© "Семь искусств"
  май 2018 года

Елена Федорович: Эмиль Гилельс в глазах наших современников

17,435 просмотров всего, 5 просмотров сегодня

Как, каким образом подлинные письма и фиксация имевших место событий в дневнике вдовы Гилельса могут оскорбить («травить») Нейгауза и Рихтера? Только в одном случае: если Нейгауз и Рихтер совершали некрасивые по отношению к Гилельсу поступки, и публикуемые документы это демонстрируют.

ָЕлена Федорович

[Дебют] Эмиль Гилельс в глазах наших современников

Елена ФедоровичI

Имя великого пианиста Эмиля Гилельса не нуждается в представлении. На протяжении нескольких десятилетий он поднимал в восторженных овациях залы всего мира. Он удостоился высочайшей оценки таких деятелей искусства, как Шостакович, Прокофьев, Сибелиус, Пуленк, Тосканини, Арт. Рубинштейн, Отто Клемперер, Марк Шагал, Сальвадор Дали… И по сей день на Западе и Востоке бережно переиздают его записи и чтут его имя как одного из величайших пианистов в истории исполнительства.

Совсем иное отношение сопровождало Гилельса на его родине. Формальными званиями он не был обделен и в Советском Союзе: народный артист СССР, Герой соцтруда, лауреат Ленинской и многих других премий… Но эти звания почетом у интеллигенции не пользовались даже в советское время, тем более ― после краха социализма и СССР. Начиная с 1960-х гг. некая «молва», распространявшаяся в авторитетных кругах музыкантов, старательно отодвигала Гилельса в тень, чтобы водрузить на его место на музыкальном Олимпе другого пианиста: Святослава Рихтера. Причем делала это не публика, которая Гилельса обожала, несмотря на все его советские звания. Начал это Генрих Нейгауз, бывший властителем дум и хорошо владевший печатным словом. Своего любимца Рихтера он всячески прославлял, и с большим упорством принижал и просто оскорблял Гилельса. Примеры этого во множестве присутствуют в книге Нейгауза «Об искусстве фортепианной игры» и его статьях.

Дело продолжило после смерти Нейгауза уже окружение самого Рихтера, которое всегда было многочисленным и весьма влиятельным во многих отношениях: прославлять Рихтера оказалось выгодно. После ранней смерти Э. Г. Гилельса, последовавшей при более чем странных обстоятельствах, его имя стало просто стираться из СМИ, а фильмы о нем, снятые разбирающимися в искусстве работниками кино и телевидения, с участием его выдающихся коллег, изымались без показа. В 1992 году в журнале «Музыкальная жизнь» вышла статья С. М. Хентовой (первого «биографа» Гилельса, сделавшей себе на нем имя), которую иначе, как оскорблением великому пианисту, назвать невозможно. Следом появилась книга Монсенжона о Рихтере, в которой словами Рихтера произносится прямая клевета в адрес Гилельса.

Протестующие голоса поклонников Гилельса стали прорываться только после ухода С. Т. Рихтера и его как бы супруги Н. Л. Дорлиак из жизни. Сначала появилась статья друга и почитателя Гилельса Г. Б. Гордона «Импровизация на заданную тему», в которой впервые была произнесена правда об истинном отношении к Гилельсу Г. Г. Нейгауза. Правда, найти эту статью было невозможно; при взгляде на издание приходило на ум словосочетание «подпольная литература». «Прорыв» произошел лишь в конце 2006 года, когда открылся официальный портал Эмиля Гилельса www.emilgilels.com (автор ― Феликс Готлиб) с огромным количеством фотографий, документов и воспоминаний. Следом ― центральное событие возрождения имени Гилельса: выход первой книги Г. Б. Гордона «Эмиль Гилельс / За гранью мифа». Книга вызвала ожесточенную дискуссию, хотя с точки зрения здравого смысла, такую книгу ― о великом отечественном пианисте, чей портрет был помещен в интереснейший культурный контекст, ― следовало бы только приветствовать. Но гонители имени Гилельса, привыкшие к безнаказанному извращению его биографии и места в истории, образовали возмущенный хор с песнями «Книга не нужна!», «Автора ― исключить из учеников Нейгауза!» (!). Продолжала насаждаться точка зрения о том, что книги нужны только о Рихтере…

Довелось внести свою лепту в возвращение имени Гилельса должного звучания и мне. В 2007 году вышла моя небольшая книга «Великий Гилельс», а в 2012 г. совместно с английской исследовательницей его творчества Джудит Рэйнор и немецким музыковедом и журналистом Фальком Шварцем мною была издана объемная книга «Неизвестный Гилельс. Биография. Концертография». К этому времени была написана уже вторая книга Г. Б. Гордона «Эмиль Гилельс и другие», затем ― третья: «Вокруг Гилельса»; внук Гилельса Кирилл издал сборник воспоминаний о Гилельсе «In Memoriam. Emil Gilels», который начал составлять еще ученик Эмиля Григорьевича, композитор В. М. Блок. Если прибавить к этому несколько прекрасных фильмов ― новых или наконец-то показанных старых («Неукротимый Гилельс», «Великий Гилельс», «Жизнь в музыке», «Эмиль Гилельс, единственный и неповторимый», фильм о учительнице Гилельса Б. М. Рейнгбальд) и множество роликов с аудио— и видеозаписями Гилельса на Youtube, то можно сказать, что основная задача была выполнена. 100-летие величайшего пианиста в октябре 2016 года отмечалось достойно (во всяком случае, по сравнению со всем предшествующим). Венцом материалов к 100-летию Гилельса стала книга, изданная Кириллом Гилельсом по материалам Фаризет Гилельс, супруги Эмиля Григорьевича: «Мой Гилельс. Сквозь призму любви». Остается только сожалеть, что тираж ее ни в коей мере не удовлетворяет спрос, и многие желающие приобрести ее так и не смогли этого сделать.

Однако время, прошедшее уже после юбилея, показало нам, что попытки лишить великого пианиста его законного места в истории не прекратились. По-прежнему имя Гилельса то исчезает с положенных мест, то сопровождается странными комментариями. Сейчас, в соответствии с реалиями времени, действие переместилось на «Facebook».

Внук великого пианиста, Кирилл Гилельс, знакомит нас с архивом его бабушки Фаризет Гилельс. Трудно представить что-либо ценнее, нежели письменные свидетельства человека, находившегося рядом с Гилельсом на протяжении 38 лет. Это не говоря уже о безусловной ценности иных публикуемых Кириллом документов ― например, подлинников знаменитых писем Г. Г. Нейгауза и Э. Г. Гилельса друг другу, о которых ходило столько разнообразных слухов в музыкальной среде. И вот, наконец, мы видим на «Facebook» подлинники этих и других писем, сканы записей Фаризет о разных событиях жизни семьи Гилельс ― такой всегда закрытой для посторонних и потому загадочной. Разумеется, речь в них идет не о быте семьи, а о ее музыкальном окружении, тоже состоявшем из крупнейших фигур. Казалось бы, читатели, посещающие эту страницу и, следовательно, интересующиеся вопросами, связанными с крупными пианистами той эпохи, должны радоваться?

Многие радуются и благодарят. На этом фоне более чем странно выглядят отклики противоположного свойства. В которых Кириллу предлагают (точнее, требуют) не выкладывать документы, а, напротив, скрыть их. Почему? Чтобы не оскорблять других крупных музыкантов ― прежде всего, Г. Г. Нейгауза и С. Т. Рихтера. Кирилла обвиняют в том, что он разводит дрязги, стравливает (сталкивает) великих между собой и т. д. и т. п. Всех читателей пытаются уверить в том, что публиковать подлинные документы ― нехорошо, неинтеллигентно; а вот скрыть их ― очень благородно и правильно. Требования эти, что интересно, идут не только от посетителей «Facebook». В основном, это преподаватели (в т. ч. профессора) ведущих музыкальных учебных заведений Москвы, что делает данные требования весьма серьезными.

Попытавшись взглянуть на это непредвзято, впадаешь в оторопь. Как, каким образом подлинные письма и фиксация имевших место событий в дневнике вдовы Гилельса могут оскорбить («травить») Нейгауза и Рихтера? Только в одном случае: если Нейгауз и Рихтер совершали некрасивые по отношению к Гилельсу поступки, и публикуемые документы это демонстрируют. Но каким же образом в этих поступках оказался виноват Кирилл Гилельс, которого во время описываемых событий на свете не было? Может быть, не надо было делать такого, за что потом приходится опасаться, когда это всплывает через много лет? Но это уже сделано, и это не вина Кирилла.

Разумеется, подтекст тут иной: зачем ворошить прошлое, раскрывать какие-то подробности из жизни музыкантов… Давайте любить их всех, почитать и слушать записи, а подробности ― благородно забудем.

Я первой голосовала бы за такой подход, если бы эти «подробности» касались исключительно частной жизни великих. Но они касаются совершенно иного: деятельность Г. Г. Нейгауза и С. Т. Рихтера по отношению к Э. Г. Гилельсу имела целью полностью исказить подлинный масштаб Гилельса в искусстве и лишить его того места в истории исполнительства, которое он занимал. Бесконечные нападки «властителя дум» Г. Г. Нейгауза на Гилельса в статьях и книге «Об искусстве фортепианной игры», тон которых был подхвачен советской прессой; его личные выпады в его адрес (на фоне того, что Гилельс спас ему жизнь и свободу); постоянные «уколы» от власти, которая в это же время выдавала все возможные бонусы Рихтеру (потом, разумеется, все это будет «перевернуто» для читающей публики). Травля Гилельса со стороны учеников Нейгауза, организованная Рихтером. В постсоветский период (он же ― период после смерти Гилельса) ― «невидимая рука», стиравшая все упоминания о нем отовсюду, на фоне все растущего потока восхвалений Рихтера; позорная статья Хентовой в массовом журнале «Музыкальная жизнь» ― и отказ редакции напечатать опровержения и возражения, в том числе от Елены Гилельс (напечатали только крохотный текст В. Блока, на которого тут же с ложью и передергиваниями набросилась Хентова). Наконец, чудовищная ложь Рихтера, опубликованная в книге Монсенжона, где Рихтер извратил содержание последнего письма Гилельса Нейгаузу и ― не больше не меньше ― обвинил Гилельса в смерти Г. Г. Нейгауза («Потрясенный Нейгауз вскоре умер»). Много еще чего было… Интереснейшая статья Г. Гордона «Импровизация на заданную тему»… напечатанная тиражом 100 экз. в провинции… Записанные и неизвестно куда девшиеся 10 телепередач о Гилельсе, которые никогда не были показаны (стерты?!!)… Казалось, этой вакханалии не будет конца. Наконец, вышла книга Гордона, лед тронулся, и возникла надежда, что все станет на свои места; что Рихтер останется на своем ― вполне почетном ― месте в истории, а Гилельсу вернут отнятое.

К сожалению, этого пока не произошло. С удивлением слушаем «старые песни» ― как будто не было ничего этого на глазах у всех, как будто не читали оппоненты Кирилла ни одной книги на тему, в которой они ему оппонируют. Снова звучат сказки о том, что Нейгауз Гилельса очень любил и писал о нем только хорошее; что советская власть Гилельса любила тоже; что никакой несправедливости по отношению к нему и в помине не было… «Книга не нужна…» и т. д., и т. п.

Нужно отдать себе отчет: все, происходившее и происходящее вокруг этой темы, есть не что иное, как КРУПНЕЙШАЯ ФАЛЬСИФИКАЦИЯ В ИСТОРИИ ИСПОЛНИТЕЛЬСТВА. Величайшего, гениального музыканта внаглую пытаются лишить его места в истории ― ради того, чтобы на это место поместить другого. Весь мир чтит Гилельса и не обсуждает вопросы о его величине ― и, простите, в очередной раз «крутит пальцем у виска», глядя на нашу страну. В которой в 100-летний юбилей великого Гилельса, отмечавшийся во всем мире, самая массовая газета (и сайт) АиФ, постоянно отзывающаяся статьями на рядовые дни рождения всех поп-звезд и актеров второго плана, не публикует о нем НИЧЕГО. Зато за несколько дней до 100-летия Гилельса, в День учителя, помещает материал об Учителе и Ученике ― Нейгаузе и Рихтере… а Гилельса приводит как «крупного» пианиста в конце длинного списка. И зомбированные бабушки и дедушки в сотнях музыкальных школ и училищ продолжают внушать ученикам, что Пианист в нашей стране (а может, и в мире…) был только один. И что Рихтер сыграл весь репертуар Гилельса вместо него (а заодно и первым исполнил все концерты Рахманинова ― это я слышала сама, принимая госэкзамены в разных учебных заведениях).

Вот об этом идет речь в документах, которые сейчас открывает Кирилл Гилельс. Поэтому документы должны быть обнародованы во что бы то ни стало. Позиция «оболгали Гилельса, и пусть так все и останется, не нужно трогать прах великих» в данном случае аморальна полностью.

Не мы начали эту войну (говорю как автор книг о Гилельсе). Не Кирилл «стравливал и сталкивал», это сделали другие люди. Те, кто сейчас изображает тонкую интеллигентность и деликатность, протестуя против публикации «негатива» (правдивого) о Нейгаузе и Рихтере ― где вы были, когда публиковался (и не в соцсетях, а в печати и на ТВ) ЛЖИВЫЙ НЕГАТИВ О ГИЛЕЛЬСЕ? Вы протестовали против написанного Хентовой? Против лжи в книге Монсенжона? Против лживых передач С. И. Бэлзы, приписывавшего заслугу должного признания Клайберна ― Рихтеру? Против изъятия имени Гилельса отовсюду, где оно должно быть обязательно? Вы, выискивающие каждую букву с «сомнением» в величии Рихтера ― почему вас не волновало постоянное принижение великого имени Гилельса)? Вы молчали, потому что вас это устраивало? Значит, придется теперь прочитать правду.

По поводу же соображений «зачем трогать великих» и т. п. не могу сказать лучше, чем написала Фаризет Гилельс за несколько месяцев до смерти в письме к своему зятю П. П. Никитенко: «Гилельс ушел. Разве можно оставить его с наветами…»

II

О том, как относилась к Гилельсу на самом деле советская власть, сейчас уже начали писать открыто. Да, он был любимцем Сталина, но тогда это не означало ничего, кроме постоянной опасности для пианиста. «В то время я каждое утро не знал, буду ли жив к вечеру», ― рассказывал потом сам Эмиль Григорьевич своей семье. В брежневские времена его просто негласно преследовали: запрещали уже подготовленные зарубежные записи, не выдавали вовремя визы, вычеркнули его дочь Елену, превосходную пианистку, из уже составленных списков поступивших в аспирантуру Московской консерватории ― только за то, что Гилельс отказался подписать очередное инспирированное властью «письмо» («Такие письма я не подпишу и никогда не подписывал» ― это тоже помещено в «Facebook» на странице Кирилла, в виде скана подлинной дневниковой записи Фаризет Гилельс)… Легенда же, распространявшаяся свитой Рихтера, гласила, что «Гилельс ― официальный советский пианист». В то время как именно Рихтер имел немыслимые бонусы от советских властителей. Таких «перевертышей» в освещении биографии Гилельса нам демонстрировали очень много. В качестве иллюстрации подлинного отношения советского официоза к Гилельсу можно привести выдержки из статей о Гилельсе и Рихтере в «Советском энциклопедическом словаре» 1983 г. издания (в эпоху «до Интернета» это был основной источник сведений): «Гилельс ― крупный представитель советской пианистической школы»; «Рихтер ― один из крупнейших пианистов ХХ века». Интересно, отчего на Западе вдруг так полюбили всего лишь «представителя советской школы…»?

Кроме несправедливых сопоставлений, Гилельса просто старались всячески опорочить, используя для этого разнообразные приемы. Здесь речь пойдет об одном из таких случаев, с попыткой вскрыть механизм того, как именно это делается. Связан дальнейший рассказ с одной из самых страшных страниц истории еврейского народа в СССР ― «делом врачей» в 1953 году.

Поместив в «Facebook» материал о Гилельсе, я заметила среди комментариев ссылку на статью Элиэзера М. Рабиновича «Возвращаясь к 1953-му: Страна была готова к депортации евреев». Прочитав статью, поняла: комментатор и автор статьи ― один и тот же человек; и в комментарии автора статьи ― а значит, вроде бы компетентного в этом вопросе человека — прямо утверждалось, что Гилельс в 1953 году подписал письмо, которое вожди заставляли подписать выдающихся деятелей науки и искусства еврейского происхождения ― с осуждением «врачей-убийц» и фактическим отмежеванием от собственного народа.

Я точно помнила ― сначала еще с детства, с разговоров родителей и часто бывавших у нас дома видных музыкантов, ― что Гилельс ничего не боялся и никогда ничего не подписывал. Недавно еще раз с удовольствием в этом убедилась, когда уважаемый А. А. Локшин прислал мне ссылку со статьей Владимира Мака «Его здесь звали просто Милька Рыжий» («Лехаим», 4 декабря 2016 г.). Там, помимо прочего, приводятся воспоминания не кого-нибудь, а сестер Михоэлс, о том, как Гилельса вызывали, чтобы заставить подписать это страшное письмо, и как он категорически отказался это сделать и ждал ареста. Которого не последовало, так как умер Сталин… И о том, как Гилельс удивился, увидев в сопровождении «штатских» своего соседа по дому А. В. Гаука, ― неужели уже и неевреев арестовывают? ― оказалось, дирижера привезли для организации музыкального сопровождения похорон… Все это полностью соответствовало и тому, что я знала и слышала от многих на протяжении всей жизни, и вообще личности Гилельса, всем прочим его поступкам. И вдруг…

Полагая, что произошло недоразумение, и Э. Рабинович не в курсе того, что произошло именно с подписью Гилельса, вступила в дискуссию. Дело в том, что ― и это не секрет ― наличие НАПЕЧАТАННОЙ подписи отнюдь в те времена не означало, что человек действительно это подписал. Конечно, под проектом письма подпись Гилельса была напечатана: это фактически констатация того, что он был известным человеком. Кто же спорит. Более того, тогда могли бы и в газете поместить с напечатанными подписями всех, получив их реально НЕ от всех! Куда было жаловаться в таком случае оболганному? ― прямо в «черный ворон» проситься? Я попыталась объяснить это автору статьи и комментария, полагая, что он этих подробностей просто не знает (хотя для исследователя, пишущего статью по данному вопросу, это было бы странным).

Ответ был следующим:

«Откуда известно, что не подписывал? Подпись в архивных документах есть. …Большое число весьма достойных людей не смогли избежать подписи. Говорить о том, что подпись Гилельса, а она есть, и рукописная, сколько-нибудь порочит его больше, чем остальных, это как раз позорить его излишней идеализацией».

Тут, наконец, мой опыт исследователя биографии Гилельса дал себя знать: когда пишут вот так, когда употребляют слова «порочить» и «позорить» (Гилельса), приписывая их оппоненту, а на самом деле с удовольствием произнося и смакуя, это… Понятно, что такое. И что никакой подписи Гилельса на этом письме нет и быть не могло.

Но на этом день удивлений для меня не окончился. Решив все-таки еще раз, и очень внимательно, прочитать статью Элиэзера Рабиновича, я нашла в ней вот это:

ПОДПИСЬ ГИЛЕЛЬСА НАКЛЕЕНА!!!

Надеюсь, читателям не нужно объяснять, что это означает.

В те минуты, когда я писала ответ, г-н Э. Рабинович сам обнаружил, ЧТО имеется в его статье, и разразился комментарием о том, что он никого не «порочит», сознается, что подпись Гилельса наклеена, но у него «не было такой роли в этой истории, как у Эренбурга», и вообще ― статья не о Гилельсе… Не порочит? ― а Ваша собственное, г-н Рабинович, утверждение, что Гилельс подписал?!! И при чем тут Эренбург? ― эта фигура заслуживает громадного уважения, но Гилельс ― не писатель, он пианист; он просто отказался подписать и приготовился к аресту и гибели. Статья не о Гилельсе? Так зачем тогда идти с таким утверждением о Гилельсе в раздел, где собрались интересующиеся материалами о нем?

Еще позднее г-н Рабинович сообщил: «Наклеена ― не наклеена, но подпись есть». (!!!)

Что же означает то, что автор статьи об этих трагических событиях черным по белому написал это утверждение (которое он, как рассказали друзья, регулярно повторяет в самых разных темах на многих страницах)? И, пойманный за руку (причем с помощью собственного текста), продолжает утверждать, что наклеенная и реальная подпись ― это одно и то же?

