©"Семь искусств"
  октябрь 2022 года

 463 total views,  3 views today

Шутка Жюля Верна специально для пианистов. В середине XIX века были популярны соревнования между выдающимися пианистами виртуозами. Великие композиторы того времени осуждали поверхностное, похожее на цирковое искусство, исполнительство.

Людмила Беккер

НЕМЕЦКИЙ КОМПОЗИТОР САЛОМОН ЯДАССОН И ФРАНЦУЗСКИЙ ПИСАТЕЛЬ-ФАНТАСТ ЖЮЛЬ ВЕРН. РЕАЛЬНОСТЬ И ФАНТАЗИИ НАСТОЯЩЕГО В БУДУЩЕЕ

Людмила БеккерВыдающегося немецкого композитора, пианиста, органиста, дирижера и педагога XIX века Саломона Ядассона запретить было возможно, а вот забыть, при всем огромном желании, никак не удалось. Причина довольно проста, он успешно преподавал в основанной Феликсом Мендельсоном Лейпцигской Консерватории. В числе его учеников имена известных композиторов, и не только немецких, второй половины XIX века. В журнале «Etude», на страницах которого печатались короткие заметки об известных композиторах, в конце заметки о Саломоне Ядассоне было написано (перевод Л.Б.): «практически все, кто учились в Лейпцигской консерватории во второй половине XIX века, были учениками С. Ядассона». Вот далеко не полный лист композиторов, которые учились у Саломона Ядассона (Salomon Jadassohn):

Isaac Albéniz Исаак Альбенис
Franco Alfano
Sergei Bortkiewicz Сергей Борткевич
Fritz Brase
Ferruccio Busoni Ферручио Бузони
Julián Carrillo
George Whitefield Chadwick Джордж Чадуик
Mikalojus Konstantinas Čiurlionis Микалоюс Чюрленис
Frederick Delius Фредерик Делиус
Cornelis Dopper
Zdeněk Fibich
Richard Franck
Edvard Grieg Эдвард Григ
Alfred Hill
Paul Homeyer
Robert Kajanus
Eduard Schütt Эдуард Шютт

Саломон Ядассон (1860-е годы)

Саломон Ядассон (1860-е годы)

Эдуард Шютт, русский композитор, который по совету А.Г. Рубинштейна отправился в Лейпциг, где учился у Саломона Ядассона. Сергей Борткевич после обучения в Петербургской консерватории в 1900 году поехал в Лейпциг, где учился у Саломона Ядассона. Американский композитор Чарльз Айвз учился теории и гармонии по учебникам и книгам Саломона Ядассона, хотя исповедовал противоположные с ним взгляды на музыкальное искусство, так как американские преподаватели и его профессор в Йельском Университете Горацио Паркер (Horatio Parker) учились в Лейпцигской консерватории.

К этому неполному листу надо добавить музыкантов, которые учились у С. Ядассона частным образом.

Так что с такой фигурой в музыкальном искусстве, как Саломон Ядассон, необходимо познакомиться.

Имя выдающегося музыканта, которое повторялось в биографиях вышеупомянутых композиторов, не обладало подробной собственной биографией, а статьи, заметки и отзывы о композиторе не вызывали у меня доверия. За годы изучения музыкального искусства XIX века мне хорошо известны все глубокие разногласия и конфликты происходившие в музыкальных кругах того времени.

Полагаться на мнения и оценки по статьям критиков и деятелей искусства просто несправедливо по отношению к личности выдающегося музыканта.

Так что познакомиться с музыкой и жизнью Саломона Ядассона будет не просто, но возможно. Интерес к нему все больше и больше растет поскольку проблемы прошлых веков неожиданно оказались весьма актуальными в XXI веке.

Первое, что всегда интересно узнать о выдающемся музыканте, это о его детстве.

Никаких подробностей и ярких запоминающихся событий на сегодняшний день мне обнаружить не удалось. Везде написано предельно коротко.

Родился 13 августа 1831 года в городе Бреслау, столице Прусской провинции Силезия, в эмансипированной еврейской семье. Напомню, что это движение в еврейском обществе в Германии, основанное Моисеем Мендельсоном, называлось Хаскала.

