе­ния и фактора, определяющего его содержание. Конечно, это в духе того революционного вре­ме­ни, нуждающегося в агитках. Но универсальная правда в том, что жизненные и мировые проблемы, включая так называемую «политику», влияют на многих поэтов, прямо или подспудно, дают идеи о чём писать. Разумеется, хватает поэтов, работающих лишь с инвариантами как любовь и смерть. Но если в их стихах никак не отражается время, часто возникает тиражирование одних и тех же мыслей и чувств, неразличимость авторов.

Маяковский считает, что поэт должен заготовлять материал для стихотворения заранее, вносить удачные находки в записную книжку.

Хорошую поэтическую вещь можно сделать к сроку, только имея большой запас предварительных поэтических заготовок… На эти заготовки у меня уходит всё мое время. Я трачу на них от 10 до 18 часов в сутки и почти всегда что-нибудь бормочу. Сосредоточением на этом объясняется пресловутая поэтическая рассеянность. Работа над этими заготовками проходит у меня с таким напряжением, что я в девяноста из ста случаев знаю даже место, где на протяжении моей пятнадцатилетней работы пришли и получили окончательное оформление те или иные рифмы, аллитерации, образы и т.д.

Понимающие друзья настоятельно советовали мне завести такую книжку, но я так и не собрался. Мне кажется, что вставленные в стих «поэтические заготовки» — как подогретые макароны, оскорбление любого итальянца. Люблю рифмы и метафоры, не говоря уже об аллитерациях, сделанные здесь и сейчас, с пылу с жару. Более того, обычно имеется в виду использовать записную книжку, чтобы вносить в неё неожиданно пришедшие в голову идеи, чтобы они не потерялись. Но заниматься этим целенаправленно, как заготовкой дров на зиму?? Когда же тогда стихи из этого добра делать, если на заготовку уходит всё время?

Совершенно иначе «делает» стихи Константин Бальмонт:

Рождается внезапная строка,
За ней встает немедленно другая,
Мелькает третья ей издалека,
Четвертая смеется, набегая.

И пятая, и после, и потом,
Откуда, сколько, я и сам не знаю,
Но я не размышляю над стихом
И, право, никогда не сочиняю.

Маяковской говорит, что написание стихотворения начинается с разработки ритма. В голове возникает гул, из которого выкристаллизовываются ритмические единицы. Поэт бормочет что-то невнятное, и из этого постепенно складывается стих. Об этом механизме, «работе с голоса», писали и некоторые другие поэты. Применительно к Маяковскому можно съязвить, что это рвётся наружу социальный заказ. Хотя, казалось бы, социальный заказ должен рваться снаружи внутрь.

Сам я никогда с голоса не работаю. У меня не возникает никакого гула, никакого бессловесного рит­мического рисунка, так что мне такой метод кажется странным и сомнительным. Я всегда иду не от ритма, а от слова. Два или три слова сцепляются, выделяя энергию удивления, на которой и пи­шется стихотворение. Эта зародышевая группа слов обычно уже содержит в себе ритм, так что ритм не приходится специально разрабатывать. Как правило, стихотворение пишется быстро, на пер­вичном импульсе. Строчки и рифмы сами приходят в голову, их не приходится долго искать. Что первое пришло, то обычно и остаётся. Если есть идея, «социальный заказ», процесс идёт быст­рее. Во многих случаях, однако, непонятно, о чём речь, и это проясняется лишь в самом конце. Поэ­тому в таких случаях стихотворение пишется медленнее, как бы на ощупь, всё время взве­ши­вая, куда оно идёт. Но всё равно это быстрый процесс, занимающий минут 10-20. При этом длин­ных стихотворений я избегаю. Написанное стихотворение никогда не переписывается, хотя иногда де­лаются мелкие улучшения (или «улучхудшения», калька с немецкого Verschlimmbesserung). В общем и целом, процесс похож на описанный в стихотворении Бальмонта выше.

Очевидно, над Маяковским довлел груз ответственности, что обычно творчеству не помогает. Его стихи должны были быть доступны массам, говорить ясные вещи прямым текстом. Ни о какой многослойности смысла или о побочных ассоциативных связях, которые ценятся квалифи­ци­ро­ван­ными любителями поэзии и чемпионом которых был Мандельштам, речь не шла. Но для воспри­я­тия массами стихи Маяковского должны были быть хорошо отшлифованными, доходчивыми с голоса, поэтому он так много работал: «Изводишь, единого слова ради, тысячи тонн словесной руды».