Это новый для меня прием очернения Гилельса ― на этот раз, в основном, перед собственным народом. Помещается эта утверждение обычно «не в тему», так что большинство читателей не станут разбираться в деталях; а вот осадочек останется. Г-н Рабинович благородно готов снисходительно отнестись к этому «недостатку» Гилельса ― что поделать, много достойных подписали…

НО НЕ ГИЛЕЛЬС!

Я же предлагаю историкам, упорно освещающим особую роль И. Г. Эренбурга в истории с этим письмом, обратить внимание на не менее особую роль Э. Г. Гилельса. Он не придумывал альтернативных вариантов, он просто отказался ― идя на верную смерть. И главное: сам факт того, что подпись его вынуждены были наклеить, вкупе с его же фразой в отношении более позднего подобного «письма» («никогда не подписывал») неопровержимо свидетельствует: ЭМИЛЬ ГИЛЕЛЬС ОТКАЗАЛСЯ ПОДПИСАТЬ ПИСЬМО ПРОТИВ «ВРАЧЕЙ-УБИЙЦ» В 1953 ГОДУ. ДУМАЮ, НАРОД ИЗРАИЛЯ И ЕВРЕИ, ЖИВУЩИЕ ВО ВСЕМ МИРЕ, ДОЛЖНЫ ЭТО ЗНАТЬ.

III

В завершение разговора приведу свою рецензию на недавно показанный по телевидению трехчастный фильм, оставивший незабываемые впечатления именно в ракурсе обсуждаемой темы. Фильм снимался примерно перед 100-летним юбилеем Гилельса, уже после выхода многих книг, фильмов и радиопередач о нем, которые, казалось бы, должны были вернуть ситуацию к здравому смыслу. О том, что получилось, ― далее.

«РУССКИЕ ЕВРЕИ»: ВЗГЛЯД БИОГРАФА ЭМИЛЯ ГИЛЕЛЬСА НА ФИЛЬМ ЛЕОНИДА ПАРФЕНОВА

Посмотрела я фильм «Русские евреи» (три фильма, точнее). Трехчастный фильм Леонида Парфенова и Сергея Нурмамеда, наконец, появился в Сети. Давно хотела посмотреть, потому что и просто историю люблю, в том числе жанр документально-исторических фильмов; и интересно было побольше узнать о поразительно талантливом народе, давшем столько великих людей России и всему миру. Для меня это, прежде всего, народ, давший нам всем Гилельса.

Скажу сразу: в целом фильм производит сложное впечатление. Он переливается, как хамелеон. То вроде бы кажется, что он отдает должное евреям, жившим в России и значительно повлиявшим на ее политику, науку и культуру, и даже прославляет их. То, напротив, начинает отдавать поголовным «раскрытием псевдонимов», некогда характеризовавшим мрачные страницы нашей истории… В общем, тут я не специалист, и не мне судить.

Не являюсь также специалистом в собственно киноискусстве, потому могу лишь высказать свои вкусовые предпочтения. Мне понравились (местами) публицистически небесталанный текст и красивые современные съемки. И страшно мешали две вещи: постоянное помещение Парфеновым в центр кадра и всех событий самого себя; и компьютерное «оживление фотографий», или как там это называется. Традиционные документальные съемки с чередованием фотографий и хроники с закадровым текстом для меня явно предпочтительнее. Но это, как говорится, дело вкуса.

Но вот в той теме, ради которой я, собственно говоря, и охотилась за фильмом, и более пяти часов времени потратила на просмотр всех его частей… Тут не могу удержаться от анализа увиденного. Разумеется, включая фильм, я надеялась увидеть хотя бы несколько кадров, посвященных одному из величайших деятелей культуры еврейского происхождения в отечественной истории ― Эмилю Гилельсу. Ведь фильм анонсировался, а позднее и комментировался, не просто как описание исторических событий, но и представление зрителям ярких персоналий в наиболее важных областях. Как же без Гилельса!

И я эти кадры увидела. Но какие, и как они были выстроены и прокомментированы…

Каюсь, уже приступая к просмотру, я заранее боялась ― того, что Гилельса обязательно не окажется там, где он обязательно должен присутствовать. Море самых разных материалов предшествующих десятилетий приучили. Строила догадки: ну вот почему его может не оказаться? Неужели авторы настолько невежественны, что вообще не затронут пласт академической музыкальной культуры? Нет, не должно быть так-то; а если будет хоть чуть-чуть, то это Гилельс и Ойстрах. Кого-то другого может не быть ― но без них не обойтись!

Фильм первый, охватывающий весь дореволюционный период, сомнения у меня, казалось бы, развеял. В нем помещены рассказы о братьях Рубинштейнах и школе Столярского в Одессе, с характеристикой и фотографией пятилетнего Додика Ойстраха. Конечно, все эти персоналии получили меньше времени фильма, нежели один Утесов, что все же не совсем правильно. И тут же возникло опасение, что второй характеристики одесских вундеркиндов, советского периода, скорее всего, уже не последует ― так оно и оказалось. А Гилельс моложе Ойстраха на 8 лет и потому в дореволюционный период не попал.

Но уж в фильм второй-то он должен попасть точно: там временные рамки ― от революции до 1948 года! Это и конкурс 1933 года, и Брюссель ― значительные события в жизни всей страны, не только ее, так сказать, еврейской части. Тем более, фильм второй сразу открывается прославлением некоей Любки Фейгельман (популярной эстрадной артистки 20 х гг.); будет много про композиторов-песенников… И вот, наконец: на экране крупным планом возникает лицо юной Лизы Гилельс. За ней ― снова Ойстрах, потом ― вся скрипичная «брюссельская команда»… И ― все. Дальше ― Ботвинник и шахматы, с послесловием, что с тех пор эти две сферы ― шахматы и музыкальное исполнительство ― станут в стране очень сильными.

Гилельса нет. Не побеждал он с громадным шумом на Всесоюзном конкурсе 1933 года, не покорил в 1938 г. Брюссель… Вроде бы фигурирует не «скрипичное» исполнительство, а «музыкальное»; но, кроме скрипачей, ни одного академического исполнителя больше не названо. Вместе с Гилельсом, кстати, пострадали и другие пианисты: ни Оборина нет (он, между прочим, вообще первый советский победитель международного конкурса), ни Гинзбурга, Флиера, Зака, Тамаркиной… Ни, тем более, Юдиной (хотя в фильме, затрагивающем и темы политические, ей самое место ― куда до нее правозащитникам брежневской эпохи! Она при Сталине все это делала!)… Ни А. Б. Гольденвейзера, С. Е. Фейнберга… Никого. Но ведь странно: Любка Фейгельман в этой же серии появляется два раза (сейчас всем приходится объяснить, кто это такая); не забыт, кажется, ни один еврей-руководитель ГУЛАГа; а великих музыкантов-евреев в фильме про евреев ― нет… Не потому ли, что «вмешался Гилельс»?

Стараясь глушить в себе подозрения и надеясь, что все дело просто в определенном (все же) невежестве авторов, включаю фильм третий ― с надеждой, что уж тут должен быть большой раздел, посвященный Гилельсу.

Лучше бы я это не включала.

Начинается фильм, конечно, с позорной кампании «против космополитизма» и с убийства Михоэлса. Достаточно умело нагнетается атмосфера… И вдруг на экране ― Эмиль Гилельс! Но почему-то не 1948 года, а сначала ― подросток (1933 год), затем ― второй половины тридцатых, тоже совсем молодой (кадры ― без музыки ― те, где он у себя дома играет Вторую сонату Шопена). И сразу за самым страшным ― сообщение авторов фильма, что государственная антисемитская кампания действовала избирательно, и несколько евреев, угодных власти, совсем не пострадали. «Эмиль Гилельс так и остался главным пианистом страны в самом расцвете сил». И показывают его, все так же почти без музыки, долго (музыку полностью заглушает текст). Затем в этом же качестве быстро мелькает Ойстрах, за ним ― снова в связке ― Ботвинник и выигранный им чемпионский шахматный титул. Потом сразу евреи ― создатели атомной бомбы.

Переведем дух. Итак, совершенно ясно, что не пострадавшие во времена страшных страданий еврейского народа ― люди плохие, продавшиеся власти. Но если Ойстрах и Ботвинник все же в предыдущем фильме показаны положительно ― они создавали то самое преимущество советской музыкально-исполнительской и шахматной школ; то Гилельс вообще ничего хорошего не делал! Ничего не создав для страны в 30-е, он неведомым образом стал «главным пианистом страны» (видимо, назначили). Странный показ играющего пианиста без музыки работает на это же (за кадрами со скрипачами музыка в их исполнении звучит громко!): зазвучи в полный голос Гилельс ― мало ли какие ненужные мысли возникнут у неподготовленной аудитории… Еще более странно несовпадение времени кадров съемки Гилельса со временем, описываемым в фильме: полтора десятилетия. Почему бы эти кадры не показать там, где им самое место ― в предыдущем фильме?.. Нет, все рассчитано точно: там тема положительная; а тут… Во-первых, и съемок нет конца 40-х (но есть фотографии), а главное ― чтобы не было претензий, что такие «знаковые» события не показали применительно к Гилельсу. Показать-то показали ― но ухитрились сделать это с отрицательным оттенком! Точнее, просто страшным.

Дальше ― больше. Еще через несколько минут, когда идет жуткий рассказ о расстреле членов ЕАК (черно-белые фотографии невинно расстрелянных людей в кадре умело обагряются кровью), сообщается, что избранные угодные власти евреи в это же время живут «как бы в капсуле» (цитата), без всяких проблем. Тут же нам являют и нарисованные «капсулы», в которых ― фотографии «угодных», в том числе Гилельса. С ним произошла странная метаморфоза: в считанные годы он превратился в этом фильме из подростка в сорокалетнего мужчину, потому что в «капсуле» ― фото из видеозаписи «Петрушки» (это ближе к 60-м). Это вообще единственный период, когда Гилельс выглядел здоровым и даже полноватым. Зрители могут не сомневаться, что в капсуле хорошо и сытно. Капсулы эти будут постоянно маячить на фоне ужасного видеоряда, связанного с «делом врачей».

Да, но мы-то прекрасно знаем, что в «деле врачей» Гилельс отметился тем, что отказался подписать письмо деятелей культуры, осуждавших «врачей-убийц». Тема об этом письме в фильме есть, и даже сообщается, что письмо это отказался подписать Эренбург. А про Гилельса тут ― опять ничего. Видимо, не отказался…

Потом идут, конечно, другие периоды. Вторая половина 1950-х — 70-е гг., когда, в числе прочего, расцветало и завоевывало всемирную славу советское искусство. Много (и совершенно заслуженно) показывают Майю Плисецкую ― как она открывала всему миру русский балет. Гилельса, много чего открывшего в эти же годы (Америку для СССР и советское исполнительство для Нового Света; первым из советских пианистов выступавшего в парижском зале «Плейель» и многое, многое другое), а также поднимавшего в овациях все крупнейшие аудитории мира и приносившего стране многие миллионы в валюте, в этой части фильма нет совсем. Остался в сталинской капсуле.

Должна сказать, что я, конечно, в этой теме человек закаленный. Но создателям этого ― вышедшего как раз в период празднования 100-летия Гилельса ― фильма удалось меня «пронять». Некоторое время думала я, что все же тут замешаны и невежество, и интуитивное ощущение авторами того, что Гилельса объявили «угодным власти», и только (мы знаем, кто и как это делал)… И все же ― нет. Не только это. С этим фильмом в отношении именно Гилельса умело поработали. Может быть, конечно, и не с ним одним, не знаю. Допускаю также то, что непосредственно авторы фильма, пригласившие неких музыкальных консультантов, сами так и не поняли, что эти консультанты сделали.

На месте евреев я бы очень обиделась. Впрочем, на своем месте ― просто человека и музыканта ― обиделась тоже.

Однако пакостное впечатление от фильма у меня полностью, к счастью, перечеркивается словами Чулпан Хаматовой о том, что она плакала, слушая Баха в исполнении Эмиля Гилельса…

Нет, ничего им с Гилельсом не сделать.

Share

Елена Федорович: Эмиль Гилельс в глазах наших современников: 106 комментариев

  1. Юрий

    Опубликовал последнее время, кажется, 4 ответа на, с позволения сказать, статью г-жи Огаревой. Вряд ли получу ее ответ или чей-нибудь из ее лагеря.
    Теперь попытаюсь напомнить здесь: в книге Нейгауза фамилия «Гилельс» встречается 22 раза и ни одной «бесконечной нападки». Думаю, за хором славословий в адрес исследовательницы эти возражения незаметны, да и вряд ли кто-то снизойдет обратить внимание на такую мелочь.
    А между тем в этом году продолжил просматривать многие подшивки, пожалуй, самых известных советских журналов – «Советская музыка» (впоследствии – «Музыкальная академия») и «Музыкальная жизнь». Естественно, названия статей о Гилельсе не выписывал (занимался статьями о Рихтере, какие-то у меня были и раньше), но тенденцию заметил: в 60-70-е годы о Гилельсе писали больше! Не в разы, естественно, но заметно больше. При этом все названия статей хвалебные. О Рихтере — тоже. Совершенно изумил факт: «Музыкальная академия» в год 75-летия Рихтера (1990-й) не поместила ни одной статьи, посвященной этому знаменательному событию!

    Я так понимаю, что вопрос об «отодвигании в тень» Гилельса в советской прессе останется без ответа. В упомянутых моих недавних сообщениях на тему писаний Огаревой ни одно мое заявление не обходится без ссылки. Здесь же говорится о «множестве» оскорблений в адрес Гилельса. Замечу: множество может быть и пустым! (Есть такое понятие в математике.) Но, повторяю, «свои» и так всё примут, им доказательства не нужны. А как же профессиональная аккуратность и честность? Неужели в диссертации возможны беспочвенные заявления без конкретных ссылок на источники? А здесь всё можно?

  2. Елена Федорович

    Удобно: одного вознесли на немыслимую высоту, другого столкнули с пьедестала, а теперь так и оставить? Не надо решать за всех, интересно это или нет. Вам не интересно — не читайте.

  3. Борис Дынин

    Елена Кушнерова
    — 2018-06-09 20:34:37(298)

    Борис Дынин

    «Сама статья потеряла ценность»

    Как статья может потерять ценность, когда её так усиленно обсуждают? Наоборот, ценность статьи возрастает
    ==========
    Против собственного совета:
    Это уже давно не обсуждение, а перебранка, мягко выражаясь. И если кто откроет публикацию и погрязнет в комментариях, статья станет чем-то несущественным. Впрочем, если в перебранке ценность возрастает, то конечно, Вы правы

    1. Елена Кушнерова

      Драгоценный мой, так люди статью читают, а не комментарии!

    2. Елена Федорович

      Согласна, комментариев достаточно. Перебранку устроили противники статьи, т.к. ни одного содержательного аргумента привести они не могут, а остановиться не хотят. Того, что каждым потоком комментариев они поднимают популярность ненавидимой ими статьи, они тоже не понимают. Мне жаль оппонентов с их бесплодными попытками сказать что-то плохое, работающими точно в противоположную сторону… Потому я бы тоже прекратила комментарии.

  4. Борис Дынин

    Есть моменты, когда надо принимать волевое решение. Я думаю, Редактор и его помощники закрыть эту публикацию для дальнейших комментарий и предупреждать в Гостевой попытки их продолжать, обходя журнал. Все уже не имеет отношение к какой-либо содержательной дискуссии. Сама статья потеряла ценность.

    1. Елена Кушнерова

      Борис Дынин

      «Сама статья потеряла ценность»

      Как статья может потерять ценность, когда её так усиленно обсуждают? Наоборот, ценность статьи возрастает! А то, что дискуссия бездарная и выеденного яйца не стОит, так статья тут не при чём. Это надо некоторых товарищей благодарить, которые ставят всё с ног на голову.

      Как всё-таки человек сам себе может навредить! Ни один враг, самый хитрый, не смог бы бОльшего вреда причинить. Вот ведь!

  5. Виктор (Бруклайн)

    Кстати, госпожа Кушнерова, Вам может быть любопытно прочитать следующую адресованную Вам запись Марка Зайцева в гостевой книге, которую, как мне кажется, Вы не посещаете:

    Марк Зайцев
    — 2018-06-09 15:59:11(273)

    Виктор (Бруклайн)

    1. Dmitry Garanin

      Виктор (Бруклайн)
      09.06.2018 в 17:18

      — Я видел новый пост Марка Зайцева в Гостевой, хотя обычно туда не хожу. Зайцев начал хорошо, логично, (в своём первом посте) но здесь запутался, запетлял в трёх соснах презумпции невиновности после того, как Элиезер Рабинович ему объяснол, что есть две правды: юридическая и историческая. Согласно «исторической правде», Гилельс всё-таки должен был подписать, потому что время было суровое и все подписывали. А юридическая правда — да кому она нужна?

  6. Сергей Чевычелов

    Выклейной макет
    Макет верстки, выклеиваемый техническим редактором из оттисков гранок и пробных оттисков репродуцированных оригиналов пополосно, руководствуясь указаниями художника и художественного редактора издания.

    Совершенно дикие нападки на Элиэзера Рабиновича! Дикие, потому что невероятно базарно-кухонному обсуждению подверглась фраза «На листе 185 подписи пианиста Э.Г.Гилельса и директора Коломенского завода тяжёлого станкостроения Н.Э.Носовского наклеены». И все!!! То есть Рабинович сообщил вам факт: подпись Гилельса наклеена. Факт имел место? Да. Кто-то из Вас, господа, возражает против этого факта? Слово «Гилельс» (за кавычки меня растерзают!) упоминается в статье 3 раза, без всяких комментариев, один раз приводится точный анатомический факт, что подпись наклеена. Что здесь обсуждать? Как понимать этот анатомический факт, дело каждого особо. Считаете, что подпись подделана — пожалуйста. Но, Элиэзер Рабинович НИГДЕ и не утверждал, что она не подделана. Вы, господа, как честные и порядочные люди, должны обратиться в архив, убедиться что подпись ПОДКЛЕЕНА и извиниться перед Э. Рабиновичем за то, что вы совершенно напрасно и БЕСПРЕДМЕТНО его оскорбили в неуважении к великому музыканту.

    1. Dmitry Garanin

      Сергей Чевычелов
      09.06.2018 в 17:14

      — Вы всё переворачиваете с ног на голову. Проблема в том, что Елиезер Рабинович продолжает настаивать, что Гилельс подписал, несмотря на то, что его подпись наклеена.

    2. Елена Федорович

      Господа, ваши комментарии зашли в тупик — вы этого не видите? Если наклеенная подпись — нормально, то почему все не наклеены? И неужели непонятно, что наклеивать подпись надо тогда, когда настоящей подписи нет? Никто на Э. Рабиновича не нападает, тем более «дико». Но он именно утверждал, что подпись Гилельса есть реальная, хотя привести доказательств не может, а вот доказательств обратному — тьма (еще одно — в комментарии А. Огаревой). Уверять, что Гилельс подписал это письмо — клеветать на него, что и сделал Э. Рабинович. Я опровергаю клевету на великого пианиста, за что меня почему-то обвиняют в хамстве. Вы ничего не перепутали? И как я могла «беспредметно оскорбить» Э. Рабиновича «в неуважении к великому музыканту», если он сам написал у меня на странице, что «подпись Гилельса есть»? М.б., это был не он, а его двойник? Хватит уже, всех утомили. И перестаньте оскорблять (вот это действительно оскорбления) достойнейших людей, которые пытаются втолковать вам очевидное, но безуспешно. Это не их вина, что поклонники Э. Рабиновича не желают ничего понимать.

  7. Виктор (Бруклайн)

    Глубокоуважаемый Виктор! Вы всё перепутали! Это не Проф. Федорович «посмела» (вообще мне это слово не нравится), а Рабинович именно «посмел» обвинить всех во лжи! А ведь именно у него в статье ясно стоит, что подпись Гилельса НАКЛЕЕНА! И он, вместо того, чтобы извиниться и отшаркаться, обвиняет всех и вся во всех смертных грехах! Как будто он стоял за плечом Гилельса и лично видел, как тот подписал! Да Вы просто почитайте комментарии Рабиновича и сравните их с оными у Елены Федорович. Неужели такие очевидные вещи надо объяснять?

    С уважением и наилучшими пожеланиями.
    \\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\

    Глубокоуважаемая госпожа Кушнерова! Мне сдаётся, что именно Вы всё перепутали. Я ни словом не вмешивался в спор с Элиэзером Рабиновичем. Для этого я не достаточно компетентен. Меня покоробила грубость его оппонентов (в частности выдвинутое госпожой Федорович облыжное обвинение профессора Рабиновича в том, что он ВЫПУСТИЛ своих друзей, и таковое же обвинение вступивших в дискуссию участников форума в том, что она были ВЫПУЩЕНЫ Рабиновичем.