Учился музыке Ядассон у самых известных музыкантов в Бреслау, Игната Петера Люстнера по классу скрипки, Адольфа Гессе и Морица Брозига по классу фортепиано и органа. А. Гессе и М. Брозиг принадлежали к кругу музыкантов, которые почитали И.С. Баха и уделяли огромное внимание изучению и исполнению его музыки.

Поступление Ядассона в Лейпцигскую консерваторию в 1848 году было совершенно естественным продолжением его музыкального образования. Это было время, когда консерватория только начинала формироваться, но ее основатель Феликс Мендельсон в 1847 году ушел из жизни, а по стране прогремела революция, которая хоть и потерпела фиаско, но сумела разрушить достижения, созданные предыдущей эпохой Просвещения. Особенно последствия революции сказались на еврейских общинах Германии.

В музыкальном искусстве любая форма еврейской идентичности провоцировала негативную реакцию, в дополнении к антисемитизму так называемая “прогрессивная” идеология объявила войну хранителям полифонии и контрапункта И.С. Баха, так называемым “консерваторам”.

Лейпцигская консерватория по этим двум пунктам превращалась в мишень нападок.

Во главе всех этих нападок стоял, как известно, композитор Р. Вагнер, которого поддерживал известный композитор и блестящий пианист Ф. Лист. Надо сказать, что Ф. Лист на протяжении жизни менял свои взгляды и потому о нем можно говорить только в контексте периода времени его жизни. На этот конкретный момент у него был несчастливый роман с Каролиной Витгенштейн, с которой Ф. Лист поселился в Веймаре.

Вот в такой исторической обстановке оказался молодой композитор и пианист в самом начале учебы в Лейпцигской консерватории.

С. Ядассон, проучившись один год у Игнаца Мошелеса по классу фортепиано и Эрнста Рихтера по классу композиции, в 1849 году уезжает на три года учиться в Веймар к Ференцу Листу.

На мой взгляд это было мудрое решение.

С Листом он изучает не только творчество самого композитора, но и музыку Р. Вагнера.

Судя по некоторым известным фактам Ф. Лист высоко оценил талантливого 18-летнего музыканта. 13 апреля 1851 года состоялась премьера концертного переложения для фортепиано с оркестром “Polacca brillante” Op. 72, К.M. фон Вебера, солировал за роялем С. Ядассон, за пультом дирижировал Ф. Лист. Много лет спустя, когда Ядассон уже стал профессором Лейпцигской консерватории, Ф. Лист написал ему восторженное письмо по поводу сочинения 100-го Псалома для хора с оркестром соч.60 (“Letters of Franz Liszt“ by Franz Liszt, P. 377, No. 272, Villa D’Este, January 10th, 1881), которое Ядассон ему посвятил.

272. To Professor S. Jadassoiin in Leipzig
[Composer (born in 1831), teacher at the Leipzig Conservatoire
since 187l]

Dear Sir,

Your setting of the 100th Psalm is nobly religious in feeling and
excellent in style. The working out of the choruses is masterly
throughout, from beginning to end; a passage which comes out with
especial brilliancy is that on pages 14, 15-19, 20, «with
rejoicing,» where the trombones, and then the trumpets and
trombones, joyously repeat the subject of the fugue in
augmentation.
The Arioso too which follows, «He made us,» is most fervent in
expression. There is a fine field here for beautiful contralto
voices to rejoice in.

My sincere thanks, dear sir, for the dedication of this excellent
work. I shall recommend it for performance to such of my friends
as are conductors; above all, to Hofcapellmeister Muller-Hartung,
whom I shall request to bring out your Psalm at Weimar.

Yours sincerely,

F. Liszt

Villa d’Este, January 10th, 1881

Музыка Р. Вагнера произвела на молодого музыканта яркое впечатление после премьеры оперы “Тангейзер”, С. Ядассон посвящает Р. Вагнеру Каватину Ми Мажор, соч. 69 для скрипки соло и камерного оркестра. Музыка Каватины не просто носит название номера оперного жанра, она без слов передает тончайшие оттенки поэтической выразительности характера музыки, наполненной глубоким содержанием.