Приведённую только что цитату я всегда рассматривал как поэтическое преувеличение. Читая же «Как делать стихи», я с удивлением узнал, что для Маяковского это чистая правда. Он, действи­тель­но, тяжело и упорно работал, перебирая массу вариантов. Этот процесс хорошо проде­мон­стри­рован на примере написания им стихотворения «Сергею Есенину», и Маяковский хорошо объясняет, чем хорошо или плохо то или иное слово. Также черновики Пушкина отражают упорную работу с массой промежуточных вариантов. Вместе с тем, многие поэты говорят, что стихи им просто приходят «сверху». У меня это тоже так происходит. Обычно нет никаких вари­антов, никакой «словесной руды». По-видимому, такая разница в творческом методе связана с различным соотношением активностей правого и левого полушарий головного мозга. У поэтов с активным правым полушарием, отвечающим за творческую генерацию, стихи приходят сами собой и мало видоизменяются в процессе написания. У авторов же с сильным левым полушарием, отвечающим за рациональное мышление, происходит перебор и оценка различных вариантов. Соответственно, стихи как Пушкина, так и Маяковского, довольно рациональны, при всём различии этих двух поэтов. У обоих всегда есть чёткая мысль, доводимая до логического конца. Рационализм сквозит, например, в этой ремарке Маяковского: «это чувство, развиваемое вместе с опытом, и называется талантом». С другой стороны, стихи «правополушарных» поэтов часто бывают «непонятные, но волнующие». Таких поэтов при жизни обычно не печатают. У неко­торых поэтов роль мозговых полушарий меняется в течение жизни. Например, Осип Мандель­штам шёл по пути активизации правого полушария, в особенности после периода молчания, закончившегося поездкой в Армению в 1930-31 годах. Борис Пастернак начал как необузданный новатор и генератор сложных образов, но с течением жизни опростился и даже редактировал на этот предмет свои старые стихи. Подобное произошло с Николаем Заболоцким, но, возможно, скорее под влиянием внешних обстоятельств. Вообще говоря, эволюция с усилением рациональ­ной компоненты представляется естественной при нормальной жизни автора. Но жизнь Осипа Мандельштама нормальной не была, он не вписывался в советскую действительность, в отличие от Пастернака, и был уничтожен системой, открыв перед этим новые измерения в поэзии.

Конкретное подтверждение рационального подхода Маяковского:

Тема большая и сложная, придется потратить на нее таких четверостиший, шестистиший да двухстиший-кирпичиков штук 20-30. Наработав приблизительно почти все эти кирпичики, я начинаю их примерять, ставя то на одно, то на другое место, прислушиваюсь, как они звучат, и стараясь представить себе производимое впечатление. Имея основные глыбы четверостиший и составив общий архитектурный план, можно считать основную творческую работу выполненной. Далее идёт сравнительно легкая техническая обработка поэтической вещи. Надо довести до предела выразительность стиха. Одно из больших средств выразительности — образ.

Далее Маяковский говорит о насыщении стиха образами в виде сравнений, метафор, и т. д. Факти­чес­ки, о переписывании стихотворения! Моя знакомая писательница говорила мне о таком спо­собе написания прозы: сначала пишется общая сюжетная канва, так называемые «обои», в потом это строение насыщается деталями. Если сразу писать со всеми деталями, то можно поте­рять нить, общий план, и архитектура развалится. Может быть, писать прозу сразу со всеми дета­лями дейст­вительно плохо, тут у меня нет опыта, но стихи я пишу именно так, строго поступа­тель­но и без переделок. Я пришёл к тому, чтобы писать очередную строчку основываясь только на преды­ду­щем, без заглядывания вперёд на предмет рифмы. Какая-нибудь рифма всегда да най­дётся. Пре­имущество такого метода в слитности и цельности стиха.

Сам факт, что Маяковский устраивает «день открытых дверей» в свою творческую мастерскую, замечателен. Он относится к поэзии как к производству, подчинённому объективным законам. Это находится в резком противоречии со взглядом на поэзию как на священнодействие, таинство, куда нельзя допускать непосвященных и тем более конкурентов. Многие поэты предпочитают вообще не говорить о том, как они пишут стихи. И чем дальше, тем эта тенденция становится сильнее. Поэты всё лучше овладевают своим правым полушарием, деятельность которого необъ­яс­нима.