    С уважением и наилучшими пожеланиями

    Виктор(Бруклайн)

  8. Soplemennik

    Dmitry Garanin — 2018-06-08 19:04:03(160)
    Анжелика Огарева 07.06.2018 в 06:19
    — Потрясающий комментарий, заслуживающий отдельной публикации
    ====
    Всё-всё, вместе взятое, заслуживает тольkо одного — немедленного закрытия это1 склочной темы.

    1. Елена Федорович

      Может быть, лучше перестать устраивать склоки? Вы и ваши единомышленники их устроили, а потом требуете закрыть тему. Тема совершенно не при чем. Имя великого музыканта необходимо очистить от клеветы, и это будет сделано — нравится это вам или нет.

    2. Елена Кушнерова

      Соплеменник

      В самой теме ничего «склочного» нет. Склочность в комментариях на грани приличия, с оскорблениями и нападками на оппонентов. И вот это всё действительно надо прекратить, совершенно с Вами согласна!

  9. Елена Федорович

    Хочу выразить огромную благодарность Анжелике Огаревой за исключительно интересный и насыщенный дополнительными сведениями текст комментария. Какое счастье, что человек, живший в то страшное время, помнит все в деталях и рассказывает об этом честно. Признательна А.А. Локшину за неизменно принципиальную позицию и смелость.
    Что касается оппонентов, не раз уже обещавших прекратить дискуссию,- ибо возразить по существу им нечего, — и все никак не могущих уняться… Перечитайте все, что пишете, г-н Рабинович и ему поддакивающие, и вы увидите двойные стандарты, на которых базируются ваши взгляды. Прекрасную статью Огаревой называть омерзительной только потому, что вам не понравилось написанные в ней нелестные слова в адрес одного пианиста; а самим тут же клеветать на другого? Обвинять возразившего вам человека в хамстве (кстати, где оно?); и тут же выпускать своих друзей с руганью и оскорблениями? В приличном обществе с такими просто не здороваются, потому с ними тут более не дискутирую.

    1. Виктор (Бруклайн)

      Елена Федорович
      08.06.2018 в 15:35
      …Обвинять возразившего вам человека в хамстве (кстати, где оно?); и тут же выпускать своих друзей с руганью и оскорблениями?…
      \\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\
      Да Вы, матушка, клеветница! Как Вы смеете выставлять г-на Рабиновича эдаким доезжающим, натравливаливающим участников дискуссии на Вас и Ваших единомышленников, и как Вы смеете выставлять людей, вставших на его защиту, гончими, которых г-н Рабинович на вас выпустил? Что за свинство!

      1. Елена Федорович

        Еще одним потоком бездоказательной ругани вы все о себе сказали сами. Добавить нечего.

      2. Елена Кушнерова

        Виктор (Бруклайн)

        То есть, Вы считаете, что можно назвать человека «клеветницей» абсолютно не разобравшись в вопросе? Ну,батенька, Вы, как и всеми нами уважаемый Элиэзей Рабинович, как та унтерофицерская вдова, сами себя высекли. На всякий случай, для Вашей информации: Елена Федорович, на которую Вы напустились, доктор музыковедения, профессор и автор двух замечательных книг о Гилельсе. Когда в следующий раз будете оскорблять человека, разберитесь для начала в сути вопроса.

        С уважением.

        1. Виктор (Бруклайн)

          Госпожа Кушнерова! Ваша доктор искусствоведения посмела обвинить профессора Рабиновича в том, что он ВЫПУСКАЕТ своих друзей с руганью и оскорблениями. Это — клевета и свинство. Как я уже писал, выпускает гончих псов, натравливая их на дичь, доезжающий.

          С неменьшим уважением.

          1. Елена Федорович

            Уважаемый, вы ошиблись адресом. Тут пишут о музыкантах, а вас, по-видимому, более интересует зоопарк.

          2. Елена Кушнерова

            Виктор (Бруклайн)
            Глубокоуважаемый Виктор! Вы всё перепутали! Это не Проф. Федорович «посмела» (вообще мне это слово не нравится), а Рабинович именно «посмел» обвинить всех во лжи! А ведь именно у него в статье ясно стоит, что подпись Гилельса НАКЛЕЕНА! И он, вместо того, чтобы извиниться и отшаркаться, обвиняет всех и вся во всех смертных грехах! Как будто он стоял за плечом Гилельса и лично видел, как тот подписал! Да Вы просто почитайте комментарии Рабиновича и сравните их с оными у Елены Федорович. Неужели такие очевидные вещи надо объяснять?

            С уважением и наилучшими пожеланиями.

  10. Элиэзер М. Рабинович

    Поправка: Прошу прощения за ошибку в написании имени: Локшин, не Лакшин.

  11. Марк Фукс

    Элиезер Меирович!
    Продолжая разговор с автором статьи «Эмиль Гилельс в глазах наших современников» и её болельщиками Вы вынуждаете меня публично в который раз просить вас прекратить дискуссию с ними.
    Вы имеете дело с образованищиной, завернутой в одежды русской интеллигенции, добившейся некоторых успехов в своём ремесле (правда некоторые профессионалы относятся к ним критически и ставят их под сомнение) и посчитавшей, что этого достаточно для того, чтобы с настойчивостью достойной лучшего применения вещать на бескрайних страницах сети, преследуя свои узкие цели, удовлетворяя свои претензии и амбиции. Они работают локтями и другими выступающими фрагментами телес. Им не интересна ваша позиция, им не нужны ваши исследования, они вас не слышат.
    Вам в этом базаре не выиграть, не убедить, не объяснить, не просветить. Стена!
    Плюньте на это дело!
    Марк Ф.

    1. Элиэзер М. Рабинович

      Марк Фукс
      08.06.2018 в 06:14
      Элиезер Меирович!
      Продолжая разговор с автором статьи «Эмиль Гилельс в глазах наших современников» и её болельщиками Вы вынуждаете меня публично в который раз просить вас прекратить дискуссию с ними.

      Вы, в основном, правы, дорогой Марк, но ведь я пишу не для них, а для других читателей, не так ли? Да и Вы, в Вашем первом отзыве, не сразу раскусили автора этой статьи и были отнюдь не так жестки. Моё мнение, что Редактор не должен был принимать эту статью к публикации, во всяком случае исключить часть, которая относится ко мне, но Редактор не согласился.

      Я думаю, что больше не буду писать, но если г-н Лакшин привнесет лживую цитату об мне, которую он второй раз грозит, да найти не может, у меня не будет выхода, кроме как ответить.

    2. Елена Кушнерова

      Марк Фукс

      Горячо поддерживаю Марка Фукса и присоединяюсь к его просьбе к уважаемому всеми Рабиновичу прекратить бесконечный поток ругани, действительно, по меткому выражению Фукса, напоминающему «базар».

      Тем более, что и правда, ни выиграть, ни убедить, ни объяснить Рабинович ничего не может, потому что ни одного довода, кроме ругани, в его многочисленных комментариях нет.

      Ну зачем так подставляться? Ведь не претендует же Элиэзер Рабинович на место специалиста по творчеству Гилельса! А его оппонент, она же автор этой статьи, Елена Федорович, является профессором, доктором музыковедения и автором двух больших книг о Гилельсе. Она этим вопросом занимается давно, Гилельса знала лично, и пользуется большим уважением и поддержкой внука Гилельса, Кирилла. (Кстати, эту даму Элиэзер называет неграмотной девчонкой). Никто Элиэзеру Рабиновичу не навязывал этой дискуссии, он сам «подставился», и когда ему указали на ошибку, вместо того, чтобы извиниться и откланяться, начал эту безысходную борьбу неизвестно, за что.

      Поскольку я сомневаюсь, что Элиэзера так уж волнует творчество и жизнь Эмиля Григорьевича Гилельса, а всё дело в каких-то непонятных амбициях, самый раз и прекратить поток оскорблений. Он уже и так выставил себя не в лучшем свете.

      Всем всех благ.

  12. Soplemennik

    ALokshin — Илье Г.
    — 2018-06-07 19:00:12(43)
    … Что касается Рихтера, то разве я называю его агентом КГБ? Нет, ни в коем случае. Я просто думаю, что вряд ли он мог им не быть. А это, согласитесь, две большие разницы.
    ====
    Уважаемый Илья!
    «Я же не назвал Вас сутяжником, идиотом, негодяем, разбойником, доносчиком. Нет, ни в коем случае. Я прсто думаю, что вряд ли Вы им можете не быть. А это, согласитесь, две большие разницы.»
    И вот с этой гадостью ALokshin Вам предлагает согласиться. Невероятно!

  13. ALokshin - Илье Г.

    Приходится отвечать. Причина — пост Э.Рабиновича о гоях, совершенно неприличный. На этом все. Ищите в архиве сами, господин из Бруклайна.

    1. Элиэзер М. Рабинович

      ALokshin — Илье Г.
      07.06.2018 в 20:55
      Приходится отвечать. Причина — пост Э.Рабиновича о гоях, совершенно неприличный. На этом все.
      ***************************************
      Очередная клевета аморального лжеца. Найдите и предъявите. Я отвечаю за каждое своё слово.

      1. Илья Г. - Элиэзеру Рабиновичу

        Реб Элиэзер! Вот мои выводы:

        1. Маэстро Гилельс перевернулся в гробу, если б узнал, кАк и чтО пишут его т.н. сторонники.

        2. Можно иметь гуманитарное образование, быть неплохим музыкантом, даже родиться и вырасти в интеллигентной семье, но при этом быть и оставаться хамом и жлобом.

        3. Эта свистопляска вокруг незаурядных, великих музыкантов, уже вышла за рамки здравого смысла (сколько можно писать одно и то же об одном и том же?!) и за пределы мало-мальски приличной дискуссии. Поэтому предлагаю абстрагироваться, тем более, что футбол не за горами:)

        1. Елена Федорович

          1. Странно напоминать об очевидном, но приходится вновь: не надо говорить от имени Гилельса и предполагать, что бы он сделал.
          2. Уточните, кого вы оскорбляете, и на каком основании. Тут музыкантов много, и оскорбили вы всех разом.
          3. Да, вам лучше ограничиться футболом (см. пп. 1 и 2 вашего высказывания).

  14. Виктор (Бруклайн)

    Поразительно, что господин Локшин, семья которого так пострадала от распускавшихся слухов, с гиканьем распускает слухи!

  15. ALokshin - Илье Г.

    Признаюсь, что не принимаю посты Э.Рабиновича всерьез. Если кто-нибудь ОЧЕНЬ сильно заинтересуется, объясню причину.

  16. ALokshin - Илье Г.

    Конечно, давайте придерживаться. Я, например, придерживаюсь того мнения, что Артур Штильман передал разговор в точности, ничего от себя не присочинив, и то, что описано в его статье, тоже случилось на самом деле.
    Что касается Рихтера, то разве я называю его агентом КГБ? Нет, ни в коем случае. Я просто думаю, что вряд ли он мог им не быть. А это, согласитесь, две большие разницы. Кстати, придерживаясь презумпции невиновности Монсенжона и издателей книги о Рихтере, я считаю, что Рихтер действительно писал то, что там опубликовано. Конечно, после этого он является Камертоном Всеобщей Нравственности и Примером для Подражания)

    1. Элиэзер М. Рабинович

      Элиэзер — Илье Г.
      Посмотрите, уважаемый Илья:

      ALokshin — Илье Г.
      07.06.2018 в 20:00

      Что касается Рихтера, то разве я называю его агентом КГБ? Нет, ни в коем случае.

      Ниже, в комментарии к той же статье две недели назад:

      ALokshin20.05.2018 в 15:32
      И кто теперь сумеет меня убедить, что Рихтер не был агентом Лубянки?

      Вся эта группа (Федорович, Огарева, младшая Кушнерова, Локшин) совершенно завязла в клевете, так что перестаёшь верить любому слову. Хамство же обильно используется для вящей убедительности.

      1. Елена Федорович

        Г-н Рабинович, прошу указать, где именно, кого и как я оклеветала. Вы оклеветали Гилельса; я эту клевету с него снимаю. Вы не перепутали?

      2. Елена Кушнерова

        Элиэзер Рабинович
        «Вся эта группа (Федорович, Огарева, младшая Кушнерова, Локшин) совершенно завязла в клевете»
        Глубокоуважаемый Элиэзер, у меня к Вам несколько вопросов:
        1. На каком основании Вы обвиняете вышеназванных в клевете? Кто здесь кого оклеветал?
        2. Что касается меня, пожалуйста, доказательста моей клеветы. Вы понимаете, что если Вы таковых не имеете (а иметь Вы их не можете), то автоматически сам окажетесь… в неудобном положении.
        3. Кто такая Кушнерова — младшая? Есть ещё старшая?

        Вы понимаете, что обвинения, которые Вы высказали, нуждаются в доказательствах. Будьте так добры, объяснитесь.

        Всего доброго.

        Елена Кушнерова (единственная)

  17. Элиэзер М. Рабинович

    Я не знаю, почему г-жа Огарева повторяет, хотя и расширяет, вчера написанный текст. Оказывается, она старше, чем я думал, в 1953 году уже жила, ибо \»то время Клара Арнольдовна учила меня есть геркулесовую кашу\». Сегодня г-жа Огарева заново рассказывает нам всю историю 1953-го года, повторяя и мифическую часть истории. Похоже, что она не только не прочитала мою статью на эту тему, только что опубликованную, но даже и не заметила её. Ту статью, которую она при этом предельно критикует, как написанную \»персонажами типа Элиезера М. Рабиновича\», которые \»начинают лить грязь на достойных и мужественных людей\».

    Можно ли так не уважать себя подобными текстами? (Я уже не говорю о грубости по отношению ко мне, нарушающей правила портала.)

  18. ALokshin

    Мне хочется выразить свое восхищение Анжелике Огаревой за ее потрясающие посты.

  19. ALokshin

    Цитирую статью Артура Штильмана:»Я рассказал ему историю со зловещим предсказанием Н.Л. Дорлиак. Мне показалось, что он об этом знал. «Ну что вы хотите? Они [Дорлиак и Рихтер] ведь подневольные люди», — ответил он спокойно.» http://*berkovich-zametki.com/2006/Starina/Nomer7/Shtilman1.htm
    Нужно очень постараться, чтобы это не понять.