Пример 1. Каватина Ми Мажор, соч.69

Вне сомнения Пространство и Время оказали непосредственное влияние на музыку Саломона Яданссона и на его профессиональную карьеру в будущем.

В 1852 году он возвращается в Лейпцигскую консерваторию, только теперь он занимается там теорией музыки и композицией, а в дополнении берет частные уроки у Морица Гауптмана (Moritz Hauptmann). Все учителя Ядассона были тесно связаны с Феликсом Мендельсоном, но о Морице Гауптмане необходимо знать, что он по рекомендации Ф.Мендельсона занял важнейшую в то время позицию в Лейпциге, став Кантором и Музыкальным директором церкви Св. Фомы и школы Хора мальчиков при этой церкви. Лютеранская церковь была самая влиятельная в Лейпциге со времен Реформации, а должность Кантора церкви Св. Фомы во времена И.С. Баха называлась “one of the most respected and influential musical offices of Protestant Germany.”, то есть одна из наиболее уважаемых и влиятельных музыкальных организаций Протестантской Германии (перевод Л.Б.). Мориц Гауптман был самым прославленным и знающим педагогом того времени в области теории, контрапункта и композиции. Несмотря на влияние и положительное отношение к музыке Р. Вагнера, выбор Яданссона говорит в пользу фундамента классической музыки, построенном на изучении музыки И.С. Баха.

После окончания консерватории композитор остается в Лейпциге, где он успешно реализует свои знания во всех областях музыкального искусства. В 1865 году он занимает должность музыкального директора Реформистской Синагоги Лейпцига, основанной в 1855 году, эта работа дает ему возможность регулярно исполнять свои сочинения в области духовной музыки, дирижировать хором и играть на органе. Духовная музыка Ядассона это продолжение традиций заложенных И.С. Бахом, она практически не отличается от той музыки, которая исполнялась в Протестантских церквях, за исключением традиционной музыки, которая исполнялась в синагогах. Работа в Лейпцигской синагоге давала Ядассону свободу деятельности, он приглашал своих талантливых учеников в консерватории петь в хоре, в котором участвовали музыканты из разных стран Европы и Америки. Часто, закончив литургию в синагоге, вся хоровая группа вместе с Яданссоном отправлялась на службу в церковь Св. Фомы, которая находилась через дорогу.

Пример 2. На видео редкая запись сочинения С. Яданссона, Псалм 121

из программы концерта в Либеральной Лейпцигской Синагоге, который состоялся 14 Марта 1926 года. Программа концерта состояла из музыки как еврейской литургии так и христианской.

Пример 3. Фотография Лейпцигской Синагоги, основана в 1855 год, разрушена нацистами в 1938 году.

Фотография Лейпцигской Синагоги

В 1866 году композитор основывает хоровое общество Psalterion, а также дирижирует концертами Euterpe Society, название оркестр получил в честь богини Эвтерпы, покровительницы поэзии и музыки.

Euterpe Orchestra общество в Лейпциге объединяло музыкантов любителей, а также было привлекательно для молодых инструменталистов Лейпцига. Концерты оркестра проводились в Booksellers’ Exchange, the Central Hall, the Old Theater, а с 1855 года в Old Gewandhaus. Оркестр и по сегодняшний день проводит концерты, но называется “Sinfonischer Musikverein Leipzig”.

Материалов о жизни Ядассона пока крайне мало, но благодаря его активной и успешной педагогической деятельности известно следующее.

В 1871 году он получает должность преподавателя в Лейпцигской консерватории по классам Гармонии, Контрапункта, Композиции, Инструментовки и Фортепиано.

Композитор пишет материалы для преподавания композиции в 5-ти томах, a также множество важных критических статей и аналитических книг.

В 1887 году Университет Лейпцига его награждает почетным званием Доктора Философии в музыке, а через 6 лет он получает звание Королевского Профессора (Royal Professor).

Научные работы Ядассона в музыкальном искусстве были высоко оценены, а на его книгах учились композиторы конца XIX-го начала XX-го веков. Кроме преподавания в Лейпцигской консерватории с 1897 года и до самой кончины композитор возглавляет кафедру Музыковедения в Университете Страсбурга. Но несмотря на фантастический исполнительский, научный и педагогический успех Саломон Ядассон считает композицию главной стороной своей деятельности.