Дмитрий Гаранин: Заметки о книге Маяковского «Как делать стихи»: 27 комментариев

  1. ALokshin

    Прочел с интересом. Но с авторской позицией абсолютно не согласен. Конечно, нужны записные книжки — в них хранятся подсказки, пришедшие из подсознания.

    1. Дмитрий Гаранин

      ALokshin
      18.09.2017 в 16:55
      Прочел с интересом. Но с авторской позицией абсолютно не согласен. Конечно, нужны записные книжки — в них хранятся подсказки, пришедшие из подсознания.

      – тут дело не в позиции, а в творческом методе. Каждый поэт пишет, как может. Маяковской – экстремальный случай рационализма и индустриализма. Большинство (и я в том числе) пишут скорее как процитированный в статье Бальмонт.

      1. Дмитрий Гаранин

        ALokshin
        18.09.2017 в 16:55
        Прочел с интересом. Но с авторской позицией абсолютно не согласен. Конечно, нужны записные книжки — в них хранятся подсказки, пришедшие из подсознания.

        – что значит «полностью несогласен»? Только по поводу записных книжек, или ещё в чём-то другом? Ведь в статье говорится не только про записные книжки, да и записные книжки можно по-разному использовать – можно записывать в них случайно пришедшие идеи, а можно систематически их пополнять литературными фабрикатами, работая от зари да зари. Я думаю, что записные книжки больше нужны писателям, чем поэтам, по простой причине. Сейчас стихи стали короче (кто их иначе будет читать?), так что стих можно написать сходу, как только идея пришла, вместо того, чтобы её заносить в книжку. А роман или даже рассказ в один присест не напишешь.

        1. ALokshin

          Опасаясь осуждения со стороны М.Зайцева, пишу очень осторожно. Вот три мемуара, которые написаны фактически на одну тему — как творческому человеку работать со своим подсознанием. Первый — это знаменитая статья Пуанкаре (приведена в книге Адамара «Психология математики»). Это супер! Второй мемуар — это воспоминания Надежды Мандельштам о том, как писал стихи Осип Мандельштам (по-моему, Вторая книга, а не первая). Там она пишет о том, как стихи рождались у него «кустами», на одну тему, в течение примерно недели… (цитирую все по памяти, поэтому готовлюсь к суровому импичменту от М.Зайцева). Третий мемуар — уже не помню автора, может быть, Евг. Шварц (?) Там речь о Шостаковиче, который в молодости любил импровизировать — работал тапером в кино, а потом страшно разочаровался в таперской работе, почувствовав, что она его истощает. Вот это все в совокупности и есть мое возражение. Да, и еще вот это : «Но пораженье от победы ты сам не должен отличать» [это за тебя сделают другие — А.Л.]

          1. Дмитрий Гаранин

            ALokshin
            22.09.2017 в 18:31
            Вот три мемуара, которые написаны фактически на одну тему — как творческому человеку работать со своим подсознанием. Первый — это знаменитая статья Пуанкаре (приведена в книге Адамара «Психология математики»). Это супер! Второй мемуар — это воспоминания Надежды Мандельштам о том, как писал стихи Осип Мандельштам (по-моему, Вторая книга, а не первая). Там она пишет о том, как стихи рождались у него «кустами», на одну тему, в течение примерно недели… Третий мемуар — уже не помню автора, может быть, Евг. Шварц (?) Там речь о Шостаковиче, который в молодости любил импровизировать — работал тапером в кино, а потом страшно разочаровался в таперской работе, почувствовав, что она его истощает. Вот это все в совокупности и есть мое возражение. Да, и еще вот это : «Но пораженье от победы ты сам не должен отличать» [это за тебя сделают другие — А.Л.]

            – конечно, наличие дополнительных источников на близкие темы – это серьёзное возражение! Только вот не знаю, кому. Уверен, что Маяковский не читал Пуанкаре, когда \»делал стихи\». Пора ему со всей партийной строгостью, наконец, сказать – \»Быть знаменитым – некрасиво.\».

        2. ALokshin

          http://noo*sphera1.narod.ru/text/Puank.htm
          Нет, Дима, это другая статья. Самая интересная приведена в книжке Адамара «Психология математики». Там, собственно речь идет о том, что подсознание работает автономно и довольно долго добирается до результата. Интересно также, как Пуанкаре пишет о своем особом состоянии «частичного бодрствования» (сейчас все пишу по памяти, могу ошибиться). Любопытно также, что важность работы подсознания отрицали некоторые психологи и педагоги даже в середине двадцатого века.