  20. Анжелика Огарева

    Господа, что за беспросветная глупость укорять профессора Елену Федорович в том, что она не жила в то страшное время? Не так много осталось очевидцев тех ужасающих событий, и только единицы из них люди пишущие. Очень долго властью замалчивались и правда об убийстве Михоэлса, и правда о сфабрикованном процессы над ЕАК. Затем молчали о состряпанном «деле врачей» и планах выселения всего еврейского народа. Эти трагические и постыдные события, связанные с планами и организацией выселения евреев, некоторые люди пытаются оспорить по сию пору называя их выдумкой, или как Костырченко – мифом. Между тем, главным мифотворцем страны был сам Сталин.
    В качестве примера сталинского мифотворчества приведу цитату из моего рассказа «Пурим на 3-й Миусской», напечатанного в журнале «7 искусств»:
    «В конце 1952 года в Кремле шло заседание, на котором обсуждались кандидатуры, выдвинутые на получение сталинских премий. Присутствовали Фадеев, Симонов и Хренников. Вел совещание Маленков. Вдруг Сталин вскричал: «У нас здесь в ЦК антисемиты завелись?! Это позор для партии! Это позор для всей страны! Немедленно прекратить!» Тихон Николаевич рассказывал, что испуганный антисемит Маленков вскочил со словами: «Мы все члены Политбюро, должны сделать из слов товарища Сталина далеко идущие выводы». Тихон Николаевич несказанно обрадовался, и примчавшись домой, рассказал жене. Но Клара Арнольдовна сказала: «Это спектакль». Однако на следующий день об этом говорила вся Москва. Мне на радостях устроили день рождения, хотя он уже прошел.
    Клара Арнольдовна оказалась права: Сталин готовил добровольно-принудительную депортацию еврейского народа. Знаменитых евреев активно «уговаривали» подписать письмо-обращение к Сталину, где они просили, чтобы «отец всех народов» наказал еврейский народ за «еврейских врачей-убийц». На начало марта Сталин готовил спектакль: показательная казнь врачей на Красной площади, на «лобном месте». После чего по стране должна была прокатиться волна погромов, а затем должна была начаться высылка евреев в Сибирь. Там к уже построенным баракам не были подведены электричество, вода, канализация. Подготовлены были и товарные вагоны, в них перевозили пленных немцев. Вагоны продезинфицировали так, что 5 – 10 минут осмотра было достаточно, чтобы началось слезотечение, жуткий кашель, рвота. Сталин требовал, чтобы половина евреев была убита по пути в «справедливом возмездии» погромщиками, а другие погибли от ужасающего холода».
    А теперь вы, господа, здесь и сейчас предприняли попытку стереть память о тех событиях, так как скоро писать и говорить о них будет некому. Вы уподобляетесь тем нелюдям, которые пишут и кричат, что не было Холокоста. И все же память о тех днях, когда все евреи СССР были близки к уничтожению, не иссякнет хотя бы потому, что передается из поколения в поколение. Сколько гонений претерпели евреи в течение веков? А наветы, в которых евреи обвинялись в заражении чумой и другими неизлечимыми болезнями населения Европы? А откуда, господа, вы знаете о фальшивых «Протоколах сионских мудрецов», и о последовавших за ними еврейских погромах? Человечество знает об этом не столько от очевидцев, сколько от историков, которые не жили в те времена. Разве Иосиф Флавий писал о событиях только того времени, в котором жил? Спасибо Елена Наримановна, что Вы подробно и точно описываете то жуткое время. Для этого совсем не обязательно было жить тогда и быть евреем. Важно быть грамотным и бескомпромиссным историком.
    «Ничто не ново под луной». Сталин возомнил себя великим сценаристом и режиссером на все времена. В его извращенном сознании созрел сценарий грандиозной кровавой мистерии. Обезумевший властитель потребовал самооговора и покаяний ни в чем неповинных врачей. В 1948 году бывший семинарист Сталин добился, чтобы композиторы каялись в том, что писали формалистическую музыку. И они, оговаривая себя на съезде композиторов, каялись и благодарили его за помощь. Но эта акция была малого масштаба, и эта «комедия» была поставлена Ждановым. Сталинская кровавая мистерия должна была быть мирового масштаба, не менее грандиозной и ужасающей чем сожжение Рима Нероном с горящими, как факелы христианами-иудеями. Свидетелями кровавого шоу должны были стать приглашенные представители из многих стран, а непосредственным участником – весь советский народ.
    Борьба с «космополитизмом», носящая антисемитский характер, подготовила население. 13 января 1953 года в годовщину убийства Соломона Михоэлса, в «Правде» была напечатана статья: «Подлые убийцы под маской профессоров-врачей…». К февралю было арестовано 37 человек, 28 из них были врачами. 6-го февраля был арестован композитор Моисей Вайнберг, муж Натальи Михоэлс-Вовси. В газеты понеслись «письма трудящихся» с требованием покарать «врачей-убийц». Организовывались «стихийные» собрания рабочих на заводах и фабриках с тем же призывом.
    В циничном сценарии Сталина требовалось, чтобы знаменитые евреи Советского Союза подписали письмо-фальшивку – обращение к Сталину с просьбой наказать «врачей убийц», псевдо-убийц, и об этом знали все подписанты. Несчастные евреи-подписанты просили выслать весь еврейский народ в Восточную Сибирь, на Дальней Восток и Крайний Север на самые тяжелые работы чтобы искупить псевдо-вину. Сталин планировал вначале устроить судилище на Красной площади, на Лобном месте и на Манежной площади. Он планировал снять документальный фильм, где советские войска будут защищать евреев от справедливого гнева народа и расправы. Таким образом Сталин собирался создать миф, видимость заботы о еврейском народе, а выселение представить в качестве вынужденной меры для спасения евреев. Себе семинарист Сталин отвел главную роль, роль Спасителя.
    Сталин требовал обеспечить по ходу поездов кровавые погромы, которые создадут иллюзию правильного решения о переселении евреев в самые отдаленные и нежилые районы страны. Уничтожение евреев Сталин доверил страшной зиме. Евреев ждали неприемлемые для выживания составы. Для уничтожения единиц, случайно выживших евреев, были заготовлены бараки. Все случайности были предопределены и учтены в сценарии сталинского спектакля. Думаю, что в финале этой мистерии народ должен был петь «Славься» под радостный гром пушек.
    Я жила в Доме композиторов на 3-й Миусской, в эпицентре событий. Под нами, на 4-ом этаже жил Тихон Николаевич Хренников, Клара Арнольдовна и их дочь Наташа. Моя бабушка и Клара Арнольдовна были подругами еще до того, как она вышла замуж за Хренникова и сохранилась их дружба и дальнейшем. Все, что происходило в 1953 году, я подробно описала в рассказе «Пурим на 3-й Миусской», который напечатан в «Семи искусствах». Тем не менее вынуждена описать обстановку того времени вновь. Больше всех боялись Сталина те, кто его хорошо знал. Именно таким человеком был Суслов. Он понимал, что пострадает его жена еврейка, дочь Майя, что Сталин не пощадит их, как не пощадил Жемчужину – жену Молотова. Суслов неоднократно посылал специалистов проверять квартиру Хренникова на предмет жучков, так как общался с Хренниковым на «деликатные» темы. Суслов боялся, что то, о чем он предупреждал Хренникова, может всплыть, когда Тихон Николаевич будет рассказывать об этом своей жене. Несколькими годами раньше моя мама спасла жизнь Тихону Николаевичу. Было это когда Клара Арнольдовна выкрыла его из больницы. Это описано мною в рассказе «Жена Тихона Хренникова». От нашей семьи у Хренниковых секретов не было.
    Поэтому имена тех, кто подписал отвратительное письмо-фальшивку, Хренникову были известны. И так же было известно, что Эмиль Григорьевич Гилельс «письмо» не подписал. Фразу: «Миля не подписал!», я с детства слышала бесчисленное количество раз и на многие голоса. Евреи-композиторы в доме на 3-й Миусской гордились Эмилем Григорьевичем Гилельсом, не подписавшем письмо. Кстати, других домов для композиторов еще не было. Гордились не только композиторы и не только евреи. Я слышала, как Кабалевский, пожимая руку моему дедушке, сказал: «Миля не подписал». Кабалевский и Гилельс были друзьями. Восхищались смелостью Гилельса Хачатурян и Хренников. Рассказывала об этом Любовь Николаевна Флиер, или, как ее называли, «мудрая Любочка» – жена потрясающего пианиста и педагога профессора Якова Владимировича Флиера.
    Подтверждал этот факт и А.Н. Косыгин. Хренников и Косыгин дружили семьями. Они часто завтракали вместе. В их меню всегда была геркулесовая каша и авокадо. Помню это буквально в деталях, так как в то время Клара Арнольдовна учила меня есть геркулесовую кашу.
    Как известно, Эмиль Гилельс хорошо знал Сталина. Он общался с ним в разных, в том числе и в экстремальных ситуациях. Всем известно, что Эмиль Григорьевич спас Нейгауза от неминуемого расстрела. Нейгауз рассказывал, что его четыре раза выводили на расстрел. Гилельс просил Сталина спасти Нейгауза дважды. В первый раз он получил отказ. Сталин орал матом, требуя никогда больше не подходить с этой просьбой. Рискуя жизнью, Гилельс подошел к Сталину второй раз и спас Нейгауза в то время, когда в газетах ежедневно печатался лозунг: «УБЕЙ НЕМЦА!»
    Неужели Гилельс мог после этого колебаться, подписывать или нет клеветническое письмо?! Я думаю, что Сталину даже не приходило в голову, что Гилельс поставит свою подпись под фальшивым обвинением врачей. Известно, что Сталину в 1933 году импонировало то, что победитель Всесоюзного конкурса пианистов шестнадцатилетний Гилельс отказался от всех благ и уехал в Одессу доучиваться у Берты Рейнгбальд. Поэтому даже гипотетически невозможно было предположить, что Гилельс подпишет «письмо». Сталин немедленно потерял бы к нему интерес и уважение. Сталин, с его извращенной психикой, считал бы Гилельса предавшим его отношение и доверие. Тогда Сталину пришлось бы признать, что он неправильно оценивал характер Гилельса. А ведь он повторял: «У Гитлера — Геббельс, а у Сталина — Гилельс». Во время войны Сталин называл Гилельса героем! Он был бы разочарован и смертельно оскорблен! Смертельно, потому, что «подпись» стоила бы Эмилю Григорьевичу жизни. Кстати, сколько раз Сталин мог уничтожить Юдину? Но нет, как видно, ему нравилось не только ее исполнение, но и смелость. Известен разговор Сталина и Пастернака о судьбе арестованного Мандельштама и его адресованный поэту упрек в том, что он не смог защитить своего товарища.
    2-го Мая 1991 года моя семья эмигрировала в Израиль.
    3-его мая утром я прибежала к Натальи и Нине Михоэлс-Вовси. Они жили близко от гостиницы, в которую нас поселили. В 1972 году сестры и Виктория – дочь Натальи и композитора Моисея Вайнберга иммигрировали в Израиль. Я везла им письма и фотографии от Вайнберга. Я позвонила. За дверью послышался бас Талочки, обращенный к сестре, и я почувствовала едкий дым от сигареты: «Слышишь? Кому-то не спится!» Дальше были объятия, радость и разговоры, разговоры. Выглядели сестры прекрасно. Нине было шестьдесят пять лет, а Талочке шестьдесят девять. Они вели интенсивную жизнь. Нина работала в Габиме, преподавала в школе театрального искусства «Бейт-Цви». Она поставила более ста спектаклей с участием своих студентов. Наталья была театроведом. Она написала книгу «Мой отец Соломон Михоэлс».
    Тогда же опять зашла речь о героическом поступке Гилельса. Талочка напомнила, что Миля не подписал «письмо», заявив, что профессор Вовси лечил его жену, и он не верит, что профессор Вовси преступник.
    Я рассказала, что Матвей Блантер до конца жизни страдал, от того, что поставил подпись под позорным письмом:
    – Он был сыном нашего дяди – сказали сестры.
    – Да, Блантер именно этим объяснял свой страх. Он рассказывал, как боялся открыть газету и увидеть свою подпись.
    Я вспомнила, как однажды, к нам домой поднялась Циля Коган, заведовавшая нашим медпунктом. У моего отца при виде врача поднималось давление, и Циля приходила к нам без белого халата. Вначале она разговаривала с нами на отвлеченные темы, (заговаривая зубы отцу), а потом мерила ему давление. В тот раз Циля рассказала:
    – Я только что «выпроводила» Матвея Блантера. Каждый раз, когда он приходит на прием, то рассказывает, что страдает бессонницей, потому, что испытывает страшные угрызения совести и вину из-за того, что подписал тогда письмо. Его до сих пор задевает, что Гилельс, молодой тогда парень, не подписал это позорное письмо».
    В конце жизни Блантер был абсолютно одиноким. Он не мог ходить. У него не было родственников и был тяжелейший характер. Ему помогала Светлана – вторая жена Эдуарда Колмановского. Она готовила для него. Закапывала в глаза капли, покупала лекарства, продукты. Светлана опекала его. Блантер страдал от одиночества. Света была добрым человеком, и она его выслушивала, а он рассказывал. Рассказывал, как написал песню «Летят перелетные птицы». По его просьбе Исаковский написал «рыбу», слова песни обсуждали вместе: «А я остаюсь с тобою, навеки родная страна, не нужно мне небо чужое и Африка мне не нужна». Это было, когда Голда Меир уже после убийства Михоэлса собирала подписи евреев желающих уехать в Израиль. Матвей Блантер был двоюродным племянником великого Соломона Михоэлса и профессора Вовси. Он очень боялся и подписал проклятое письмо, а Миля не подписал, да еще возмущенно сказал, что не верит, что профессор Вовси — врач-убийца.
    Мой отец Вадим Зельцер и Эмиль Гилельс были одногодками. Отец учился у Столярского, а Гилельс аккомпанировал своей сестре Лизе, которая тоже училась у Столярского. Потом они виделись на банкетах Сталина. Мой отец был концертмейстером в оркестре, который играл на банкетах у Сталина. Эмиль Григорьевич был непререкаемый авторитетом в нашей семье. Моя мама была челюстно-лицевым хирургом. Челюстно-лицевой госпиталь находился на Шаболовке. Тогда он был единственным в стране. В нем оперировались больные из разных стран. Больные без носа, щеки, челюсти и т.д. отказывались от операций, которые должны были делать врачи-евреи, и, в частности, моя мама. Я помню, как она рассказывая об этом плакала.
    В завершение хочу сказать, что о том что, кто именно не подписал это подлейшее письмо, в нашем доме знали из первоисточника. Суслов, был доверенным лицом Сталина, и принимал непосредственное участие в «деле врачей». Он ставил Хренникова в известность о продвижении работы над письмом.
    Не подписал злостную фальшивку композитор Исаак Осипович Дунаевский, чья подпись тем не менее оказалась в списке подписавших. Уже несколько лет шла борьба с космополитизмом. Дунаевского ругали и клеймили позором в газетах, не печатали его произведения, что только не придумывали, издевались как могли. Спас Исаака Осиповича Хренников, который сам совсем недавно сбежал из закрытого лечебного заведения. Был арестован двоюродный брат Дунаевского, уролог профессор Лев Дунаевский, однако Исаак Осипович нашел силы и не подписал письмо. Тихон Николаевич Хренников уважал и любил Исаака Осиповича. Он неоднократно писал и говорил об этом страшном времени впоследствии.
    Не подписал письмо поэт Евгений Аронович Долматовский, а подпись его под ним стоит.
    Не подписал и народный артист Большого театра Марк Осипович Рейзен, но подпись его под письмом появилась.
    Марк Осипович Рейзен — кавалер двух солдатских Георгиевских крестов, народный артист СССР с 1937 года, лауреат трех Сталинских премий первой степени в 1941, 1949 и 1951 годах.
    14 апреля 1938 года в газете «Известия» был опубликован некролог на смерть Шаляпина. В нем говорилось: «…пройдя в свое время большой творческий путь, он создал ряд образов, вошедших в историю русского оперного театра. Однако в расцвете сил и таланта Шаляпин изменил своему народу, променяв родину на длинный рубль… Оторвавшись от родной почвы, от страны, взрастившей его, Шаляпин во время пребывания за границей не создал ни одной новой роли. Все его выступления за рубежом носили случайный характер. Громадный талант Шаляпина иссяк уже давно. Ушел он из жизни, не оставив после себя ничего». Под некрологом стояла подпись Марка Рейзена. Похожие заметки на смерть Шаляпина вышли от имени и других деятелей искусств и культуры, но лишь Рейзен в тот же день опротестовал ее. Через неделю в газете появилось неприметное извинение Марку Рейзену «за грубое искажение его высказываний о Шаляпине». Тогда его примеру последовали и другие, также заявив о фальсификации их заметок .
    Это яркий пример того, как фальсифицировались не только подписи, но и некрологи. А чего стоят признания на процессах и подписанные показания? Фальсифицировалось все, а теперь появляются персонажи типа Элиезера М. Рабиновича и начинают лить грязь на достойных и мужественных людей… Поэтому мы должны всеми силами поддержать усилия такого замечательного историка и музыковеда как профессор Е.Н.Федорович, которая уже внесла большой вклад в установление исторической справедливости по отношению к грандиозной личности великого художника Э.Г.Гилельса.

  21. Soplemennik

    Тогда Сталину пришлось бы признать, что он неправильно оценивал характер Гилельса. А ведь он повторял: «У Гитлера — Геббельс, а у Сталина — Гилельс». Во время войны Сталин называл Гилельса героем!
    ====
    Да, только и забот было у Сталина,чтобы повторять(!) эти заклинания.
    После подобных «откровений» поневоле встанешь на сторону «персонажа типа Элиезера М. Рабиновича»

    1. Элиэзер М. Рабинович

      Soplemennik
      — 2018-06-07 02:16:28(1025)

      Тогда Сталину пришлось бы признать, что он неправильно оценивал характер Гилельса. А ведь он повторял: «У Гитлера — Геббельс, а у Сталина — Гилельс». Во время войны Сталин называл Гилельса героем!
      ====
      Да, только и забот было у Сталина,чтобы повторять(!) эти заклинания.
      После подобных «откровений» поневоле встанешь на сторону «персонажа типа Элиезера М. Рабиновича»

      Вы можете себе представить, когда малограмотные девчонки, понятия не имеющие о том времени и не имеющие элементарной личной культуры, чтобы спросить или почитать о нем, учат нас с Вами, как это всё было! Хамским языком, потому что другому их не научили?!

  22. Анжелика Огарева

    Подтверждал этот факт и А.Н. Косыгин. Хренников и Косыгин дружили семьями. Они часто завтракали вместе. В их меню всегда была геркулесовая каша и авокадо. Помню это буквально в деталях, так как в то время Клара Арнольдовна учила меня есть геркулесовую кашу.
    Как известно, Эмиль Гилельс хорошо знал Сталина. Он общался с ним в разных, в том числе и в экстремальных ситуациях. Всем известно, что Эмиль Григорьевич спас Нейгауза от неминуемого расстрела. Нейгауз рассказывал, что его четыре раза выводили на расстрел. Гилельс просил Сталина спасти Нейгауза дважды. В первый раз он получил отказ. Сталин орал матом, требуя никогда больше не подходить с этой просьбой. Рискуя жизнью, Гилельс подошел к Сталину второй раз и спас Нейгауза в то время, когда в газетах ежедневно печатался лозунг: «УБЕЙ НЕМЦА!»
    Неужели Гилельс мог после этого колебаться, подписывать или нет клеветническое письмо?! Я думаю, что Сталину даже не приходило в голову, что Гилельс поставит свою подпись под фальшивым обвинением врачей. Известно, что Сталину в 1933 году импонировало то, что победитель Всесоюзного конкурса пианистов шестнадцатилетний Гилельс отказался от всех благ и уехал в Одессу доучиваться у Берты Рейнгбальд. Поэтому даже гипотетически невозможно было предположить, что Гилельс подпишет «письмо». Сталин немедленно потерял бы к нему интерес и уважение. Сталин, с его извращенной психикой, считал бы Гилельса предавшим его отношение и доверие. Тогда Сталину пришлось бы признать, что он неправильно оценивал характер Гилельса. А ведь он повторял: «У Гитлера — Геббельс, а у Сталина — Гилельс». Во время войны Сталин называл Гилельса героем! Он был бы разочарован и смертельно оскорблен! Смертельно, потому, что «подпись» стоила бы Эмилю Григорьевичу жизни. Кстати, сколько раз Сталин мог уничтожить Юдину? Но нет, как видно, ему нравилось не только ее исполнение, но и смелость. Известен разговор Сталина и Пастернака о судьбе арестованного Мандельштама и его адресованный поэту упрек в том, что он не смог защитить своего товарища.
    2-го Мая 1991 года моя семья эмигрировала в Израиль.
    3-его мая утром я прибежала к Натальи и Нине Михоэлс-Вовси. Они жили близко от гостиницы, в которую нас поселили. В 1972 году сестры и Виктория – дочь Натальи и композитора Моисея Вайнберга иммигрировали в Израиль. Я везла им письма и фотографии от Вайнберга. Я позвонила. За дверью послышался бас Талочки, обращенный к сестре, и я почувствовала едкий дым от сигареты: «Слышишь? Кому-то не спится!» Дальше были объятия, радость и разговоры, разговоры. Выглядели сестры прекрасно. Нине было шестьдесят пять лет, а Талочке шестьдесят девять. Они вели интенсивную жизнь. Нина работала в Габиме, преподавала в школе театрального искусства «Бейт-Цви». Она поставила более ста спектаклей с участием своих студентов. Наталья была театроведом. Она написала книгу «Мой отец Соломон Михоэлс».
    Тогда же опять зашла речь о героическом поступке Гилельса. Талочка напомнила, что Миля не подписал «письмо», заявив, что профессор Вовси лечил его жену, и он не верит, что профессор Вовси преступник.
    Я рассказала, что Матвей Блантер до конца жизни страдал, от того, что поставил подпись под позорным письмом:
    – Он был сыном нашего дяди – сказали сестры.
    – Да, Блантер именно этим объяснял свой страх. Он рассказывал, как боялся открыть газету и увидеть свою подпись.
    Я вспомнила, как однажды, к нам домой поднялась Циля Коган, заведовавшая нашим медпунктом. У моего отца при виде врача поднималось давление, и Циля приходила к нам без белого халата. Вначале она разговаривала с нами на отвлеченные темы, (заговаривая зубы отцу), а потом мерила ему давление. В тот раз Циля рассказала:
    – Я только что «выпроводила» Матвея Блантера. Каждый раз, когда он приходит на прием, то рассказывает, что страдает бессонницей, потому, что испытывает страшные угрызения совести и вину из-за того, что подписал тогда письмо. Его до сих пор задевает, что Гилельс, молодой тогда парень, не подписал это позорное письмо».
    В конце жизни Блантер был абсолютно одиноким. Он не мог ходить. У него не было родственников и был тяжелейший характер. Ему помогала Светлана – вторая жена Эдуарда Колмановского. Она готовила для него. Закапывала в глаза капли, покупала лекарства, продукты. Светлана опекала его. Блантер страдал от одиночества. Света была добрым человеком, и она его выслушивала, а он рассказывал. Рассказывал, как написал песню «Летят перелетные птицы». По его просьбе Исаковский написал «рыбу», слова песни обсуждали вместе: «А я остаюсь с тобою, навеки родная страна, не нужно мне небо чужое и Африка мне не нужна». Это было, когда Голда Меир уже после убийства Михоэлса собирала подписи евреев желающих уехать в Израиль. Матвей Блантер был двоюродным племянником великого Соломона Михоэлса и профессора Вовси. Он очень боялся и подписал проклятое письмо, а Миля не подписал, да еще возмущенно сказал, что не верит, что профессор Вовси — врач-убийца.
    Мой отец Вадим Зельцер и Эмиль Гилельс были одногодками. Отец учился у Столярского, а Гилельс аккомпанировал своей сестре Лизе, которая тоже училась у Столярского. Потом они виделись на банкетах Сталина. Мой отец был концертмейстером в оркестре, который играл на банкетах у Сталина. Эмиль Григорьевич был непререкаемый авторитетом в нашей семье. Моя мама была челюстно-лицевым хирургом. Челюстно-лицевой госпиталь находился на Шаболовке. Тогда он был единственным в стране. В нем оперировались больные из разных стран. Больные без носа, щеки, челюсти и т.д. отказывались от операций, которые должны были делать врачи-евреи, и, в частности, моя мама. Я помню, как она рассказывая об этом плакала.
    В завершение хочу сказать, что о том что, кто именно не подписал это подлейшее письмо, в нашем доме знали из первоисточника. Суслов, был доверенным лицом Сталина, и принимал непосредственное участие в «деле врачей». Он ставил Хренникова в известность о продвижении работы над письмом.
    Не подписал злостную фальшивку композитор Исаак Осипович Дунаевский, чья подпись тем не менее оказалась в списке подписавших. Уже несколько лет шла борьба с космополитизмом. Дунаевского ругали и клеймили позором в газетах, не печатали его произведения, что только не придумывали, издевались как могли. Спас Исаака Осиповича Хренников, который сам совсем недавно сбежал из закрытого лечебного заведения. Был арестован двоюродный брат Дунаевского, уролог профессор Лев Дунаевский, однако Исаак Осипович нашел силы и не подписал письмо. Тихон Николаевич Хренников уважал и любил Исаака Осиповича. Он неоднократно писал и говорил об этом страшном времени впоследствии.
    Не подписал письмо поэт Евгений Аронович Долматовский, а подпись его под ним стоит.
    Не подписал и народный артист Большого театра Марк Осипович Рейзен, но подпись его под письмом появилась.
    Марк Осипович Рейзен — кавалер двух солдатских Георгиевских крестов, народный артист СССР с 1937 года, лауреат трех Сталинских премий первой степени в 1941, 1949 и 1951 годах.
    14 апреля 1938 года в газете «Известия» был опубликован некролог на смерть Шаляпина. В нем говорилось: «…пройдя в свое время большой творческий путь, он создал ряд образов, вошедших в историю русского оперного театра. Однако в расцвете сил и таланта Шаляпин изменил своему народу, променяв родину на длинный рубль… Оторвавшись от родной почвы, от страны, взрастившей его, Шаляпин во время пребывания за границей не создал ни одной новой роли. Все его выступления за рубежом носили случайный характер. Громадный талант Шаляпина иссяк уже давно. Ушел он из жизни, не оставив после себя ничего». Под некрологом стояла подпись Марка Рейзена. Похожие заметки на смерть Шаляпина вышли от имени и других деятелей искусств и культуры, но лишь Рейзен в тот же день опротестовал ее. Через неделю в газете появилось неприметное извинение Марку Рейзену «за грубое искажение его высказываний о Шаляпине». Тогда его примеру последовали и другие, также заявив о фальсификации их заметок .
    Это яркий пример того, как фальсифицировались не только подписи, но и некрологи. А чего стоят признания на процессах и подписанные показания? Фальсифицировалось все, а теперь появляются персонажи типа Элиезера М. Рабиновича и начинают лить грязь на достойных и мужественных людей… Поэтому мы должны всеми силами поддержать усилия такого замечательного историка и музыковеда как профессор Е.Н.Федорович, которая уже внесла большой вклад в установление исторической справедливости по отношению к грандиозной личности великого художника Э.Г.Гилельса.