Он автор более 140 произведений, охвативших практически все музыкальные жанры. Несколько произведений в 1870 году композитор опубликовал под псевдонимом Гектор Оливье (H. Ollivier).

Здесь полный список произведений композитора:

https://imslp.org/wiki/List_of_works_by_Salomon_Jadassohn

Среди его сочинений главное место занимают камерная музыка, 4 симфонии, 2 фортепианных концерта, написанные один за другим. Первый соч.89 в 1887 посвящен выдающемуся французскому пианисту и композитору Исидору Филиппу, а второй соч. 90 в 1888 году посвящен швейцарскому пианисту и композитору Вилли Ребергу. Оба концерта отличаются драматическим содержанием и состоят из 3-х частей.

Пример 4. Отрывки из концерта #1 в до миноре:

https://www.hyperion-records.co.uk/dw.asp?dc=W12230_67636

Пример 5. Отрывки из концерта #2 в фа миноре:

https://www.hyperion-records.co.uk/dw.asp?dc=W12231_67636

Пример 6. Послушайте очаровательно нежный Ноктюрн для флейты и фортепиано соч.133. Сочинение посвящено известному педагогу и виртуозу игры на флейте Адольфу Буросу (Adolf Burose), профессору Королевской Национальной Венгерской Академии Музыки и первому флейтисту, должность в симфоническом оркестре, Королевской Венгерской Оперы, Royal Hungarian Opera House.

Пример 7. «4 Фантастические пьесы» соч.31 посвящение талантливой шведской пианистке еврейского происхождения Саре Магнус Гейнц. Сара Магнус училась у Т. Кулака и Ф. Листа в Веймаре.

По названиям пьес: 1. Andantino grazioso 2. Quasi Allegretto 3. Mouvement de Valse tres-anime 4. Marcato e vigoroso, non troppo Allegro — можно иx представить как музыкальные зарисовки изящного женского образа.

Место, которое занял Саломон Ядассон в истории немецкой романтической музыки XIX века, с одной стороны, весьма значительно, но в контексте исторического времени, в котором он жил, его имя стало обречено на забвение. Я не беру на себя смелость судить и оценивать события прошлого, но последствия их очевидны и о них можно поговорить.

И дело не только в атмосфере антисемитизма, который при жизни композитора его не коснулся, а в надвигающемся течении Модернизма, который по определению американского композитора и дирижера Леонарда Бернстайна, разделил музыкальное искусство на два рукава. Тональная система, сформированная в течении веков и подарившая миру величайшие творения музыкального искусства подвергалась жесткой критике, идеологи революций в обществе использовали название Высших Музыкальных Школ “Консерватория” в буквальном значении немецкого слова “консерватизм”, то есть нечто устаревшее. На самом деле название высшего музыкального учебного заведения “Консерватория” ничего общего с консерватизмом не имеет, поскольку имеет итальянские корни, а не немецкие. Латинское слово “conservare” означает “охранять”, консерваториями с XVI века в Италии называли приюты для детей- сирот и беспризорных, в которых их обучали ремеслам, в том числе и музыке, чтобы они могли себя содержать.

На смену тональной системе создавалось новое революционное направление, где тональность как понятие отсутствовало, а в гармонии диссонансы освобождались от разрешения их в консонанс. Мелодия, важный компонент музыкального сочинения, осуждалась как отсталый пережиток прошлого. Саломон Ядассон был композитором мелодистом, а за это явление композитору присваивали уничижительное определение “мендельсоновщина”. Впоследствии под это определение попал и великий С.В. Рахманинов.

В век индустриализации сложилось представление об эволюции в искусстве, в том числе и музыке.

Как показало время, музыкальное искусство не может развиваться по аналогии с техническим прогрессом, когда развитые технологии заменяют устаревшие. Великие композиторы и их творения бессмертны именно потому, что их исполняют в следующих поколениях. Духовный капитал создавался веками, вдохновляя и обогащая следующие поколения гениальных творцов.