  2. Б.Тененбаум

    Д.Г.: «…многие поэты говорят, что стихи им просто приходят «сверху». У меня это тоже так происходит. …».
    ==
    Козьма Прутков:
    «… Читатель, вот мои «Досуги»… Суди беспристрастно! Это только частица написанного. Я пишу с детства. У меня много неконченного (d’inachevé). Издаю пока, отрывок. Ты спросишь: Зачем? Отвечаю: я хочу славы. – Слава тешит человека. Слава, говорят, «дым»; это неправда. Я этому не верю!

    Я поэт, поэт даровитый! Я в этом убедился; убедился, читая других: если они поэты, так и я тож!.. Суди, говорю, сам …»

      1. Виталий

        Комментарий Б.Тененбаума очень точный, а потому — и содержательный. Вы сами написали, что очерк «Как делать стихи» Вы полностью не прочитали. Ваше снисходительное отношение к «социальному заказу» выдают незрелость и непонимание того, что подвигает больших людей. Вы в этом не виноваты — Вы вращаетесь в кругу людей, не пошедших далее Серебрянного Века. Но прежде, чем взяться за клавиатуру, полезно не ограничиваться digest’ом. Боюсь, что Вы не потрудились узнать ни Манифеста ЛЕФа, ни кто в нем состоял, ни, возможно, кто его учредитель. Г-споди, за что Ты покарал Россию?

  3. Дмитрий Гаранин

    Виталию Бесфамильному: Как и комментарий Тененбаума, Ваш комментарий также малосодержательный, поскольку Вы не комментируете то, что в статье есть, а называете вещи, которых в статье нет. При этом лишь называете, отчитывая автора, вместо того, чтобы сказать по-существу, если в статье упущено что-то важное, интересное для читателей портала. Уверяю Вас, что у меня нет никакого снисходительного отношения к \»социальному заказу\» (в отличие от множества других уважаемых людей, которые такие вещи не переваривают). Напротив, я не чураюсь политических и социальных тем – посмотрите две подборки моих стихов на американскую тему в Мастерской!

    1. Б.Тененбаум

      Д.Г.: «… Как и комментарий Тененбаума, Ваш комментарий также малосодержательный, поскольку Вы не комментируете то, что в статье есть …».
      ==
      В статье есть ВЫ, ув.Дмитрий. Как некий абстрактный автор, присутствующий в своих текстах. И вот этот абстрактный автор замечает, что он по методу скорее ближе к Бальмонту, чем к Маяковскому. А в предыдущей публикации, говоря о поэтах, поминает Н.А.Некрасова, добавляя и себя — через запятую. Или сетует, что его политические сатиры не встретили должных аплодисментов — и делается как-то очень понятно, что у нашего автора, при всей его абстрактности — начисто отсутствует как чувство меры, так и чувство самоиронии.

      Что и навевает ассоциации с творчеством другого поэта, Козьмы Пруткова.
      Его отличали те же качества.

      1. Дмитрий Гаранин

        Б. Тененбауму. Глубокоуважаемый, дорогой Борис Маркович! Извините меня за то, что я постоянно огорчаю Вас тем, что пишу о себе в различных текстах и контекстах, в данном случае в тексте о Маяковском. Ну что тут можно поделать – я тоже пишу стихи, и у меня есть свой личный опыт, который я хочу сопоставить с тем, что излагает М. Действительно, трудно заткнуть фонтан, если он есть. Если бы я не писал стихов и не имел в этой области личных амбиций, все было бы гораздо менее конфликтно. Но заметьте, вместе с другими критиками, что я не противопоставляю себя М как один из двух полюсов. Метод М экстремален, и я не знаю поэтов, пишущих по его рецептам. С другой же стороны имеется огромное количество поэтов, из которых я назвал только Бальмонта. Я – всего лишь один из этой группы, скромный такой член.

        Вы зря обвиняете меня в том, что, якобы, я сетую на недостаток внимания к моим политическим сатирам. Это абсолютная неправда или, мягко выражаясь, аберрация. Наоборот, две мои подборки политических стихов \»Американские листки\» в Мастерской неплохо идут – у каждой уже более 700 просмотров. Этим я очень доволен. Но я понимаю, что эти стихи могут Вас раздражать своей политической направленностью, например

        Жужжат идиоты полезные
в защиту теорий опасных.
Токуют, забывшись, над бездною
пред голубоглазою паствой.