    1. Элиэзер М. Рабинович

      Анжелика Огарева
      — 2018-06-06 23:31:36(1010)

      …Поэтому даже гипотетически невозможно было предположить, что Гилельс подпишет «письмо». Сталин немедленно потерял бы к нему интерес и уважение. Сталин, с его извращенной психикой, считал бы Гилельса предавшим его отношение и доверие.

      Большего бреда и непонимания ситуации и представить себе невозможно.

      Фальсифицировалось все, а теперь появляются персонажи типа Элиезера М. Рабиновича и начинают лить грязь на достойных и мужественных людей…

      Это ниже моего достоинства отвечать автору, статью которой я назвал и повторяю «мерзейшей» за ничем необоснованное обвинение Рихтера и Прохоровой в сотрудничестве с КГБ (или как организация тогда называлсь). Она, Кушнерова (которую, как она писала, местный еврей «заманил» в Баден-Баден, за эту фраза эта дама мне мстит), Федорович устраивают мне травлю, как я писал, разве что не матом, но не такого я характера, чтобы травле этой советской группой поддаться. Я написал квалифицированную статью, стою за каждое слово, и буду продолжать свободно писать в свободном мире то, что нахожу нужным.

  23. Dmitry Garanin

    Вот уже май кончается, а Майская Борода пока так и не появилась. А все так ждали, после бесценных вкладов в обсуждение статьи Анжелики Огарёвой о Гилельсе..

  24. Игорь Гельбах

    Дорогой Дмитрий, от всей души приветствую Ваш до мозга костей проникнутый знанием марксизма вопрос об увеличении надоев скота в свете усилий Г.Г.Нейгауза и С.Т.Рихтера? А как быть с оценкоя надоя, полученного от Мирона?

    1. Дмитрий Гаранин

      Честно говоря, предложения Мирона меня устыдили и заставили взглянуть на вещи так, как я уже давно забыл, находясь заграницей. Ведь это правда, что балерина лучше станцует вечером в театре, если день простоит у станка. В её па будет больше человеческого, народного, партийного!

    2. Елена Федорович

      Вопрос о надоях мне тоже представляется принципиальным именно со стороны усилий Рихтера. Но вот Гилельс, — так уж получилось, — именно сиротам и помогал, на что я ниже привела конкретную ссылку. Правда, далее его, вероятнее всего, упрекнут, что сирота была не еврейская; а евреи, которым он помогал, — взрослыми… У меня даже есть подозрение, что этим деталям он вовсе не придавал значения.

  25. miron

    Кому интересно. Продолжается ракетно-миномётный обстрел территории Израиля. Дети, женщины, старики слышат с утра сирены и взрывы- не все ракеты сбиваются. Слава богу без жертв. Инфо здесь: http://newsru.co.il/israel/29may2018/eshkol_179.html
    Пытался найти информацию о том как жили Рихтер и Гилельс во время войны. Сдавали кровь для раненных на фронте; добровольно дежурили в госпиталях в помощь разгрузки прибывавших с фронта раненных? Как Гилельс помогал еврейским сиротам, оставшимся без родителей? Эренбурги усыновили девушку выжившую в Холокосте -не в эвакуации. Именно в Холокосте. Пока безуспешно.
    Высшее проявление таланта, так говорят, есть вершина человеческого духа. То есть он должен как-то себя в человеческом плане проявить. Если будет возможность дать ссылку на информацию. Заранее благодарен за Ваше внимание к вопросу.
    Ни в коей мере не считаю возможным оскорбить или унизить память давно умерших людей. Хочу для себя узнать человеческий мотив поведения в страшное время. Как-то так.

    1. Dmitry Garanin

      miron
      29.05.2018 в 21:00

      Что сделали Г. Г. Нейгауз и С. Т. Рихтер для увеличения надоев молока и увеличения поголовья крупного рогатого скота во время войны и в послевоенные годы??

    2. Елена Федорович

      Раз просят ссылку на конкретную информацию о том, как помогал людям Гилельс, с удовольствием приведу ее здесь. Сначала чуть-чуть в общем: Гилельс помогал многим и постоянно (не только еврейским сиротам и не только во время войны). С одной деталью: он просто запрещал кому-то об этом, его помощи, рассказывать. Он давал деньги нуждающимся музыкантам (в т.ч. Юдиной), хлопотал о работе и концертах (см. книгу Д. Паперно), помогал преследуемым (Штаркману, например), не давал несправедливо уволить )см. воспоминания Сосиной на гилельсовском портале http://www.emilgilels.com). помогал Марии Гринберг получить квартиру и т.д. и т.п. Технологию того, как это происходило, я узнала случайно, от своей подруги Вивианы Софроницкой. Поэтому приведу свой разговор с ней — он запечатлен в книге «Неизвестный Гилельс. Биография. Концертография (Е. Федорович, Дж. Рэйнор, Ф. Шварц), с. 352-353: «– Это хорошо, что ты написала о Гилельсе, – сказала Вивиана, взглянув на обложку. – Он был не только великий пианист, но и очень хороший человек. Когда человек хороший, надо, чтобы все об этом знали.
      – А откуда ты знаешь, какой он был человек? – удивилась я, более привыкнув слышать от окружающих музыкантов, что Гилельс – да, конечно, великий был пианист, но вот человек уж очень сложный.
      – Когда я была маленькая и когда все умерли, он выхлопотал мне персональную пенсию, которую я получала до 18 лет.
      – ?
      – А иначе на что, ты думаешь, я жила бы? Сначала было очень плохо, а потом он добился, чтобы мне платили персональную пенсию, как какому-нибудь генералу или министру.
      Я была в шоке не оттого, что считала это невероятным; я-то знала, что это на Гилельса как раз очень похоже. Но я самонадеянно полагала, что знаю почти обо всех подобных поступках Гилельса, – и вдруг слышу такую новость от подруги, с которой общаюсь много лет.
      Конечно, я знала трагедию Вивианы – младшей дочери Софроницкого от его второго брака. В. В. Софроницкий умер, когда ей было полтора года, а через три года трагически погибла ее мать. Четырехлетняя малышка осталась со старенькой бабушкой, получавшей мизерную пенсию.
      Вторую жену Софроницкого не любили в кругах, связанных с его первой женой Е. А. Скрябиной. Ее старались не замечать, а Вивиану и вовсе считали несуществующей. Вокруг имени Софроницкого постоянно клубился интерес; готовилась книга; слышались восклицания: «Гений!», «Неземной!»
      А до того, что какие-то там старуха с девочкой бедствуют, конечно, никому не было дела. Никому, кроме Гилельса, не посчитавшего ниже своего достоинства заняться такой прозой.
      Я примерно знала начало этой истории, не знала только ее окончания. Моя мама Н. Новикова, учившаяся в конце 40-х гг. у Софроницкого и дружившая с его второй женой Валентиной Николаевной, и несколько других учеников, тоже близких к В. Н. Софроницкой, старались помогать. Однако из других городов делать это было нелегко, а одну просьбу они и вовсе не в состоянии были выполнить: Гликерия Никитична, бабушка Вивианы, просила посодействовать в том, чтобы устроить девочку в интернат ЦМШ. Этого не могли сделать ни моя мама, ни Л. Круглова, ни живший в Одессе А. Алексеев – не ученик, но близкий к Софроницким человек.
      В это время в Свердловск, где жила наша семья, приехал Л. Н. Оборин. Зная его доброту, моя мама изловчилась «шепнуть» ему о проблеме.
      – Вот как? – удивился Лев Николаевич. – Я скажу об этом Эмилю. Он очень отзывчивый человек, и у него большое влияние.
      Через некоторое время вивианина бабушка с благодарностью сообщила, что все в порядке, девочка в интернате. Однако о пенсии она ничего не сказала. Правда, и от предложений о денежной помощи с тех пор всегда отказывалась.
      – Но почему же твоя бабушка ничего не рассказала о пенсии? – не понимала я.
      – Потому что Гилельс категорически запретил ей кому-либо об этом говорить. Но мне он этого не запрещал! Потому что я была маленькая, и он со мной вообще не разговаривал… Поэтому я говорю тебе, а ты напиши об этом в следующей книге».

      Добавлю к этому — без ссылок — из разговоров с музыкантами фразу о Рихтере: «Ни одному человеку никогда не помог». Впрочем, можно и со ссылкой: о том же говорится в книге Родиона Щедрина «Автобиографические записи».

  26. ALokshin

    «Итак, Рихтер рассказывает Монсенжону о военных годах: «Мое первое выступление в Ленинграде состоялось 5 января 1944 года. Хотя поезда нередко подвергались воздушным налетам, я добрался туда целым и невредимым 31 декабря…
    Наутро отправился в филармонию, где проработал весь день. …Когда вечером я вышел из зала, намереваясь вернуться в гостиницу, с неба посыпались бомбы. Всюду на улицах валялись мерзлые трупы. Тем не менее я продолжал путь к гостинице. …Приключение взбудоражило меня…
    Снова я приехал в Ленинград в 1945 году, и снова в январе. Я был страшно разочарован, это был совсем другой город. Осаду к тому времени сняли, улицы были запружены людьми, царила атмосфера ликования, крайне неприятная. Словом, от второй поездки остался скверный осадок. В первый раз кругом стоял мрак из-за воздушных тревог и затемнения, город был прекрасен, исполнен тайны, гремели разрывы снарядов (не забудьте и о мерзлых трупах. – Г. Г.)… Теперь же все вернулось в будничную колею».
    Обращаюсь к читателю: что прикажете делать – комментировать?! Боюсь, это будет выглядеть вызывающе, но, конечно, не более, чем сам текст. Пожалуйста, перечитайте его еще раз – не спеша, взвешивая каждое слово, и если «в первом чтении» вы что-то упустили, прошли мимо, то вам не сможет не приоткрыться подлинный смысл… Какой – определите сами.» (Г. Гордон. «Эмиль Гилельс и другие, стр. 37 — 38)»

    1. Dmitry Garanin

      ALokshin
      29.05.2018 в 18:44

      «Итак, Рихтер рассказывает Монсенжону о военных годах: «Мое первое выступление в Ленинграде состоялось 5 января 1944 года. Хотя поезда нередко подвергались воздушным налетам, я добрался туда целым и невредимым 31 декабря…
      Наутро отправился в филармонию, где проработал весь день. …Когда вечером я вышел из зала, намереваясь вернуться в гостиницу, с неба посыпались бомбы. Всюду на улицах валялись мерзлые трупы. Тем не менее я продолжал путь к гостинице. …Приключение взбудоражило меня…

      — Вагнерианство? Ждал прихода Зигфридов?

  27. ALokshin

    Несколько любопытных цитат.
    1. «Из “Опыта построения партийной организации конспиративного типа”
    1942 г.
    Совершенно секретно
    … Часть явочных квартир была организована в центре города, в домах интеллигенции, причем на этих квартирах были поселены подпольщики, жившие под видом разочарованных и обиженных советской властью интеллигентов, молодых вдов, одиноких женщин, мужья которых якобы репрессированы за антисоветское поведение … Особенно необходимо осторожно произвести заселение квартир, с тем чтобы переездом, устройством не вызвать подозрения и не привлечь внимания окружающих агентов и шпионов врага. » См. Москва прифронтовая. 1941-1942. Архивные документы и материалы. — М.: Мосгорархив, 2001, с. 325-330.
    2. Павел Судоплатов: «Больше всего мы ломали голову над тем, каким должен быть правдоподобный ответ на неизбежный вопрос: почему человек остался в Москве? … Переписка с мнимыми родственниками легендировалась по всем правилам почтовых отправлений … Мы также готовили для противника “приманку”. Предположительно ей мог стать Лев Константинович Книппер, композитор, немец по происхождению, проживавший вместе с женой Маргаритой на Гоголевском бульваре.»
    См. Стечкин В. Павел Судоплатов – терминатор Сталина. – М.:Яуза, 2005, с.178-179.
    3. А это просто сногсшибательно: квартира, в которой раньше жил В.Э.Мейерхольд, после его ареста «использовалась НКВД в качестве явочной».
    См.: Судоплатов П.А. Спецоперации. Лубянка и Кремль. 1930 – 1950 годы. –М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2005, с.157.

    1. Dmitry Garanin

      ALokshin
      29.05.2018 в 16:16

      — Да, эти пласты за версту обходятся прогрессивной интеллигенцией.. Должны же быть репутации вне подозрений и всякой критики, без этого жизнь не в радость..

  28. Dmitry Garanin

    Дорогой Элиезер Рабинович,

    Хоть подпись Гилельса и наклеена, Вы продолжаете утверждать, что Гилельс письмо подписал. И даже нашлись люди, которые Вам поддакивают. Вопрос: Зачем Вам это нужно? Такой же вопрос Вы задали АЛокшину по поводу его стихов. Но для того, чтобы писать стихи, причины не требуется. А для того, чтобы обвинять человека в подписании погромного письма, должна быть веская причина. Поэтому я и спрашиваю. Неужели это всё лишь амбиции?

    Вообще-то, у Вас не должно быть серьёзных причин, чтобы утверждать этот недоказуемый факт с помощью предположений. Поэтому Елена Кушнерова и отметила иррациональность. Вы пишете:

    «Пианистка Елена Кушнерова обвинила меня в «иррациональной зависти к Гилельсу», хотя завидовать Гилельсу – это её специальность, а не моя.»

    Не знаю насчёт зависти, поскольку Вы не пианист, но иррациональность тут налицо. А насчёт Вашего утверждения о «зависти Кушнеровой к Гилельсу» — тут просто лёгкость в мыслях необыкновенная. Подобное ни в чём никогда не проявлялось, доказательств нет и быть не может, наклеивай Вашу фразу на все места или нет. Она не приклеится. Если же Вы делаете общее утверждение, что любой пианист завидует Гилельсу, и далее редукцируете от общего к частному в адрес Кушнеровой, то так и скажите. Я буду рад за Гилельса.

  29. Борис Дынин

    Елена Федорович
    — 2018-05-27 22:24:58(969)

    Предыдущий комментарий показывает, что г-ном Рабиновичем против Гилельса использован хитрый прием.
    ================
    Конца не видно. Не в этом ли хитрость.

    Сожалею, что попытался прояснить Вам атмосферу тех дней, которые Вам не довелось пережить, и слава Богу, но элиэзеру и мне довелось, причем в Москве!

    Да минут Вас эта чаша и дальше!

  30. Елена Федорович

    Предыдущий комментарий показывает, что г-ном Рабиновичем против Гилельса использован хитрый прием. Он высказывает сначала аксиому: что мы не имеем права сколько-нибудь осуждать людей, которые в то страшное время не имели выбора и т.п. — с этим здоровый человек вообще не станет спорить; и тут же подсовывает мысль о том, что и Гилельса не стоит осуждать, ничего особенного в том, что он подписал… При том, что Гилельс ничего не подписывал (не буду повторять доказательства, да и не сказать мне об этом лучше, чем Игорь Гельбах…)! Оппонент, начавший спорить со вторым утверждением, немедленно обвиняется в том, что он спорит с первым. С гневными рассуждениями по этому поводу.
    Господа, но я действительно в дискуссиях не новичок, зачем уж так примитивно. Только что написала ведь, что не считаю существенными даже факты сотрудничества с «органами» в то время — именно потому, что у людей не было иного выбора, и поражены этим были почти все. Мне приятно сказать, что знаю точно: свободными от всего этого были два больших музыканта — А.Л. Локшин и Э.Г. Гилельс (не только они, конечно, но это то, что известно мне). Локшина полностью очищает сам факт клеветы: сейчас уже известно, что клевету возводили на людей, совершенно не «сотрудничающих» (тем самым расправляясь с ними за отказ), и делали это реальные «сотрудники» — чтобы отвести подозрения от себя. О Гилельсе уже писала. Так что хватит везде искать негатив; надо гордиться людьми, которые имели гениальность музыкантов и одновременно проявляли поистине героическую принципиальность.
    Что касается «замутненности» восприятия дилетантов — именно в этой статье я пишу, кто, как и для чего это «замутнение» устраивал. И стараюсь по мере сил это устранить, очистив от «мути», долго и усердно наносимой, имя великого Гилельса.

  31. Борис Дынин

    Елена Федорович
    — 2018-05-27 20:52:43(958)
    . Обвинение в том, что человек подписал такое письмо, равно обвинению в трусости — люди не от смелости это делали.
    ================
    Не вступая в полемику, которая уже замутила память великих музыкантов в глазах таких дилетантов в истории музыки, как я, хочу сказать, что Э. Рабинович, по крайней мере, прав в одном. Вы, г-жа Федорович, не имеете ясного представления о том времени, о котором пишите. Обвинять в трусости подписавших то письмо, значит, не представлять себе не только то давление, которое оказывала на них советская система в 1953 г., но и не представлять себе, те чувства, которые их переполняли при мыслях о судьбе близких, друзей и знакомых, если они не подпишут. Следует преклоняться перед героями, которые нашли в себе силы противостоять системе и ее власти, особенно, если их героизм был поддержан их близкими (а требовать героизма никто не в праве), но думать, что трус (то есть ничтожество) тот, кто подписал письмо в ТОЙ АТМОСФЕРЕ только потому, что он подписал, значит, действительно не понимать то время. Страшная дилемма: оставаться верным своим принципам и рисковать благополучием своих близких (не своим!). Слава Богу, если Вам не довелось с этим столкнуться. Не о трусости в данном случае говорить надо, а о преступности системы, и не забывать об этом, рассуждая о поведении людей в то время. Не «трус-смелый», но «жертва-палач» — суть вопроса в данном случае. Мерзость той системы проявляется до сих пор в скандалах между порядочными людьми при оценках поведения людей под сапогом преступной власти. Она продолжает отравлять отношения между людьми.

    1. Елена Федорович

      Этим комментарием Вы ломитесь в открытую дверь. Я никого из людей того времени не обвиняю, даже если им приходилось делать худшее, нежели подписать письмо. Я пишу о другом: есть разница между теми, кого мы понимаем и не смеем обвинять, и тем, кто проявлял (и не раз — вспомним спасение Гилельсом Нейгауза) невероятную смелость.

      1. Борис Дынин

        Возможно, Вы, уважаемая Елена, не обратили внимание на то, что я среагировал на Вашу фразу:
        «Обвинение в том, что человек подписал такое письмо, равно обвинению в трусости — люди не от смелости это делали.»
        Тем самым Вы обвинили Элиэзера в том, что он обвинил несправедливо Гилельса в трусости

        1. Елена Федорович

          Уважаемый Борис Дынин!
          Я не писала, что обвинил в трусости. Я написала, что обвинение «подписал» = обвинению в трусости. Смысл здесь именно в том, что такое обвинение этим уважаемым людям никто не предъявит (по причинам, уже описанным и очень серьезным); а раз вроде ничего плохого и нет, то можно и Гилельса сюда же… НО ЕГО ТАМ НЕ БЫЛО. Вот о чем речь. А вовсе не о моем, упаси Боже, непочтительном отношении к людям, как я понимаю, Вашего поколения. Позволю себе просто скопировать из одной из своих книг: «Написав это, менее всего хочу порицать : никто из нас, не испытавший того, что испытал он, да и по большому счету, все его поколение, судить его не имеет права. Тогда иначе было нельзя…». Это мое мнение, я буду его отстаивать, если понадобится.
          Благодарю за доброе пожелание в одном из предыдущих комментариев. Только почему Вы так уверены, что «миновала»…? Во всяком случае, уверяю Вас, в этих вопросах мы с Вами единомышленники.

  32. ALokshin

    Документально подтверждено. И именно это — ключ (по моему скр. мнению). Но я не каждый раз выкладываю ссылки. Спасибо Э.Рабиновичу, указавшему на необходимость точных ссылок.
    1) Мать Прохоровой работала в Интуристе с 1930 года (см. Прохорова В. Четыре друга на фоне столетия. — М.: Астрель,2012, с. 45)
    2) Письмо Берии Сталину (1938 год) с просьбой формально отделить Интурист от Лубянки (т.к. иностранцы пугаются). См. «Лубянка, Сталин и НКВД — НКГБ — ГУКР «СМЕРШ» 1939 — март 1946″/Под ред А.Н.Яковлева. — М.: Материк, 2006, с.15-16.

    1. Елена Федорович

      Именно это я и имела в виду, указав, что А.А. Локшин знает по данной теме гораздо больше меня и располагает материалами, которыми не располагаю я. У нас совпадающие взгляды на этот вопрос, но различная степень подготовленности, поэтому в данном ракурсе я отдаю слово более компетентному исследователю.