Камерная музыка Ядассона занимает, на мой взгляд, центральное место в творчестве композитора наряду с его симфониями. Кроме традиционных струнных квартетов у него замечательные фортепианные трио, квартеты, квинтеты и секстеты. По содержанию музыки и построению формы они практически камерные концерты для фортепиано, что позволяло их исполнять не только концертными исполнителями, но и в педагогической практике. Вот несколько примеров:

Пример 8. Финал фортепианного квартета до минор, соч. 77

Пример 9. Фортепианный квинтет в соль миноре, соч. 126

И вот в разгар войн между консерваториями, композиторами и странами, в которых происходили исторические битвы, которые занимались разрушением всего и вся, замечательный французский писатель фантаст Жюль Верн в 1863 году сочиняет сатирический роман, поливающий дождем стрел гротескного юмора происходящие в искусстве сражения.

Роман называется “Париж в ХХ веке”.

Совершенно изумительная история! Автор книги предсказывает к каким результатам приведут тенденции, в обществе, через 100 лет в 1960 году. Издателю роман показался недостаточно зрелым и скучным, он отказывается его опубликовать. Жюль Верн, как выяснилось, к книге больше не возвращался и она считалась утерянной. Но, как мы знаем, «рукописи» и «партитуры» не горят, и книга была найдена совершенно волшебным образом в сейфе, ключ от которого был потерян, праправнуком писателя в 1989 году.

Очень легко в нашем XXI  веке убедиться, что история героев книги не фантастика, а предвидение.

Предсказание No.1: создание музыкальной системы, освободившей диссонанс. Додекафония, которую изобрел австрийский композитор Aрнольд Шенберг.

Читаем отрывок из 8-ой главы “Париж в XX веке” о том, как пианист/композитор по имени Quinssonans (в переводе “звучащая квинта”), рассказывает друзьям о ситуации в музыкальном искусстве:

«Мишель, потрудись открыть фортепьяно. А теперь садись на клавиши. Знаешь ли ты, что ты сейчас делаешь? — спросил пианист, ты упражняешься в современной гармонии. Что ты извлек из фортепьяно, это попросту современный аккорд. И уж совсем страшно становится от того, что нынешние ученые берутся дать этому научное объяснение! Раньше лишь некоторым нотам было дозволено соединяться друг с другом; с тех пор их примирили, и они больше не ссорятся между собой, они для того слишком хорошо воспитаны!»

Предсказание No.2: о создании в музыке стилистики, получившей название “Mинимализм”:

Кенсонанс, один из героев книги, рассказывает, что

“под предлогом использования новых методов партитуру строят теперь на одной-единственной ноте — долгой, тягучей, бесконечной. В Опере она начинается в восемь вечера и заканчивается без десяти минут двенадцать. Продлись она пятью минутами дольше, и дирекции пришлось бы платить штраф и удваивать вознаграждение охраны.
И никто не протестует?
Сын мой, музыку теперь не дегустируют, ее проглатывают!”

Шутка Жюля Верна специально для пианистов. В середине XIX века были популярны соревнования между выдающимися пианистами виртуозами. Великие композиторы того времени осуждали поверхностное, похожее на цирковое искусство, исполнительство.

“Кенсоннас: вы сочтете меня сумасшедшим и тем обескуражите. Но могу заверить вас, что талант Листов и Тальбергов, Прюденов и Шульгофов будет многократно превзойден.

— Ты что, хочешь сыграть за секунду в три раза больше нот, чем они? — осведомился Жак.”

Невозможно удержаться от смеха читая следующий абзац из “Парижа в XX веке”.

Восьмая глава о музыке:

«Ладно, — сказал Мишель, — но ты-то музыкант, Кенсоннас, ты сочиняешь, ты проводишь ночи за фортепьяно! Отказываешься ли ты исполнять современную музыку?

— Я? Еще чего не хватало! Исполняю, как и все. Вот, послушайте, я только что сочинил пьесу во вкусе дня и верю в ее успех, если только найду издателя.

— И она называется?

— Тилорьена, гранд-фантазия на тему «Сжижение Углекислоты».

— Не может быть! — вскричал Мишель.

— Слушай и суди, — сказал Кенсоннас.