        Слепят аргументами чистыми
и принципами безупречными
владеют умело, со свистом
фашистов сражая картечью —

        всех тех, кто посмел усомниться
в улучшенной новой морали,
чьи так озабочены лица,
тех, кто передела не ждали.

        Полезные держат левее.
Их разум кипит, испаряясь.
На папертях пляшут идеи,
И мир погружается в хаос.

        New York, 27 October 2016

    2. Виталий Пурто

      Борис Тененбаум, с которым по прошествии долгого времени я соглашаюсь всё больше и больше, Вам уже ответил с исщерпывающей полнотой. Как я уже намекал — Вы феномен глобальной культуры распада нашего пост-пост и т.д. мира. Вам кажется «малосодержательным» мой пост, потому что клиповое сознание не в состоянии понимать. Как известно, в лесу, в котором нет ушей, падающее дерево не создаёт шума. Что же касается Бесфамильного, то мое имя в этом сайте достаточно знакомо. В этом штрихе — всё Ваше поколение. Не поняв внутренней связи, вините не себя, непонявшего, а того, кого вы не понимаете.

      1. Дмитрий Гаранин

        Виталий Пурто: Расследуя, кто на меня так агрессивно напал, я собрал те немногие крупицы информации, которые о Вас имеются в интернете. Оказывается, Вы по образованию физик и защищали кандидатскую диссертацию с Кляцкиным, видимо, по волнам в случайно-неоднородных средах. Также у Вас имеются литературные интересы: Вы общались с Евгением Рейном и написали воспоминания об Аркадии Штейнберге. Я тоже физик и у меня тоже есть литературные интересы, хоть я ни с кем не общался. Так что мы могли бы даже быть друзьями, если бы Вам не пришло в голову начать меня поносить и поучать по поводу Маяковского без какого-либо основания в моей статье.

        Что даёт Вам основание ставить себя в позу лектора по отношению ко мне? Да ничего! Хоть Вы старше меня лет на двадцать, заслуг у вас не видно ни в физике, ни в литературе. Поиск не даёт ни одной физической статьи. Также ничего литературного, кроме воспоминаний о Штейнберге. Вы говорите, что известны на портале, но Вас нет в числе авторов. Ну а я реальный физик, не только по образованию. У меня более сотни статей в ведущих журналах и H=30, согласно Google Scholar. Я избран почётным членом Американского физического общества (Fellow of the American Physicsl Society) за особый вклад в науку. В области литературы, у меня есть публикации в журналах, много книг стихов, много публикаций на этом портале. Вся литературная информация собрана здесь: http://www.lehman.edu/faculty/dgaranin/poetry.php . Извините, у Вас нет квалификации, чтобы со мной разговаривать с таким апломбом. И аргументов у вас тоже нет. Ваша критика на мою статью просто смехотворна.

        Может быть, Вы обиделись на недостаток пиетета по отношению к Маяковскому? Во-первых, певца победившего пролетариата я уважаю как поэта-новатора и нисколько не принижаю. Манифест ЛЕФа совершенно ни при чем – там декларируются общие вещи и не обсуждается, как конкретно «делать стихи». Похоже, у Вас просто болезненно-охранительное отношение к «идеалам коммунизма». В своём комментарии к статье про Мусика Каганова в СИ Вы пишет буквально следующее:

        В этих фразах содержатья два ложных утверждения, а лучше сказать fallacy: В обоих фразах есть , а также сравнение понятий, лежащих в непересекающихся логических областях, а потому не подлежащих сравнению. Коммунизм это идеология переосмысления наиболее глубоких проблем общественной и индивидуальной жизни, в то время как Система, как я догадываюсь — это то, что управляло страной, прикрываясь этой идеологией.

        То есть Вы защищаете честь светлых идей коммунизма, отделяя их от всем известного воплощения. Вы, конечно, не один, кто так думает. Но должен Вам указать, что слова «идеология’ и «переосмысление» тоже лежат в разных логических областях.

        1. Dmitry Garanin

          Виталий Пурто: Своими оскорбительными комментариями Вы нарушили П.10. Правил: «Об­суж­да­ют­ся тек­сты, а не их ав­то­ры». Поскольку уже невозможно просить дежурного стирать все оскорбительные комментарии в мой адрес от различных лиц, мне пришлось ответить, нарушив П.12.» Об­суж­де­ние чу­жих пер­со­наль­ных дан­ных не­до­пу­сти­мо». Но я не использовал никах конфиденциальные данных о Вас, да я ими и не обладаю. Всё что я о Вас написал, любой может найти в Интернете.

  4. Victor-Avrom

    Интересное сравнение методов написания стихов Маяковского и Гаранина.

    1. Дмитрий Гаранин


      Victor-Avrom
      21.09.2017 в 19:49
      Интересное сравнение методов написания стихов Маяковского и Гаранина.

      – Ну вот и замечательно, что Вы узнали что-то новое! Спасибо за прочтение!

  5. Михаил

    Кто такой Маяковский я имею достаточное представление, кто такой Гаранин — представления не имею. Суждения о книге (?, кажется это большая статья, а не книга) Маяковского, о творческом методе Маяковского очень интресно прочесть у автора, если не равного Маяковскому, то, хотя бы, достаточно известного. Когда Гаранин пишет, что «Основное раздражение вызывает, конечно, сама постановка вопроса: «делать стихи». Тут какое-то неуважение к «божьему дару», отсутствие «священного трепета». Как будто каждого можно этому делу научить», — он обнаруживает свое невежество, незнание эстетики футуризма и ЛЕФа, в которых термины «дело», «делать» имели свое значение, неведомое Гаранину. Дальше уже можно не читать. Конечно, метод создания стихов Гаранина лучше метода делания стихов Маяковского, — Гаранин нас в этом убедительно убеждает. Гаранин значительно глубже по сравнению с Маяковским понимает, как создавать стихи. Но знают читатели почему-то Маяковского.

    1. Дмитрий Гаранин

      Михаилу Семискусному: Прошу извинить меня за Ваше разочарование моей статьёй про Маяковского, связанное с моей недостаточной известностью! Что ж поделаешь – в школе Вы проходили Маяковского, а меня, сожалению, в программе не было. Постараюсь исправиться!

      Что же касается раздражения сегодняшних людей словами «делать стихи», упоминаемого в самом начале статьи, то это действительно так! Такова реакция современного человека, который понимает сказанное иначе, чем это понималось во времена ЛЕФа. Никакого невежества тут нет, и восприятие рецептов «делания стихов» Маяковским от этих тонкостей не страдает. Ясно ведь, что речь идёт о написании стихов по определённому методу, который излагается и обсуждается!

      Но Вы, всё-таки, почитайте весь текст – может быть, что-то оттуда и вынесете! Наверное, до Бальмонта Вы не дошли?

  6. Dmitry Garanin

    ALokshin
    18.09.2017 в 16:55
    Прочел с интересом. Но с авторской позицией абсолютно не согласен. Конечно, нужны записные книжки — в них хранятся подсказки, пришедшие из подсознания.

    — Вообще-то, книжку надо бы завести! Вот, пришло в голову такое выражение: \»аррогантные козлы\». Это же писк! Надо будет потом это где-нибудь употребить..

  7. Soplemennik

    Дмитрий Гаранин 25.09.2017 в 06:00
    В области литературы, у меня есть …\»
    ===
    А в области балета?
    Огорчили Вы меня, ну очень. Тонометр показал 170/90.

  8. Дмитрий Гаранин

    Из Манифеста ЛЕФа, 1923:
    …..

    Теперь глобуса буржуазного пуза нет.
    .
    Сметя старье революцией, мы и для строек искусства расчистили поля.
    .
    Землетрясения нет.
    .
    Кровью сцементенная, прочно стоит СССР.
    .
    Время взяться за большое.

    – Нет, это не о том, как «делать стихи». Это мотиваторсктй манифест, не имеющий прямого отношения к теме заметки.

  9. Dmitry Garanin

    Для тех, кто считает, что Манифест ЛЕФА имеет реальное отношение к вопросу о том, как конкретно «делать стихи», вот ещё цитата:

    Февральская революция углубила чистку, расколола футуризм на «правый» и «левый».

    Правые стали отголосками демократических прелестей (фамилии их во «Всей Москве»).

    Левых, ждущих Октябрь, окрестили большевиками искусства (Маяковский, Каменский, Бурлюк, Крученых).

    Октябрь учил работой. Мы уже 25 октября стали в работу. Ясно — при виде пяток улепетывающей интеллигенции, нас не очень спрашивали о наших эстетических верованиях.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

AlphaOmega Captcha Mathematica  –  Do the Math