  33. Элиэзер М. Рабинович

    Надеюсь, что это последний мой комментарий.

    Елена Федорович
    — 2018-05-27 18:59:34(943)

    А вот в комментарии на моей странице в Фейсбуке Э. Рабинович прямо написал, что Гилельс подписал письмо (опровергая тем самым материал собственной статьи).

    Я действительно это сказал, потому что так написано в моей статье. Подписал. И здесь в комментарии я объяснил, почему подделка была практически исключена.

    Г-н Рабинович обвинил Гилельса в том, что тот струсил и подписал письмо — пускай г-н Рабинович и заказывает фотокопии и доказывает свою позицию.

    Нигде в моей статье нет слова «трусость», это Ваша придумка, г-жа Федорович. И тени обвинений евреев нет. У меня по отношению к любому из подписавших, кроме, возможно, Минца и Хавенсона, есть только понимание и сожаление о тех страшных обстоятельствах, которых Вам в жизни удалось избежать. И пока я думал, что с Вами возможен нормальный разговор, я и Вам написал те слова, которые Вы цитируете с упреком:

    «Откуда известно, что не подписывал? Подпись в архивных документах есть. …Большое число весьма достойных людей не смогли избежать подписи. Говорить о том, что подпись Гилельса, а она есть, и рукописная, сколько-нибудь порочит его больше, чем остальных, это как раз позорить его излишней идеализацией».

    Далее, Вы пишете:

    Не буду останавливаться на почудившейся ему «травле» и неких ужасных оскорблениях, в которых едва ли не до «мата» дошло. Прямо-таки истинно мой стиль! 🙂

    Ваш, г-жа профессор:

    Елена Федорович Хочу обратить внимание вот на что. Похоже, мы имеем дело со случаем, когда безразмерные глупость и наглость… принесли пользу!

    Это посылку Вам статьи, наряду с посылкой её профессору Гарварда, Вы назвали «безразмерной глупостью и наглостьЮ»?!

    Я благодарю Сергея Чевычелова, Марка Фукса и Юрия за понимание и поддержку. Я признаю с удовлетворением, что Елена Федорович избежала обвинения Рихтера и его круга в сотрудничестве с органами, чего опять никак не может избежать Локшин-сын. Смотрите, какой доказательности вы все хотите о подписи Гилельса, и как легко тот же круг спускает, и не в первуй раз, слова Локшина типа: «Ключ к разгадке – в том, что мать Прохоровой, организовавшая переезд, была агентом НКВД (это документально подтверждено)», хотя никогда документы не были представлены публике.

    Я на этом заканчиваю участие в обсуждении этой статьи.

    1. Елена Федорович

      …И правильно, что заканчиваете, так как сказать более нечего, и Вам приходится повторяться. А также производить подмену, что уж вовсе нехорошо. Глупостью и наглостью я называю не помещение Вами ссылки на статью, а продолжение утверждений, что наклеенная и реальная подпись — одно и то же. Обвинение в том, что человек подписал такое письмо, равно обвинению в трусости — люди не от смелости это делали. Деланные сочувствия в адрес Гилельса (дескать, был вынужден, как и многие) неуместны, его не за что прощать. Наконец, А.А. Локшин изучает названный Вами поворот темы много лет и имеет материалы, какими не располагаю я. Безусловно, он знает больше меня и изучает тему в ином ракурсе, имея на то полное право. Мне ближе чисто музыкальные аспекты жизни и творчества великих пианистов, и я очень рассчитываю, что ложные «намеки» и прочий негатив с имени великого Гилельса будут сняты, и можно станет читать о нем лишь правду.

  34. Елена Федорович

    Благодарю авторов комментариев, проявивших интерес к моей статье. Рада, что разговор, наконец, стал перемещаться в плоскость музыкальную, т.к. раздел 1. статьи считаю наиболее важным.
    Полностью согласна с тем, что Рихтер великий пианист, я не давала ему характеристику в статье, т.к. текст — не о нем. Пишу же я о том, что Рихтера пытались и пытаются искусственно поставить НАД Гилельсом (и всеми остальными), что в искусстве абсурдно и не несет ничего, кроме зла и помех для слушателей. Более того, все это нанесло ущерб и исследованиям искусства Рихтера: вместо глубокого изучения его в высшей степени нестандартного творчества мы имеем бесконечные славословия, зачастую выполненные с дурным вкусом. Оба великих советских пианиста совершенно не этого заслуживают. «Культ Рихтера», о котором совершенно справедливо пишет Dmitry Garanin, должен уйти в прошлое, как уходят все культы.
    Не сомневаюсь, что крупнейшие зарубежные музыканты высоко оценивали Рихтера; однако они не ставили его над Гилельсом и вообще их не сравнивали напрямую. Этого не положено делать в искусстве; а вот у нас это нарушалось — я написала, кем и почему. Положительные оценки их не носили характера обожествления Рихтера; так, тот же Горовиц, когда во время приезда в Москву его спросили о Рихтере, сказал: «Это тот, который играет по нотам?» Клайберн восторженно высказывался о Гилельсе, и не один раз. Так что предложенная здесь»подборка» не вполне корректна, поскольку вырвана из контекста.
    Широко известные слова Гилельса «Вы скоро еще услышите Рихтера», несомненно, свидетельствуют о его благородстве (он рекламировал соперника, тем самым удивив даже американцев) и изначальной благожелательности. К сожалению, написанное (сказанное) Рихтером о Гилельсе-человеке (причем после смерти Гилельса) показывает, что благородство Гилельса было односторонним.
    Тему того, каким чудом Рихтеру удавалось избежать крупных неприятностей, я не развиваю и развивать не стану. Именно потому, что знаю то, о чем пишет уважаемый Марк Фукс. В печально известные времена уклониться не мог почти никто. Но знаю точно, что Гилельс был среди тех, кого это не затронуло совсем. Сначала, в самые страшные времена, его не решались побеспокоить с известными предложениями как любимого пианиста самого вождя, а далее, во времена менее страшные, он просто отказывался с ними разговаривать. Потому я так отреагировала на утверждение автора статьи о депортации евреев. Против самой статьи, кстати, ничего не имею, поэтому не стоит меня противопоставлять уважаемым профессорам из Гарварда: уж наверное, они ее не «с позиций Гилельса» оценивали. Кроме того, в самой статье нет утверждения о том, что Гилельс подписал письмо; там, напротив, содержится материал, свидетельствующий об его отказе это сделать, и просто не делается напрашивающийся вывод. А вот в комментарии на моей странице в Фейсбуке Э. Рабинович прямо написал, что Гилельс подписал письмо (опровергая тем самым материал собственной статьи). Я биограф Гилельса и обязана была сказать правду, указав на это несоответствие. Стремление популяризовать свою точку зрения тут ни причем. Любой исследователь, увидев явную неправду, основанную на логической нестыковке (которую лучше всех, на мой взгляд, охарактеризовал А.А. Локшин), заявит об этом, и я не исключение.
    В целом, дискуссия показывает, что даже оппоненты согласны с тем, что «Э. Гилельс – явление планетарного масштаба и как исполнитель не имел себе равных, как и с тем, что человеком он был достойным во всех отношениях». Это и было целью создания моего текста. Очень надеюсь на то, что правда восторжествует, некорректные сравнения и сталкивания прекратятся, и мы сможем просто слушать записи обоих гениев и читать материалы о них. Только для того, чтобы показать, что и как происходило с именем Гилельса в нашей стране, я и пишу о нем в таком ключе. Полагаю, читающим людям становится ясно, что к чему, и с радостью постепенно переключаюсь на «чисто положительный» материал.

  35. Игорь Гельбах

    Как видно, ряду комментаторов не удается подняться до уровня анализа, предложенного профессором Е.Н.Федорович, не удается им и понять сущность предложенного Д.Гараниным подхода. Ну что ж делать? Продолжать с ними дискуссии бессмысленно, уровень решительно не тот. Правда, даже столь неискушенный автор как Марк Фукс сумел привести интересную цитату из М.Лидского, что оставляет надежду на будущее… Единственный участник, которому я отказываю в такой надежде носит имя Элиезер М.Рабинович. Сей персонаж — воплощение жестоковыйной тупости. Попробуйте, кандидат наук Рабинович , получить хотя бы US$1.00 в банке по документу с наклеенной подписью. Если получится, обещаю произвести вас в доктора…

    1. Элиэзер М. Рабинович

      Игорь Гельбах
      27.05.2018 в 18:05
      Как видно, ряду комментаторов не удается подняться до уровня анализа, предложенного профессором Е.Н.Федорович, не удается им и понять сущность предложенного Д.Гараниным подхода.

      Воистину. Особенно, когда основным орудием мат-анализа является дифференциальное и интегральное хамство, как у этого комментатора.

      1. Dmitry Garanin

        Элиэзер М. Рабинович
        28.05.2018 в 17:33

        Дорогой Элиезер, если Вы обвиняете в хамстве меня, то это не соответствует действительности. В общении как с Вами, так и с другими участниками дискуссий я всегда веду себя корректно и дружелюбно, даже если я с чем-то не согласен. Ничего против Вас лично не имею.

        1. Элиэзер М. Рабинович

          Dmitry Garanin
          29.05.2018 в 07:08
          Элиэзер М. Рабинович
          28.05.2018 в 17:33

          Дорогой Элиезер, если Вы обвиняете в хамстве меня, то это не соответствует действительности.

          Ни в малейшей степени. Вы всегда корректны. Речь шла об Игоре Гельбахе, совершенно незнакомом мне человеке. Видно, для некоторых людей хамство — как спорт.

          Мне очень хотелось бы прекратить посещение этого сайта, но все время получается возвращение.

  36. Dmitry Garanin

    Думаю, что не следует представлять дискуссию как конфронтацию «стенка на стенку» между сторонниками Рихтера и Гилельса. Такое — удел людей неуверенных в себе, стремящихся повысить свой социальный статус, записываясь в фанаты той или иной знаменитой личности. Это известный механизм, который давно занимает моё воображение и который я описал в статье «Самоидентификация, ранимость, агрессия», http://club.berkovich-zametki.com/?p=31810 . Насколько я понимаю, никто из комментаторов портала не страдает от комплекса неполноценности, поэтому всё это не нужно.

    Я ценю Рихтера как одного из выдающихся пианистов советской школы, хотя лично мне Гилельс нравится гораздо больше. Но это мой личный вкус. У других может быть другой.

    Реальная же проблема в том, что был создан культ Рихтера за счёл оттеснения всех других талантов, которыми так богата советская фортепианная школа. Мне понравилось высказывание пианиста Михаила Лидского, приведённое в комментарии Марка Фукса:

    «Рихтер был именно и прежде всего великий пианист, музыкант – один из великих пианистов ушедшего века. Волею судеб он был поставлен в такое положение, когда сама музыка как будто ушла в тень его славы и, в еще большей мере, как будто потонула в словоблудии многочисленных писаний, разного рода «спецэффектах» и т.п. Собственно, в отечественном музыкознании Рихтер оказался в известной мере противопоставлен всем пианистам прошлого, настоящего и, надо понимать, будущего.»

    Вопрос — почему это случилось? Каким ресурсом обладал Генрих Густавович, которого едва не расстреляли, чтобы этого добиться? И за счёт чего сам Рихтер остался жив и сделал карьеру, при расстрелянном отце и при матери, ушедшей с немцами? Что это был за счастливых билет? Фаустовский вопрос, может быть.

  37. ALokshin

    Про клей и ножницы. Человек, вырезающий из подлинного документа подпись и приклеивающий эту подпись в другое место, уничтожает подлинник и творит фальшивку. В результате говорить о том, что подлинник существовал, просто-напросто невозможно.

  38. Марк Фукс

    Российская фортепианная школа дала миру великолепных исполнителей и это в советский период активно использовалась властями для проникновения на Запад с целью создания положительного имиджа, как надежный и почти всегда безотказный ресурс и инструмент воздействия на западную интеллигенцию.
    Легче всего было управлять этой стороной деятельности советских музыкантов на Западе через разного рода «творческие» союзы в которых мастерски насаждалось интриги, недоверие, провокации, предательство и т.п.
    Музыкальная жизнь страны была ареной политической борьбы и всей той грязи, которая обычно её сопровождает.
    У Генриха Нейгауза учились, становились на ноги, добивались успехов и завоевывали умы и сердца публики, блестящие Э. Гилельс и С. Рихтер.
    Мир некоторых любителей фортепианной музыки давно и прочно разделся на Рихтерофилов и Гилельсофилов, причем между этими мирами царят отношения сопоставимые по темпераменту, к примеру, с тем как между собой воюют футбольные фанаты.
    Часто, как и в данном случае, возня, разговоры – пересуды, сплетни недостойны памяти великих музыкантов. Они, будь нашими современниками, уверен, в них не участвовали бы, да и при жизни стояли над этим.
    Во время своих американских гастролей Э. Гилельс в ответ на восторженные отзывы музыкальной критики проронил «… подождите, вы еще не слышали, как играет Рихтер!»
    Т.е. отношения между двумя великими пианистами во всяком случае были уважительными и каждый из них, зная цену самому себе, отдавал должное и «сопернику».
    Доктор педагогических наук Е.Н. Федорович, автор статьи, очевидно относится к числу фанатов Э. Гилельса, что само по себе вполне достойно и заслуживает уважения.
    Коснусь только двух моментов её статьи.
    Предположение о том, что деятели искусств сотрудничали с органами безопасности можно допустить. Более того, не вызовет удивления если окажется, что весь состав творческих союзов СССР (в старые добрые времена только в Союзе композиторов числилось до 1500 человек!) входит в число законных претендентов на погоны с васильковыми просветами и пенсию от Комитета.
    Оговорюсь: я верю в то что Александр Лазаревич Локшин, не имеет права на такие погоны и является великим музыкантом, отдаю должное настойчивости и несгибаемости его сына в деле восстановления справедливости и полагаю, что можно также согласиться с Еленой Наримановной в том, что Э. Гилельс – явление планетарного масштаба и как исполнитель не имел себе равных, как и с тем, что человеком он был достойным во всех отношениях. Во всяком случае гилельсоведы, как я уже указывал, в этом уверены.
    Обратимся к С.Т. Рихтеру и приведём характеристики, выданными ему коллегами.
    Приводится по английской версии Википедии:
    » Итальянский критик Пьеро Ратталино утверждал, что единственными пианистами, сопоставимыми с Рихтером в истории выступления на фортепиано, были Франц Лист и Ферруччо Бузони .
    Ван Клиберн принял участие в концерте Рихтера в 1958 году в Советском Союзе. По сообщениям печати, он плакал во время концерта и, вернувшись в Соединенные Штаты, рассказал о том, как Рихтер играл: «самая мощную игра на фортепиано, которую я когда-либо слышал».
    Артур Рубинштейн описал свое первое знакомство с Рихтером следующим образом: «На самом деле это не было чем-то необычным. Затем в какой-то момент я заметил, что мои глаза стали влажными: слезы начали катиться по моим щекам».
    Дмитрий Шостакович писал о Рихтере: «Рихтер — необыкновенное явление, его талант поражает и восхищает. Все феномены музыкального искусства доступны ему».
    Владимир Горовиц сказал: «Из русских пианистов мне нравится только один, Рихтер».
    Пьер Булез писал о Рихтере: «Его личность была больше возможностей, предлагаемых ему роялем, шире, чем сама концепция полного овладения инструментом».
    Брюс Моррисон, музыкальный критик, пианист и педагог… описал Рихтера следующим образом: «Идиосинкратический, простой, героический, сдержанный, лирический, виртуозный и, возможно, прежде всего, глубоко загадочный, Святослав Рихтер остается одним из величайших творческих художников всех времен»
    Высказывания учителей и друзей С. Рихтера не приводятся т.к. их можно заподозрить в необъективности.
    Что и они все, деятели искусств, включая В. Горовца и А. Рубинштейна, в обойме советских спецорганов и недоброжелателей Э. Гилельса?
    Как бы отвечая на наши вопросы наш современник Михаил Лидский…пишет:
    «Рихтер был именно и прежде всего великий пианист, музыкант – один из великих пианистов ушедшего века. Волею судеб он был поставлен в такое положение, когда сама музыка как будто ушла в тень его славы и, в еще большей мере, как будто потонула в словоблудии многочисленных писаний, разного рода «спецэффектах» и т.п. Собственно, в отечественном музыкознании Рихтер оказался в известной мере противопоставлен всем пианистам прошлого, настоящего и, надо понимать, будущего.»

    И еще.
    Темы, затронутой в капитальном исследовании Доктора Э.М. Рабиновича «Возвращаясь к 1953-му: страна была готова к депортации евреев» на которое ссылается Елена Наримановна, она по сути дела не касается, а сосредотачивается главным образом на предположениях об особенностях взаимоотношений внутри советской музыкальной элиты, её взаимодействии и сотрудничестве с советскими органами безопасности в эпоху сталинизма.
    Речь идет о предполагаемой подписи Э. Гилельса под проектом одного из вариантов готовившегося спецорганами письма-обращения советских евреев в газету «Правда» зимой 1953 года.
    По поводу этого момента статьи Э.М. Рабиновича, где им приводятся данные о том, что подписи некоторых фигурантов подклеены,не следует забывать, что в те времена ножницы и клей, перо и чернила, входили в число необходимых и обязательных инструментов делопроизводителя, а различного рода аппликации были широко применявшейся практикой в процессе подготовки документов.
    Разумеется, в окончательном, подготовленном для представления и, или подписи документе аппликации, равно, как дописанные от руки элементы заменялись на отпечатанные. Но мы ведь имеем дело с черновиками, проектами документов, заготовками и т.п!
    И в данном случае уточнение «наклеены» означает только то, что означает: т.е. ремарку об особенностях или деталях черновика, как, например, ремарки типа «получено по телефону», «получено в результате устного опроса», «перенесено из …», «скопировано из…» и т.п.
    Поэтому к возгласу уважаемой Елены Наримановны
    «ПОДПИСЬ ГИЛЕЛЬСА НАКЛЕЕНА!!!»
    следует отнестись адекватно, c осторожностью, и не делать далеко идущих и окончательных выводов.
    В сталинские времена сексота можно было обнаружить и в кругу собственной семьи. И есть тому примеры и, надеюсь, Елена Наримановна знает об этом не хуже меня.

    Доктор Э. Рабинович в своей статье не касается музыкальной части вопроса, он исследует совсем другие моменты и приходит к выводам в области далёкой от музыки.
    Я понимаю, что это соблазнительно, удобно и эффектно оттолкнуться от такого значимого расследования, как и от фильма Л. Парфёнова для того чтобы провести, популяризировать свою точку зрения пусть и по другому вопросу.
    Э. Гилельс жил в очень непростое время и в очень непростых условиях сталинской любви о опеки по отношению к своей персоне.

    «Ах, от господ подалей;
    У них беды себе на всякий час готовь,
    Минуй нас пуще всех печалей
    И барский гнев, и барская любовь.»

    Быть далеко от сильных мира сего у публичных людей не всегда получается.

    Приведенные выше замечания касаются указанного момента и ни в коей мере не претендуют на толкование вопросов теории и истории музыки, оценки талантов и вклада тех или иных музыкантов в работы советских спецслужб и мировое искусство.
    М.Ф.

    1. Dmitry Garanin

      Марк Фукс
      27.05.2018 в 14:59

      Речь идет о предполагаемой подписи Э. Гилельса под проектом одного из вариантов готовившегося спецорганами письма-обращения советских евреев в газету «Правда» зимой 1953 года.
      По поводу этого момента статьи Э.М. Рабиновича, где им приводятся данные о том, что подписи некоторых фигурантов подклеены,не следует забывать, что в те времена ножницы и клей, перо и чернила, входили в число необходимых и обязательных инструментов делопроизводителя, а различного рода аппликации были широко применявшейся практикой в процессе подготовки документов.
      Разумеется, в окончательном, подготовленном для представления и, или подписи документе аппликации, равно, как дописанные от руки элементы заменялись на отпечатанные. Но мы ведь имеем дело с черновиками, проектами документов, заготовками и т.п!

      — Это очень разумное объяснение. Готовилось письмо с подписями, создавался его макет с помощью ножниц и клея. Это не окончательный документ, поэтому ничего не доказывает. Наклеенные подписи рассчитывали получить, а получили или нет — неизвестно. На этом я бы дискуссию закрыл.

  39. ALokshin

    Вот мое скромное мнение. Гилельс был настолько крупной фигурой, что его подпись должна была быть ОБЯЗАТЕЛЬНО, независимо от того, подпишет ли он письмо или нет. Отсутствие его подписи зияло бы дырой в списке подписантов. Остальное — дело техники.

    1. Сергей Чевычелов

      Директор Коломенского завода Носовский тоже был такой крупной фигурой?

      1. Елена Федорович

        Носовский был человеком, заслуживающим громадного уважения. Потому что совершенно понятно, что он тоже отказался подписать это письмо. Команду собрать подписи всех надо было выполнять, и подписи двоих отказавшихся приклеили, вырезав из других документов. Это настолько ясно, что не заслуживает продолжения обсуждения. Не до конца ясно мне лишь то, почему так упорно пытаются оболгать Гилельса.

      2. Ефим Левертов

        Дорогой Сергей!
        Не могу участвовать в дискуссии по существу в силу своей некомпетентности. Могу только ответить на Ваш вопрос относительно директора Коломенского завода как человек работавший в дизелестроении много лет и бывавший на Коломенском. Да, директор такого завода по своему статусу был достаточно заметной фигурой в стране.

  40. Сергей Чевычелов

    Дорогой Элиэзер!
    Вы сделали все правильно. Указали факт подписи и источник. Странно, что профессор, наверное доктор наук, не знает системы доказательств. Ведь можно заказать в Екатеринбурге фотокопию подписного листа из московского архива (чего нельзя сделать из США) и изучить, КАК вклеена подпись. Но. это обязанность профессора, а не Ваша, повторюсь, Вы сделали все правильно. Наивно думать, что вклеено только факсмиле — вклеена вся строчка целиком, а это абсолютный признак обычного монтажа перед типографской версткой (это еще одно доказательство моей версии о том, что публикация первого письма была остановлена внезапно по приказу Сталина на этапе верстки ночью 9 февраля 1953 года из-за взрыва в советской миссии в Израиле (или раньше, если Сталин сам готовил этот взрыв) — недаром я хотел назвать свою статью «Жаль что историки не работают метранпажами»).

    1. Елена Федорович

      Профессор, конечно, доктор наук, и потому знает, что документальные следы преступлений сталинской верхушки в архивах не хранятся. Все, что можно было извлечь, уже извлечено. Как исследователь биографии Гилельса знаю и то, к каким поистине невероятным ухищрениям приходится прибегать его недругам. И, наконец, придерживаюсь общедемократического и общеюридического принципа: сначала надо доказать то, что человек ДЕЛАЛ что-то плохое, а потом уже доказывать, что он этого не делал. Г-н Рабинович обвинил Гилельса в том, что тот струсил и подписал письмо — пускай г-н Рабинович и заказывает фотокопии и доказывает свою позицию. Его тексты, в том числе и комментарий здесь, свидетельствуют: доказать этого он не может. Потому и приходится прибегать и к «непониманиям» того, откуда могла взяться подпись для «наклеивания», и к оскорблениям в адрес оппонента.

  41. Елена Федорович

    Как и следовало ожидать, г-н Рабинович не желает признавать очевидного. Не буду останавливаться на почудившейся ему «травле» и неких ужасных оскорблениях, в которых едва ли не до «мата» дошло. Прямо-таки истинно мой стиль! 🙂 Некоторым и простой призыв не клеветать может показаться оскорблением — это их проблемы. Остановлюсь на основном пункте спора: ЧТО ОЗНАЧАЕТ НАКЛЕЕННАЯ ПОДПИСЬ ГИЛЕЛЬСА, И ОТКУДА ОНА ВЗЯЛАСЬ.
    Г-н Рабинович, столь уникальный специалист, действительно не понимает, что подпись Гилельса, РЕАЛЬНУЮ, можно было вырезать откуда угодно — ИЗ АВТОГРАФА НА ПРОГРАММКЕ ИЛИ ВЕДОМОСТИ НА ПОЛУЧЕНИЕ ЗАРПЛАТЫ? И сам факт того, что пришлось ее наклеивать под письмом, означает категорический отказ Гилельса подписать это письмо.
    Воспоминания — косвенное доказательство. Конечно, человеческая память по прошествии лет сжимает события (я тоже кое что изучала в своей жизни и знаю механизмы того, как и почему это происходит), и возникают несоответствия в деталях. Которые не отменяют главного: Гилельс письмо не подписывал, и воспоминания это косвенно подтверждают.
    Самое интересное тут — зачем действительно г-ну Рабиновичу, не музыканту, это нужно. Как и в прочем, он лукавит, соединяя цитаты из разных частей моей статьи: о фальсификации истории исполнительства — ч. 1, а разбор шедевра г-на Рабиновича — во 2-й. Так что в фальсификации именно этого я его не упрекаю. Это уже фальсификация просто истории. И то, почему Гилельса всячески стараются опорочить уже и как человека — тема для нового исследования.

  42. ALokshin

    Э Рабинович: «Нужно совершенно не знать и не понимать то время, чтобы подумать, что какой-либо чиновник решится на такой подлог при живом Сталине и на глазах своих сотрудников. Сталин ясно приказал собрать подлинные подписи, и в моей статье, как и в книгах Сарнова и Фрезинского,много говорится о том, сколько усилий тратили организаторы для сбора настоящих подписей, вплоть до приезда к Эренбургу глубокой ночью.»
    Упущен вариант: сотрудник сделал это без свидетелей.
    Что касается «клевретов», то это великолепный прием перевода полемики в серию взаимных оскорблений, за которыми потеряется предмет обсуждения.

  43. Элиэзер М. Рабинович

    После трехнедельного пребывания в Израиле, у меня, наконец, появилось время для комментирования статьи профессора из Екатеринбурга Елены Федорович, хотя, если честно, я чувствую, что отвечать — ниже моего достоинства после той травли, которой я подвергся на её странице в Facebook и которой ты никак не ожидаешь от российского интеллигента. Как только статья вышла, я, полагая, что она может быть интересна профессору Федорович и её кругу, поместил ссылку на её странице в Facebook. Я послал ссылку на статью в клуб, казалось бы, культурнейших людей, помешанных на Гилельсе, в клуб людей, плачущих «слушая Баха в исполнении Эмиля Гилельса» (выражение из статьи Федорович). Я послал статью, как я полагал, коллеге-профессору; среди многих других я также послал её и профессору Гарварда Джошуa Рубинстайну, автору книги об Эренбурге. Я получил благодарственный отклик из Гарварда, как и мог ожидать. В Екатеринбурге же на меня набросились \»яко рыкающие львицы\» (парочка львов тоже нашлась), что совсем не ожидалось и еще раз подтвердило правильность выбора, сделанного 44 года назад, – жить среди гарвардских, а не екатеринбуржских. Здесь, на портале, г-жа профессор сдерживается, но там я был облит таким потоком грязи, такой ложью и клеветой, какой я не знавал с момента отъезда из России, хотя до мата они все-таки не дошли. И цензурой. Г-жа Федорович стёрла все мои ответы и объяснения. Пианистка Елена Кушнерова обвинила меня в «иррациональной зависти к Гилельсу», хотя завидовать Гилельсу – это её специальность, а не моя.

    Мне и в голову не приходило, что борьба Гога и Магога — гилельсианцев с рихторианцами — нахо-дится в центре российской культурной жизни (интересно, рихтеровские, они тоже такие злые?), и мои российские контакты этого не подтверждают.

    Я не касаюсь второй половины статьи профессора Федорович, которая посвящена критике филь-ма Леонида Парфенова «Русские евреи», но вся первая половина статья написана, в основном, из-за одного слова или, если угодно, фразы в таблице в моей недавней статье «Возвращаясь к 1953-му: Страна была готова к депортации евреев»:

    180-185 — Листы с подписями. «На листе 185 подписи пианиста Э. Г. Гилельса и директора Ко-ломенского завода тяжелого станкостроения Н. Э. Носовского наклеены». (Ссылка на книгу Бориса Фрезинского «Писатели и советские вожди».)

    Ни г-жа Федорович, ни её клевреты в обсуждаемое время не жили и непосредственно от него не страдали, но позволяют себе тон, как будто событий того времени лучше их никто не понимает. Основное содержание моей статьи их совершенно не интересует.

    Г-жа Федорович пишет:

    «Нужно отдать себе отчет: всё, происходившее и происходящее вокруг этой темы, есть не что иное, как КРУПНЕЙШАЯ ФАЛЬСИФИКАЦИЯ В ИСТОРИИ ИСПОЛНИТЕЛЬСТВА».

    И далее, уже о моей статье:

    «Кроме несправедливых сопоставлений, Гилельса просто старались всячески опорочить, ис-пользуя для этого разнообразные приёмы. Здесь речь пойдёт об одном из таких случаев, с по-пыткой вскрыть механизм того, как именно это делается. Связан дальнейший рассказ с одной из самых страшных страниц истории еврейского народа в СССР – «делом врачей» в 1953 году. Поместив в «Facebook» материал о Гилельсе, я заметила среди комментариев ссылку на ста-тью Элиэзера М. Рабиновича «Возвращаясь к 1953-му: Страна была готова к депортации евреев». Прочитав статью, поняла: …прямо утверждалось, что Гилельс в 1953 году подписал письмо, которое вожди заставляли подписать выдающихся деятелей науки и искусства еврейского происхождения – с осуждением «врачей-убийц» и фактическим отмежеванием от собственного народа”.

    История исполнительства – не моя тема, я – не музыкант, и будучи более 40 лет вне советской ментальности, не знаю, чернят ли Гилельса в России или нет (мои тамошние друзья отрицают), но не представляю себе, как обвинения г-жи профессора в МОЙ адрес могли даже прийти ей в голову. Я, не-музыкант, за границей России, вдруг займусь прямой или косвенной фальсификацией истории музыки? Это – предельное искажение правды и здравого смысла. Моя статья о возможности депортации евреев в 1953 году не имеет к музыке никакого отношения. Но г-жа Федорович разъярена тем, что я, ссылаясь на источники, указал на то, что подпись Гилельса есть на рукописных подписных листах, хранящихся в Российских государственных архивах. О наличии такой подписи она узнала только от меня, как и о том, что подпись Гилельса наклеена на лист 185. Мой источник — статья историка Бориса Фрезинского, который видел ее своими глазами. Подпись не менее подлинная, чем подписи остальной полусотни человек, которые, конечно, подписали под огромным давлением и без малейшего желания.

    «…с осуждением «врачей-убийц» и фактическим отмежеванием от собственного народа».
    Если бы г-жа Федорович внимательно прочитала мою статью, то она увидела бы, что вторая вер-сия, как ни плоха она была, призывала к изданию еврейской газеты и отказа от собственного народа не содержала.

    Г-жа профессор пишет:
    «Дело в том, что – и это не секрет – наличие НАПЕЧАТАННОЙ подписи отнюдь в те времена не означало, что человек действительно это подписал. Конечно, под проектом письма подпись Гилельса была напечатана: это фактически констатация того, что он был известным чело-веком. Кто же спорит?»

    Никто. Но именно это я обсуждаю и показываю, что наряду с двумя машинописными вариантами, рукописные подписи были, и они сохранены в архиве. Подпись Гилельса была среди них.

    «Я попыталась объяснить это автору статьи и комментария, полагая, что он этих подроб-ностей просто не знает (хотя для исследователя, пишущего статью по данному вопросу, это было бы странным)».

    Все-таки странно, что ни г-жа Федорович, ни ее читатели не поинтересовались тем, кто автор, как он жил, что писал, короче, что он знает? Может быть, автор знает пару вещей о том времени по-лучше, чем г-жа профессор, которая по возрасту ему в дочери годится? Елена Федорович:

    “Что же означает то, что автор статьи об этих трагических событиях черным по белому написал это утверждение…? И, пойманный за руку (причем с помощью собственного текста), продолжает утверждать, что наклеенная и реальная подпись ― это одно и то же?».

    Ну-ну, говорить, что меня, дескать, поймали за руку, смешно, когда всю историю г-жа Федорович узнала именно от меня. И ведь наклеена-то РЕАЛЬНАЯ подпись! Нет? Ладно, давайте уступим г-же Федорович и разберем наклееную подпись в деталях. Госпожа автор совершенно не объясняет, что означает факт наклейки, только утверждает, что Гилельс НЕ ПОДПИСЫВАЛ. Значит, либо искусный гравер на службе у КГБ сделал подпись так, что её и сам Гилельс от своей отличить бы не смог, вырезал и наклеил; либо они где-то нашли подлинную его подпись (в отделе кадров, в Госконцерте), вырезали и приклеили. Так, г-жа профессор? Есть ещё варианты?

    Только и эти два СОВЕРШЕННО НЕВОЗМОЖНЫ. Нужно совершенно не знать и не понимать то время, чтобы подумать, что какой-либо чиновник решится на такой подлог при живом Сталине и на глазах своих сотрудников. Сталин ясно приказал собрать подлинные подписи, и в моей статье, как и в книгах Сарнова и Фрезинского,много говорится о том, сколько усилий тратили организаторы для сбора настоящих подписей, вплоть до приезда к Эренбургу глубокой ночью.

    Значит, подпись все-таки Гилельса, все-таки подлинная, и именно по этому случаю. Так ПОЧЕМУ ОНА НАКЛЕЕНА?

    Собственно, это уже неинтересно, но как раз тут, оказывается, мы можем дать довольно точный ответ. Фрезинский описывает в деталях 7 страниц 180-186 (в моей статье ошибочно было указано 180-185, сейчас исправлено) с 56 рукописными подписями. На всех листах, кроме #185, есть 8,9 или 10 оригинальных подписей. На листе 185 – ОДНА оригинальная подпись заведующего РОНО в Москве К. И. Золотаря и две наклеенные – Гилельса и директора Ко-ломенского завода тяжелого станкостроения Н. Э. Носовского. То есть довольно очевидно, что архивист, который все это организовывал 16 марта, после смерти Сталина, имел два листа с подписями Гилельса и Носовского (менее вероятно, один лист с двумя подписями) и с помощью ножниц и клея объединил их в один архивный лист вместе с подписью Золотаря. Только и всего. (Этот архивист вообще не был особенно аккуратен, поместив вторую редакцию письма раньше первой.)

    Хорошо. Но может быть Гилельс был все-таки среди тех трёх-четырёх человек, которые отказа-лись подписать, когда им представили первый вариант письма? Правда, профессор Костырченко считает это легендой, но я с ним не согласен. Хотя за 65 лет, что я в этой истории, я о Гилельсе в таком контексте не слышал, я был бы рад добавить и его в число тех героев. Но свидетельств об этом нет, кроме воспоминания сестер Михоэлс из статьи Владимира Мака в журнале «Лехаим» в 2016 г., который пишет:

    ”История, которую я слышал от Натальи и Нины Михоэлс, возможно, грешит неточностями, но перескажу ее так, как слышал. В начале марта 1953 года Гилельса привезли в редакцию «Известий». В зале собрали известных евреев для подписания письма, осуждавшего врачей. Дошла очередь до Эмиля Григорьевича, который сказал, что доктор Вовси лечил его жену, он не верит, что Вовси преступник, и подписать письмо не может. Сомнений в том, что его арестуют, у Гилельса не было. Вопрос — когда? Если машина от «Известий» поедет налево, значит, на Лубянку. Повезли направо, значит, возьмут из дома — Гилельс жил на улице Горького. Выйдя из лифта, он встретил соседа, дирижера Гаука, в сопровождении людей в штатском, и удивился, что арестовывают уже и неевреев. Оказалось, Гаука везли репетировать музыкальную программу похорон…»

    Смотрите, как осторожен Владимир Мак в оценке свидетельства двух пожилых женщин, и как Елена Федорович принимает это свидетельство за абсолют, не видя, что в нем есть три ошибки, одна из которых всё свидетельство уничтожает. Все, что мы читали, говорит, что сбор подписей был организован в редакции «Правды», а не «Известий», и был не в марте, а закончен не позднее 20 февраля, – это можно было бы отнести за счет неточности памяти, но встреча с Гауком, отправлявшимся на репетицию похорон, делает дату точной и невозможной: 6-е марта. Никто 6-го марта не стал бы ВПЕРВЫЕ вызывать тех евреев для подписи, когда все они уже знали о смерти диктатора.

    1. Юрий

      Уважаемый Элиезер, могу Вас заверить, что если некоторые гилельсианцы и считают необходимым во что бы то ни стало отвоевать первое место (где?) для своего кумира, то рихтерьянцы этим не занимаются. Не хочу повторяться и приглашаю прочитать находящиеся рядом мои ответы известной исследовательнице наследия Гилельса. У каждого из этих крупнейших музыкантов свое место. Тут вот тенденциозно (и неправильно) цитировались Артура Рубинштейна, но проигнорированы были его слова: нельзя сказать о ком-то, что он «первый». Рубинштейн Артур в этом даже Антону Рубинштейну отказал! Сколько раз я слышал от людей с музыкальным образованием, что «пианист от бога» — это Гилельс. И я после этого должен устраивать истерику и доказывать, что есть другой исполнитель, претендующий на это место? Тут показательно уже упоминавшееся мною заявление: «Начиная с 1960-х гг. некая «молва», распространявшаяся в авторитетных кругах музыкантов, старательно отодвигала Гилельса в тень, чтобы водрузить на его место на музыкальном Олимпе другого пианиста: Святослава Рихтера».

      Слышать это от известного исследователя, профессора, доктора, крайне странно. Где уровень?
      Я не удивился бы прочитать такое на музыкальном форуме, куда заходят люди разной музыкальной подготовки, образованные и не очень, имеющие моральные устои и без оных. Кстати, мог бы дать ссылки Вам лично на такие ресурсы. Сам лично в их деятельности давно не участвую. Увы, со временем там скатываются на пустой треп или темы вообще затихают. К сожалению, иногда такое происходит по естественной причине: покидают этот мир люди, и тут ничего не поделаешь.

      Любой слушающий музыку, любящий Рихтера или нет, не станет отрицать, что он оставил заметный и даже очень заметный след в истории. Кто-то будет утверждать, что это отрицательная величина (но по модулю еще какая большая!). Кто-то согласен с определением Г.Г.Нейгауза, назвавшего Бузони и Рихтера «наиболее симптоматическими» музыкантами своих эпох. Кстати, он не отрицал, что ими могут быть Гофман и Гилельс, но остановился всё же на первой двойке (предвижу реакцию: хитрый ход; вообще по Гордону Нейгауз – разных ходов мастер). Но при всем при том рассказывать, что Рихтера воодружали на место Гилельса! Да он сам не согласился бы! У него свое место. Уникальное, и отнюдь не «ниша». Почитатели Святослава Теофиловича категорически отказываются от места Гилельса для Рихтера!! Маэстро – великий Музыкант, и не за счет кого-либо, а исключительно благодаря своему уникальному вкладу в культуру (снова «свежие» мысли). НИГДЕ на форумах, в потоках, посвященных Рихтеру, не оскорбляют других музыкантов, а Гилельса — в первую очередь. Чаще всего бывают противопоставления Гульд-Рихтер, если не изменяет память, в потоках, посвященных Гульду, но эта другая тема, в которую никакая советская власть не вмешивалась, да и не было уже той власти, когда появились форумы.

      Зато писал, что знаю разных людей за границей, ездивших за Рихтером по своей стране и даже в другие страны. Более того, они даже умудрялись включать магнитофоны и записывать концерты! Мне тут возразили, что и почитатели Вагнера ездят по миру, чтобы в разных странах послушать его оперы. Но при чем тут вагнерианцы?! Имя Рихтеру, по мнению агрессивных гилельсианцев, создала (искусственно) сов.власть. Неужели они имели влияние на кап.страны, откуда мои приятели родом? Есть у меня такие диски-самоделки, полученные из Соединенного Королевства, с надписями: «It was great!!»

      Что касается обсуждения по поводу участия в подписании или неподписании Гилельсом письма, то извините, не смог этого читать. Не дай Бог пережить что-то подобное. Сейчас, сидя в уюте за компьютером легко рассуждать, как дОлжно поступать приличному человеку. Могу рассказать, что мой папа, человек отнюдь не публичный, в 1949-м начальник партии в Азербайджане (не коммунистической, а геологоразведывательной), был вызван к начальнику особого отдела, где ему было приказано регулярно «стучать» на подчиненных. В тот же день после работы он с мамой, собрав нехитрые пожитки, уехал в Кишинев, к родной сестре. Там как-то оформил новый паспорт с помощью мужа сестры и осел в Молдавии. Это в будущем дало возможность появиться на свет мне. Рассказал он мне всё это гораздо позже, когда почувствовал приближение смерти. Правда, тогда всё же удалось выкарабкаться, умер несколько лет спустя.
      Кстати, штрих к портрету особы, пишущей здесь: г-жа Гольденберг поведала, что я своего отца ненавидел. Пусть это остается на ее совести, если таковая имеется.