Он сел за фортепьяно, вернее, набросился на него. Несчастный инструмент, истязаемый его пальцами, его кулаками, его локтями, испускал немыслимые звуки; ноты сталкивались и колотили, как град по крыше. Нет мелодии! Нет ритма! Сверхзадачей автора было изобразить последний опыт, стоивший жизни инженеру Тилорье.

— Ну, — кричал Кенсоннас, — вы слышите! Вы понимаете! Вы присутствуете при эксперименте великого химика! Ощущаете ли вы в полной мере обстановку его лаборатории? Слышите ли вы, как выделяется углекислота? Вот давление достигает четырехсот девяноста пяти атмосфер, цилиндр вздрагивает, осторожно! Аппарат сейчас взорвется! Спасайся, кто может!

И, нанеся по клавиатуре сокрушающий удар кулаком, Кенсоннас воспроизвел взрыв.

— Уф, — выдохнул он, — было ли это достаточно похоже, достаточно прекрасно?

Мишель лишился дара речи. Жак не мог удержаться от смеха.»

Вот такое предсказание сделал Жюль Верн в 1863 году, которое реализовалось в полной мере в музыке XX и XXI веков.

Саломон Ядассон (1887 год), Studio portrait of the composer Salomon Jadassohn, Leo Baeck Institute, F 2551

Саломон Ядассон (1887 год), Studio portrait of the composer Salomon Jadassohn, Leo Baeck Institute, F 2551

Но в то время, когда преподавал Саломон Ядассон, было не до шуток. Некоторым студентам, поступившим в Лейпцигскую консерваторию, было не по силам одолеть программу и метод обучения Ядассона. Иногда не хватало знаний немецкого языка, на котором велось преподавание, другим было сложно сочинять фуги.

Космополитизм в музыкальном искусстве жестко осуждался националистами и антисемитами, а на его фундаменте Феликс Мендельсон создавал Лейпцигскую консерваторию. Э. Григ например был недоволен, что Ядассон рекомендовал ему не ограничиваться норвежским фольклором.

Все эти проблемы были исключениями, несмотря на критику количество учеников у композитора постоянно росло до конца 90-х годов, его книги были переведены на 6 языков, так как по ним учились в Парижской консерватории, Королевском Колледже музыки в Лондоне, в Российских консерваториях, Американских консерваториях и многих других. Лейпцигская консерватория имела факультет Искусство Преподавания, Art of Teaching, для которого нужны были специальные учебники, которые тоже писал Ядассон. В числе произведений для фортепиано и камерной музыки есть пьесы технически доступные студентам не обладающих виртуозностью, они определенно написаны как педагогический репертуар или для любителей музыки.

Совершенно закономерно явление в педагогической практике, когда два ученика имеют противоположные отношения с одним и тем же педагогом. После смерти Ядассона 1-го февраля 1902 годa один из его учеников C.G. Thomas, который занял пост органиста в Английской Королевской Церкви в Лейпциге, дважды в течении двух месяцев написал эссе о своем мастере в The Musical Herald, приведу небольшой отрывок из него (перевод Л.Б.):

“Как один из великих контрапунктистов в мире, он не видел необходимости в нашей Английской систематической работе пересматривать контрапункт. Для достижения беглости в искусстве композиции надо быть готовым писать фуги. Возможно некоторые профессора и студенты факультета Искусство Преподавания находят недостатки в методе Др. Ядассона; но он давал высочайшие художественные примеры, критику и руководство.”

Саломон Ядассон (поздний период жизни)

Саломон Ядассон (поздний период жизни)

В настоящее время все работы Соломона Ядассона представляют огромный интерес.

К сожалению, записей недостаточно, но интерес к его музыке очень большой.

Уверена, что материалы о композиторе можно будет обновлять и дополнять в будущем.

Если вы любите романтическую музыку и уже знаете каждую ноту в симфониях и камерной музыке Мендельсона, Шумана, Брамса, включая их оппонентов Листа и Вагнера, слушайте музыку Саломона Ядассона.

Его музыка — это реки мелодий, текущие в энергичном пульсирующем ритме, и все это в Гармонии взаимоотношений между диссонансами и консонансами, приправленные ароматными специями хроматизмов.