      Так вот, известные люди не могли поступить так, как мои родители. Скрыться они не могли. Считаю, что осуждать можно только тех, кто сам, «по велению сердца» занимался доносительством. В этом здесь обвиняют Рихтера, а доказательство такое: «Ясно также, что вся затея с «Лихтером» вместо «Рихтера» представляла собой спецоперацию для создания соответствующей легенды.
      И кто теперь сумеет меня убедить, что Рихтер не был агентом Лубянки?».

      «Ясно» только людям их круга. Согласно принципу презумпции невиновности убеждать должна совсем другая сторона, и аргументы должны быть веские. А вообще за такие слова можно и в суд подавать. Жаль, некому.

      Элиезер, если возникнут вопросы о Рихтере, пишите в личку. Никакой радости от пребывания здесь не испытываю.

    2. Елена Кушнерова

      Элиезер Рабинович

      «Пианистка Елена Кушнерова обвинила меня в «иррациональной зависти к Гилельсу», хотя завидовать Гилельсу – это её специальность, а не моя.»

      Глубокоуважаемый Элиезер, Вы меня рассмешили. Я с Вами вообще в разговор не вступала. Поэтому не могла Вас лично ни в чём обвинить. Это вообще не мои слова. Не знаю, откуда Вы это взяли. Что касается потрясающего по силе утверждения, что моя специальность – завидовать… даже не знаю, что Вам сказать. На всякий случай уточню: моя специальность – играть на рояле. У меня даже диплом имеется, если что. Так что Вы бы как-нибудь поосторожнее с личными нападками. Здесь это не приветствуется.

      1. Элиэзер М. Рабинович

        Елена Кушнерова
        29.05.2018 в 01:55
        Элиезер Рабинович

        «Пианистка Елена Кушнерова обвинила меня в «иррациональной зависти к Гилельсу», хотя завидовать Гилельсу – это её специальность, а не моя.»

        Глубокоуважаемый Элиезер, Вы меня рассмешили. Я с Вами вообще в разговор не вступала. Поэтому не могла Вас лично ни в чём обвинить. Это вообще не мои слова. Не знаю, откуда Вы это взяли… Так что Вы бы как-нибудь поосторожнее с личными нападками. Здесь это не приветствуется.

        Чьи же слова из Facebook Елены Федорович? Есть другая Елена Кушнерова?

        Elena Kuschnerova Да, Елена, скорее всего, Вы правы! Зависть — она совершенно иррациональна!.. Что касается этого комментария со ссылкой от Элиэзера, а сразу поняла, что так какая-нибудь подлость, так как знаю этого «артиста» по сайту Берковича. Хорошо Вы его отделали! Браво!

        Elena Kuschnerova Maria Yarygina Он не вполне адекватен. И очень недружелюбен.

        1. Елена Кушнерова

          Про зависть это не к Вам, это общее положение. Почему Вы приняли это на свой адрес, не знаю. Насчет недружелюбия — это к Вам. А Вы – дружелюбны? Почитайте Ваши комментарии в адрес Елены Федорович. Всех Вам благ.

          1. Виктор (Бруклайн)

            «Что касается этого комментария со ссылкой от Элиэзера, а сразу поняла, что так какая-нибудь подлость, так как знаю этого «артиста» по сайту Берковича».
            \\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\

            Госпожа Кушнерова! Вы и впрямь не считаете Ваши процитированные выше слова отпетым хамством?

          2. Элиэзер М. Рабинович

            Что же Вы за человеческая личность, мадам Кушнерова! Вчера отрицали свои слова, сегодня уверяете, что слова прямо с моим именем не относились ко мне! Б-г Вам судья. Я, во всяком, случае на Ваши концерты не пойду, сколько бы дипломов Вы мне не предъявляли, ибо, по принципу «гений и злодейство — две вещи но совместные», не верю в Ваше мастерство. И вот почему Вы говорите о бешеной зависти к Гилельсу: Вам его мастерства никогда не достичь, ибо он был хороший человек, а Вы — нет.

  44. Юрий

    В справочном издании «Советская литература о музыке», редактор Колтыпина Г.Б., можно найти ссылки на все журнальные статьи (вряд ли что-либо было пропущено) о советских музыкантах. Поделюсь результатами. Желающие могут проверить.
    Итак, количество статей об ЭГ и СР (именно в таком порядке):

    1960-62 годы – 10:10
    1963-65 годы – 13:13
    1966-67 годы – 8:9
    1968-70 годы – 12:12.

    Все ссылки у меня выписаны, но здесь я их не привожу.
    К сожалению, справочник, кажется, больше не издавался. Можно посмотреть, что было в 50-х, но не в 70-х и позже. Впрочем, возможно, я не в курсе дела.

    Г.Г.Нейгауз. «Об искусстве фортепианной игры». Издание 5-е. М.: «Музыка», 1988.
    Удобно осуществлять поиск в тексте в электронном виде. Фамилия «Гилельс» встречается 22 раза. Читаем. Пробуем найти «бесконечные нападки «властителя дум» Г.Г.Нейгауза». Получается? У меня – нет.

    А теперь каждый может сделать выводы самостоятельно.

    1. Елена Федорович

      Да, Вы не в курсе либо не желаете быть в курсе. Не все в жизни можно изучить по справочникам и ссылкам. О том, что за их пределами, — как раз в моей статье. Кроме того, Вам не кажется, что имеет некоторое значение еще и то, ЧТО ИМЕННО написано в перечисленном количестве источников?

      1. Юрий

        Игорь Гельбах27.05.2018 в 18:05
        Как видно, ряду комментаторов не удается подняться до уровня анализа, предложенного профессором Е.Н.Федорович
        ——————

        Куда уж нам? А до уровня моих совершенно конкретных возражений надо спускаться или подниматься? Легче было обойти их молчанием. В них что ли такая уж ерунда, не заслуживающая внимания?
        Напомню:
        Г.Г.Нейгауз. «Об искусстве фортепианной игры». Издание 5-е. М.: «Музыка», 1988.
        Удобно осуществлять поиск в тексте в электронном виде. Фамилия «Гилельс» встречается 22 раза. Читаем. Пробуем найти «бесконечные нападки «властителя дум» Г.Г.Нейгауза». Получается? У меня – нет.

        Елена Федорович27.05.2018 в 19:59
        Я биограф Гилельса

        Биограф ОБЯЗАН знать содержание статей, написанных о ЭГ, и не допускать заявлений
        «Вам не кажется, что имеет некоторое значение еще и то, ЧТО ИМЕННО написано в перечисленном количестве источников?» И что же? Там Гилельса ругают? Это не я должен всё это знать, а биограф! Я, не будучи музыковедом, очень неплохо знаю все статьи о Рихтере, написанные в 40-60-е годы. Дальше, насколько я знаю, справочник «Советская литература о музыке», не издавался. Прошлый раз написал: «не в курсе дела» — это о справочнике. Уцепившись за мои слова, тут же получил (точнее — огрёб) от биографа: «Да, Вы не в курсе либо не желаете быть в курсе». Уровень зашкаливает! Так, наверное, ведут себя на ток-шоу. И до этого надо подниматься?!

        ALokshin27.05.2018 в 21:38
        Документально подтверждено. И именно это — ключ (по моему скр. мнению). Но я не каждый раз выкладываю ссылки. Спасибо Э.Рабиновичу, указавшему на необходимость точных ссылок.
        1) Мать Прохоровой работала в Интуристе с 1930 года (см. Прохорова В. Четыре друга на фоне столетия. — М.: Астрель,2012, с. 45)
        2) Письмо Берии Сталину (1938 год) с просьбой формально отделить Интурист от Лубянки (т.к. иностранцы пугаются). См. «Лубянка, Сталин и НКВД — НКГБ — ГУКР «СМЕРШ» 1939 — март 1946″/Под ред А.Н.Яковлева. — М.: Материк, 2006, с.15-16.
        ——————

        Не сомневаюсь, что в подобные заведения всегда были и будут связаны со спецслужбами. Отсюда надо делать выводы, что мать Прохоровой доносила на своих знакомых? Впрочем, Элиезер М.Рабинович уже на это указывал, но, естественно, никто не снизошел. Не раз писал: если говорит/пишет «свой», это воспринимается как истина, не требующая доказательств. Совсем другое дело с «чужими».

        А это что за оборот (ALokshin): «Очевидным образом Рихтер лжет, желая создать впечатление, что в условиях осадного положения скрывался от властей. »?!

        И ничего, нормально! Все читают, как ни в чем не бывало. Имеет, дескать, право на свою «точку зрения».

        Елена Федорович27.05.2018 в 19:59
        Благодарю авторов комментариев, проявивших интерес к моей статье.
        —————-
        Особенно запомнились слова: «Начиная с 1960-х гг. некая «молва», распространявшаяся в авторитетных кругах музыкантов, старательно отодвигала Гилельса в тень, чтобы водрузить на его место на музыкальном Олимпе другого пианиста: Святослава Рихтера».

        Об этом уже писал, но снова не пожелали ответить. Правда, по другому поводу последовало: «Не все в жизни можно изучить по справочникам и ссылкам. О том, что за их пределами, — как раз в моей статье».

        На это могу ответить, что многое в статье действительно «за пределами». То же касается обсуждения.
        Я тоже знаю кое-что из «запредельного», но никогда об этом не напишу – не могу раскрывать личность человека, от которого исходит информация. Именно этому человеку Гилельс гнусность говорил о Рихтере, причем, неоднократно. Понятно, что заявление выглядит голословным. Объяснил бы, если бы это не был чужой рассказ. Как бы там ни было, для меня лично это серьезный штрих к портрету, и даже не штрих, а клякса. После этого особенно западают в душу слова об «одностороннем благородстве» Гилельса.

        И еще образец «уровня»:
        «…возникла надежда, что все станет на свои места; что Рихтер останется на своем ― вполне почетном ― месте в истории, а Гилельсу вернут отнятое».

        Что сие значит? Будет приказ по министерству культуры? Напишут покаянные статьи? Официально назначат первым?

        Кстати, уже где-то приводил статистику специально для подобных борцов на примере http://www.classicalforum.ru

        Святослав Рихтер (1915-1997), великий русский пианист – 180 страниц, 4487 ответов, 1383989 просмотров;

        Святослав Рихтер в Америке. Нью-Йорк, октябрь 1960 – 4 страницы, 87 ответов, 49955 просмотров;

        Эмиль Гилельс (1916-1985), великий русский пианист – 7 страниц, 172 ответа, 67732 просмотра.

        Это всего лишь один форум, но весьма солидный. Не хочу делать далеко идущих выводов, но тенденция заметна. И никакая пропаганда или государственная политика здесь ни при чем.

  45. Анжелика Огарева

    Дорогая Елена Наримановна! Спасибо за Ваш огромный труд по восстановлению исторической справедливости и возвращение возможности оценивать события культурной жизни в неискаженной перспективе! Ваши замечательные книги во многом создали основу для нового, неизвращенного подхода к истории исполнительского искусства в СССР и в России. Проявленные Вами смелость и обоснованность Ваших суждений вместе с масштабным видением процессов культурной жизни открывают новую страницу в музыковедении. Присоединяюсь к предложению Елены Кушнеровой о номинации статьи Елены Федорович на премию «Автор Года 2018» в разделе Музыка (или Культура).

    1. Юрий

      Ответа по поводу отсутствия оскорблений Гилельса в книге Нейгауза не последовало, зато есть поучения. Спасибо, сам имею некоторый опыт.
      Далее, как я понял, правильным с бОльшей вероятностью будет предположение, что в статьях за 60-е годы Гилельса вряд ли хвалят. Повторяю: у меня выписаны все названия статей, годы, номера журналов. Названия вполне нормальные, не предвещающие критического отношения к его искусству. Но, в конце концов, о чем разговор? Их легче прочитать, а не делать подобные заявления. Я же этим заниматься не буду. Гилельс – не моя тема. Естественно такие вещи знать музыковедам и поклонникам ЭГ, всё изучить гораздо раньше и иметь четкое представление «ЧТО ИМЕННО написано в перечисленном количестве источников». Тогда ничего не будет казаться. Пока же совершенно очевидно кто не желает быть в курсе. Я вообще занимаюсь другими науками. У нас с подобной логикой курсовую нельзя защитить, не то что диссертации. Вот образчик, действительно, «за пределами»:
      ——
      Начиная с 1960-х гг. некая «молва», распространявшаяся в авторитетных кругах музыкантов, старательно отодвигала Гилельса в тень, чтобы водрузить на его место на музыкальном Олимпе другого пианиста: Святослава Рихтера. Причем делала это не публика, которая Гилельса обожала, несмотря на все его советские звания. Начал это Генрих Нейгауз, бывший властителем дум и хорошо владевший печатным словом. Своего любимца Рихтера он всячески прославлял, и с большим упорством принижал и просто оскорблял Гилельса. Примеры этого во множестве присутствуют в книге Нейгауза «Об искусстве фортепианной игры» и его статьях.
      ——-
      Это же надо придумать: «несмотря на все его советские звания»! Сплошные диссиденты на концерты ходили?! И страдали от советских наград и званий исполнителей, но слушали, скрепя сердце? Думаю, комментарии излишни. Я уж не говорю о «месте» Гилельса, якобы, занятом Рихтером! А у Рихтера своего места не было? Не разжился? Прям как в детской сказке о лисе, выгнавшей из избушки бедного зайчика.

      Впрочем, здесь никакие доводы не работают. Имел возможность убедиться. Легче было Антонию проповедовать рыбам, а Франциску — птицам.

  46. Елена Кушнерова

    Хочу выразить глубокую благодарность автору этой замечательной статьи! Спасибо, Елена, за этот замечательный анализ – именно профессиональный анализ, основанный на документах. И за смелость! Ведь Вы коснулись «неприкасаемых авторитов» в лице Рихтера и Нейгауза, и ничуть Вы их не «унижаете» и не «очерняете», потому что они сами себя очернили этой планомерной травлей гениального музыканта! Не боюсь повториться, но я помню ещё ребёнком, что «первым» всегда был именно Рихтер, такой таинственный и «не от мира сего», а Гилельс всегда был «техничным», но как бы «недалёким» и «неумным» пианистом, отодвинутым на второй план. Я отлично это помню. Все эти разговоры о том, что Гилельс, якобы «не цепляет ни одной ноты» (как будто это недостаток!), а вот Рихтер – Великий Музыкант. И эти панигирики Рихтеру, и эту ужасную книгу Хентовой, и разговоры о том, что Гилельс был любимцем Сталина (как будто, это Гилельс был в этом виноват!), в общем, эту непристойную возню вокруг имени Гилельса! Спасибо Вам за эти глубокие исследования, которые меня поразили в Вашей книге! Но предстоит ещё борьба за восстановление справедливости, и эта борьба необходима! Вы развенчали ещё одну легенду Советского времени, и это очень важно, потому что Рихтер травил не только Гилельса, а многих, в числе которых гениальный композитор А.Л. Локшин, ведь именно из клана Рихтера внимательно отслеживалось, чтобы Локшин не исполнялся и его имя было забыто, и это тоже факты, против которых не попрешь! Но время играет против Рихтера, с этим ничего не поделаешь, и пока музыка Локшина не утвердилась на концертных сценах мира, необходимо развенчивать мифы. Желаю Вам сил в этом нелёгком деле.

    Учитывая первостепенную важность материала, номинирую статью Елены Федорович на премию «Автор Года 2018» в разделе Музыка (или Культура).

  47. Игорь Гельбах

    Спасибо, дорогая Елена Наримановна! Мне представляется , что эта замечательная статья открывает новые перспективы в исследовании темы «Музыка, музыкальное искусство и органы госбезопасности в СССР». Актуальность этой темы подчеркнута недавним подписанием документа о дружбе и сотрудничестве между Следственным Комитетом России и Московской консерваторией. Официально — для подъема духовно-нравственного уровня сотрудников комитета…. Что же там задумано на самом деле, вопрос для серьезных исследователей.

  48. Дмитрий Гаранин

    Елена: замечательная, убедительная статья, кратко суммирующая то, что было написано по теме в последнее время. Захватывающее чувство, присутствовать при ломке табу вкупе со статус-кво. АЛокшин: «Лихтер» = «Лубянский Рихтер»? В этом символизм?

  49. ALokshin

    Статья уважаемой Е.Н.Федорович представляется мне очень важной. Речь в ней идет об успешно осуществленной в советское время подмене репутаций в музыкальном мире. Но зачем была нужна эта подмена? Причина проясняется из приводимых ниже четырех цитат, принадлежащих выдающимся представителям современной интеллигенции.

    Цитата 1. «В 1942 году, когда Славе [Рихтеру, немцу по записи в паспорте] стало опасно жить в нашей семье [семье Нейгаузов],
    Вера [Прохорова] и ее семья (мать и сестра) пригласили его переселиться к ним. Слава прожил у Веры до 1946 года.» См. Нейгауз М.Г. “Святослав Рихтер в семье Генриха Густавовича Нейгауза”/Вспоминая Святослава Рихтера. – М.: Константа,2000, с.34.
    Но как же все-таки был организован сам переезд Рихтера к Прохоровой?
    Цитата 2. «В.И.Прохорова: 4 ноября 1941 года арестовали профессора Генриха Нейгауза, мужа моей двоюродной сестры Милицы Сергеевны. У профессора Нейгауза в это время был прописан Святослав Рихтер. Через три дня пришли за Святославом. В повестке было написано :”Лихтеру явиться в милицию.” Он сказал: “Я не Лихтер, а Рихтер , и никуда не пойду.” Тетя моя была замужем за Нейгаузом (для него это был второй брак). И мама с тетей тут же договорились, чтобы Святослав переехал к нам, на ул. Фурманова. “Стараниями” КГБ , который в 1941 году арестовал дядю, тетю и моего двоюродного брата, у Святослава была комната, и всю войну он прожил у нас, причем не проявляя никакого страха. Все равно ходил через день или каждый день к тете Милице. Я ему говорю: “Тебя же могут арестовать.” А он говорил: “Нет, я иду спокойно, книжку даже читаю по дороге. Они не будут думать, что я прячусь.” Так и вышло.»
    См. “XX век в истории одной судьбы…” (интервью, взятое Т.Головиной у В.И.Прохоровой). – Газета КИФА, 07.06.2010.
    Цитата 3. «Есть русская поговорка: “Не имей сто рублей, а имей сто друзей”. Она не лжет. Куда бы я ни пришел, даже в самый разгар войны, всюду находилась для меня картофелина на ужин. Меня совершенно не заботило, что я не имел пристанища. Ночевал у кого придется: у Анатолия Ведерникова, Володи Чайковского, математика Шафаревича. У всех мне было очень хорошо. Но главное, в продолжение многих лет я находил приют у Нейгауза.» См.: Монсенжон Б. “Рихтер. Диалоги.Дневники.” – М.: Классика-XXI, 2007, с.49.
    К ужасу доверчивого читателя в третьей цитате нет ни слова о Прохоровой. Ключ к разгадке – в том, что мать Прохоровой, организовавшая переезд, была агентом НКВД (это документально подтверждено). Очевидным образом Рихтер лжет, желая создать впечатление, что в условиях осадного положения скрывался от властей. (Напомню, что существовал приказ о выселении немцев из Москвы и Московской области.)
    Ясно также, что вся затея с «Лихтером» вместо «Рихтера» представляла собой спецоперацию для создания соответствующей легенды.
    И кто теперь сумеет меня убедить, что Рихтер не был агентом Лубянки?
    Цитата 4. «Когда Рихтер был жив, то самим фактом своего существования он удерживал сообщество музыкантов, да и всех тех, кто его знал и ценил, от чего-то плохого, низкого, пошлого. Личности такого масштаба высоко поднимают планку поступков и дел, указывают путь к истине, как будто освещая и освящая пространство вокруг себя. И все, кто попадает в их орбиту, начинают подтягиваться к этому уровню, стремятся ему соответствовать, начинают совершенствоваться и подчас превосходят отведённые им природой способности.
    К счастью, память о нём не позволяет нам и сегодня ошибиться и перепутать, где мнимое, а где подлинное величие.»
    См. Элисо Вирсаладзе, “Подлинное величие гения”/http://www.belcanto.ru/15021001.html

    1. Илья Г.

      Г-н Локшин! Ни одна спецслужба мира, хоть Науру, хоть ФСБ НИКОГДА не раскрывает имена своих агентов, кроме как в исключительных случаях. Поэтому до раскрытия архивов ФСБ, что случится не при нашей с Вами жизни, доживи мы даже до 120 лет, говорить о том, что «Рихтер был агентом Лубянки» так же справедливо, как называть нас с Вами агентами Пакистанской межведомственной разведки (ISI). Давайте все-таки придерживаться презумпции невиновности

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

AlphaOmega Captcha Mathematica  –  Do the Math