Литература

1. Manual of Harmony by S.Jadassohn, Instruction at the Royal Conservatory of Music,Leipzig
Translated from the German by Paul Torek and H.B.Pasmore. Chapter XXIII. Page 198-204
How to Listen to Music. Chapter XXIV Page 204-208 Substance and Form.
2. Jadassohn, Salomon- jewish Virtual Library
3. Steven J.Cahn, from the Birnbaum Collection: Mid-Nineteenth Choral Music of Salomon
Jadassohn, Composer and Theorist, The Sixteenth World Congress of jewish Studies
4. Letters of Franz Liszt by Franz Liszt
5. ”Perhaps I’d better go back to Mr. Jadassohn”: Charles Ives’s Harmonic Training in Late Nineteenth- Century America
6. The pilgrimage to Leipzig and its effects on the English organ sonata, by Iain Quinn,
Journal of the Royal College of Organists, Volume 6, 2012 Editor: Andrew McCrea
7. ”Letters of Franz Liszt — Volume 2:from Rome to End” Internet Archive

Print Friendly, PDF & Email
Share

Людмила Беккер: Немецкий композитор Саломон Ядассон и французский писатель-фантаст Жюль Верн. Реальность и Фантазии Настоящего в Будущее: 3 комментария

  1. Alla Tsybulskaya

    Мне кажется, что Людмила Беккер- талантливая концертировавшая пианистка, замечательный педагог фортепиано, получившая много международных премий за выступления своих студентов, в нынешнее время проживает вторую жизнь, посвятив себя исследовательским поискам. И каждый раз её пытливый интерес ведет к раскрытию значимости деятелей искусств в прошлом. Она открывает неизвестную сторону деятельности композитора с мировым именем, ведь большинство просвещенной публики не ведало о том, что
    Ф. Мендельсон был еще прекрасным художником, она изучает судьбу и отмечает большой талант сестры Мендельсона пианистки Фанни, она обнаруживает связи в архитектонике музыки и архитектуре городов, открывая имя Павлова, она из несправедливого забвения извлекает произведения композитора Алькана- современника Шопена, и многое еще. А данная публикация- посвящена пианисту и композитору Саломону Ядассону-современнику Листа и Вагнера. Автор пишет, что о нем нельзя забыть. Но о нем мало, что известно сегодня. Тем более ценнен вклад автора в общее дело просветительства и культуры. Одна только ссылка на перечень имен тех, кто учился у Ядассона, подчеркивает значимость вклада в будущее пианизма самого учителя. С неустанным вниманием Людмила Беккер отыскивает ноты произведений Ядассона, находит звучащие записи их исполнений, находит литературу о нем самом на английском и немецком языках, и само переводит, находит фотографии музыканта, словом, осуществляет огромный труд культуролога, музыканта, исследователя, и, наконец, человека, чье сердце стремится воздать почести деятелям искусства, о которых следует знать. В этом исследовании есть одна часть, полностью меня покорившая. Казалось бы, с детства мы все читали романы Жюль Верна. Но что он написал роман, иронически описывающий новое направление в музыке, сменивший тональную систему на атональную, не уверена знал ли кто-нибудь кроме самой Людмилы Беккер. «Париж в 20-ом веке»- название романа. И с ним связана еще одна просто детективная история его пропажи и находки. А приводимое ею упоминание Жюль Верном название пьесы для фортепиано СЖИГАНИЕ УГЛЕКИСЛОТЫ вызывает неудержимый смех. Саломон Ядассон принадлежал к сфере гармонической музыки, в которой диссонанс разрешается консонансом, и мир еще относительно спокоен, хотя и в нем происходят войны, возникает враждебность между людьми, причиняет боль антисемитизм, но каким еще ласковым кажется 19-ый век!

    1. Alla Tsybulskaya

      Это моя поп
      равка. Не само переводит, а сама переводит. Не заметила, как выскочила не та буква.

    2. Людмила Беккер

      Аудитория читателей, слушателей и зрителей является частью творческой работы каждого автора. Бесконечно благодарна Алле Цыбульской за отзыв и оценку не только содержания статьи, но и за понимание важности знания о великих личностях, которые оказали огромное влияние на развитие музыкального искусства.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *