©"Семь искусств"
  ноябрь 2021 года

 123 total views,  4 views today

Из высказываний Стравинского (вернее о его связях с русской поэзией) известно ничтожно малое количество и, как мне кажется, потому что, открыв для себя мир русской народной поэзии, Стравинский с 1913-го года практически утратил интерес к русским поэтам (сохранив его, разве что, к Пушкину, да и то, более эстетический интерес).

ָИгорь Блажков

ПЕРЕПИСКА С ВЕЛИКИМИ

(продолжение. Начало в №6/2021 и сл.)

Игорь БлажковМ.С. Друскин — И.И. Блажкову 19 января 1980 г.

19.1.80

Дорогой Игорь Иванович, благодарю за внимание.

Не сразу ответил, потому что Яков Семенович опять тяжело болел, находится в больнице. Сейчас он себя чувствует получше. Возможно, через неделю выпишут домой.

Всего Вам доброго! М. Друскин

И.И. Богуславский — И.И. Блажкову 18 февраля 1980 г.

18.02.80

Дорогой Игорь Иванович!

Прошу меня простить за долгое молчание, но я не виноват в этом. Я Вам отправил письмо перед Новым годом с подробным описанием моего житья-бытья. Странно, что Вы его не получили. По-видимому, почта сплоховала. Напишу еще раз Вам обо всем.

Я очень рад, что Вы, наконец, освободились от всех Ваших болезней и напастей. Не может быть в жизни человека всегда плохо, время от времени должна же возникнуть удовлетворительная полоса. Почти уверен, что у Вас все пойдет по восходящей. Я взял Ваши пластинки (Александров и Ведерников)[1], в ближайшие дни с оказией пришлю в Киев.

У меня все по-прежнему, служу в театре, в яме, то ли я привык, то ли дисквалифицировался, но меня эта работа уже никак не трогает, ни возмущает, ни восхищает, просто никак, как будто это обыкновенная барщина. И все мысли заняты, конечно, другим. Я много играю сам (относительно), преподаю в институте, играю в «Мадригале» и играю в ансамбле солистов ГАБТа. Много сыграл новых альтовых сочинений — сольные сонаты А. Раскатова, С. Оганесяна, виоль д’амурный концерт Хиндемита (впервые сыграл в Ульяновске), секвенцию Берио и много старого. И очень много ансамблевых сочинений: 2 вокальных цикла Денисова с трио, сочинения Лигети, Мансуряна, Эйслера, Веберна, Народные песни Берио, Женские танцы Вайля, квинтет Метнера. Сидельников, Леденев, Хиндемит, Айвз — это все неполный список сочинений. Исполняли даже Pas de quatre, написанный Денисовым («Вдоль по Пятницкой»), Рождественским («Слон и моська»), Пяртом и Шнитке (Танго «Воспоминание об Эльгаре»). Очень любопытное сочинение. Сейчас оно исполняется под названием Pas de trois (Пярт — [2], но что будет дальше?

Так что творчески меня все это устраивает. Игорь Иванович! Может, удастся сыграть что-либо с Вами (Хиндемит, Барток, или Вебер, Вивальди — на все вкусы взыскательной советской публики). Мне бы очень хотелось в любом виде продолжить с Вами контакты.

Напишите о себе. Как дома? Как Стравинский? Как Ваша работа?

Буду с нетерпением ждать от Вас письма. Большой привет Ирине Анатольевне и Кирюше.

Искренне Ваш И Богуславский.

С.Ю. Вакуленко — И.И. Блажкову 19 февраля 1980 г.

(по штемпелю)

Дорогой Игорь!

Спасибо за письма и, особенно, за предложение быть моим восприемником. Я и сам думал примерно о тех числах. Очень радостно и знаменательно в этот серьезный момент жизни иметь рядом действительно близкого человека. Ведь к этому моменту я готовился более десяти лет. Вот только удастся ли это организовать именно в Страстную неделю? Не слишком ли будет загружен в это время тот, кто должен это совершить? Во всяком случае в ближайшие 2 недели я все узнаю точно и обо всем договорюсь. И у тебя, вероятно, с 1‑го начнутся репетиции, и когда будешь точно знать их расписание, сообщи мне, чтобы не вышло накладки.

24 февраля состоится захоронение урны с прахом Якова Семеновича на кладбище. Мы говорили с Валей по телефону, и он обещал приехать. В 1-х числах марта у него концерт в Москве — будут исполняться 12 «тихих песен». Позднее этот концерт должен быть и в Ленинграде в Малом зале.

Я звонил Лидии Семеновне, она сказала, что к новому индексу она еще не привыкла и что плохо его помнит, но кажется — 195256 (видимо 196256), сказала, что письма ей доходят и без индекса.

Еще раз большое спасибо, и дай Бог, чтобы все исполнилось, как задумано.

Кланяйся от меня своему семейству.

Твой Сергей

С.Ю. Вакуленко — И.И. Блажкову 6 марта 1980 г.

Дорогой Игорь!

Большое спасибо за фотографии. Яков Семенович на них светлый и спокойный. Я его таким не видел. При мне он был уже тяжело болен.

Ты спрашиваешь о захоронении урны с прахом? —

Мы — Лидия Семеновна, Лариса [Вакуленко], Валя и я, получили в крематории урну (горшочек серого цвета), на машине похоронного бюро отвезли ее на Серафимовское кладбище. Туда приехали все остальные — те же, что и при тебе были. Могильщик выдолбил маленькую ямку рядом с могилой матери. Сергей Гриб прочел 118 псалом — вот и все погребение! Обложили могилу еловыми ветками и цветами, и поехали к Лидии Семеновне — опять все, кроме Михаила Семеновича, который церемонно раскланялся с нами у ворот кладбища. Дальше все было примерно так же, как и в прошлый раз. Разумеется, в этом «обряде» все мы чувствовали печальную и незаслуженную усеченность. Но все-таки это было погребение. Настоящее старое кладбище с действующей церковью в честь Серафима Саровского.

Ну, а теперь о моих делах. Мне, кажется, очень повезло со священником[3]. Он произвел на меня очень сильное впечатление, хотя разговаривали мы с ним не более 15-ти минут. Я знаю, что таинство может совершить и любой другой, но даже и помыслить не могу к кому-то еще обращаться. Мне кажется, в нем я обрету идеального духовника (если он согласится, конечно). Он сказал, что в Страстную седмицу так занят, что найти время и силы для этого дела ему не представляется реальным, и предложил нам (я буду не один) пятницу 28 марта — 17 часов. Я вынужден был согласиться, потому что не откладывать на после Пасхи. Может быть, ты сможешь приехать? Это же всего на 3 дня раньше, чем намечалось. Я думаю, вопрос о жилье тебя смущать не должен… Ты остановишься у нас, в твоем распоряжении будет отдельная комната. Ты сможешь работать без помех. Что касается восприемницы и где же мне ее взять? Да это, кажется, не так и необходимо, и я же не младенец. Так что кумы у тебя не будет. А вот если бы ты смог приехать, это было бы действительно прекрасно. Я бы с полным правом мог сказать, что впервые в жизни мне везет до конца. С самого начала Великого поста я пощусь, и дается это мне легко и радостно.

Будь здоров.

Кланяйся своему семейству.

Приезжай, если можешь.

Твой Сергей

А.А. Александров — И.И. Блажкову Ленинград, 9 марта 1980 г.

Уважаемый Игорь Иванович,

Спасибо за фотографии. Мне особенно понравилась из этой «пушкинской» серии та, что была снята Вами чуть снизу.

И Т<амара> А<лександровна>, и Я<ков> С<еменович> на карточке оживлены, даже веселы. Наверное, только что была произнесена какая-нибудь шутка. По выражению глаз Я.С. видно, что без Бахуса, однако, дело не обошлось.

На этой фотографии хорошо получился прекрасный лоб (лобная часть головы) Я.С., походивший, по-моему, на лоб Андрея Белого (на портретах Бакста, Форш[4]).

Жаль, что художники не перенесли лицо Я.С. на полотно (а ведь с ним были знакомы худ<ожники> старшего и молодого поколения). Для современного портретиста лицо Я.С. могло быть очень интересной моделью. Только где они, современные портретисты? Шемякина[5] человеческие лица — современные — не интересовали. Т.Н. Глебова[6] пишет воображаемые головы. Но искусство портрета не умерло, и надо думать, не умрет.

Портрет Д<аниила> Хармса был выполнен художником Владимиром Ариевичем Гринбергом[7], учеником Тырсы[8]; он сотрудничал в детском журнале «Чиж» в предвоенные годы. В журнале В.А. Гринберг, возможно, и познакомился с Д. Хармсом.

Художник работал в парижской манере (как и Тырса), портрет (не до конца окончен) сделан профессионально, очень интересен цвет. Весь облик Д<аниила> И<вановича> — серьезен, англизирован, не походит ни на автошаржи Хармса, ни на воспоминания современников (в том числе и Я.С.).

В целом портрет традиционен, но в данном случае традиционность — достоинство очень значительное (перед нами единственный прижизненный портрет Д.И.).

Как только выйдет моя статья о Д.И. — я вышлю ее Вам.

Пленку с рисунками Д.И. я хотел бы иметь.

Жму руку

Ваш Анатолий Александров.

М.Б. Мейлах — И.И. Блажкову Комарово, 21 марта 1980 г.

Дорогой Игорь,

Сердечно благодарю Вас за фото — некоторые из них замечательны, особенно те, где Я<ков> С<еменович> улыбается сидя на скамье с Т<амарой> А<лександровной>. Не будет ли чрезмерной моя просьба крупно увеличить лица, — я был бы очень признателен. Такое фото я бы повесил у себя в комнате с большой Вам благодарностью. Я также был бы очень признателен за фото Введенского из ЦГАЛИ — у меня его нет. И если это сделать сейчас, оно еще успеет попасть к издателю.

Очень интересно будет познакомиться с Вашими материалами о Я<кове> С<еменовиче>. Я, к сожалению, лишен возможности разобрать собственные записи. Сейчас много работает с бумагами Я<кова> Семеновича) Лидия Семеновна. В Репине Михаил Семенович, мы видимся.

Портрет Д<аниила> Х<армса> в музее, оказывается, известен моему соавтору Эрлю[9], я постараюсь до него добраться и сделать снимки для себя и для Вас.

2-го тома пока нет, но он вместе с 3-им должен прийти, и тогда Вы их непременно получите.

Сердечно Вас приветствую.

Миша

С.Ю. Вакуленко — И.И. Блажкову первая четверть 1980 г.

(по содержанию]

Ленинград

Дорогой Игорь!

С сожалением должен сообщить, что изменить день крещения не представляется возможным. Дело в том, что в один день со мной крестится моя ученица[10], которую я готовил к этому и теперь не могу бросить. Она кончает в этом году университет и, чтобы избежать скандала, я выбрал церковь в Мариенбурге. Отец Кирилл, который там служит, очень хороший человек и никаких сведений подавать, конечно, не будет, но он служит без дьякона и очень загружен. Я ему объяснил ситуацию, — он сказал, что взрослых можно крестить и без восприемников, и назначил 28 марта (в пятницу]. Ни у Наташи, ни у меня восприемников не будет. Конечно, это печально, но что же делать? Не хочется мне торговаться со священником, да и выбирать священника не хотелось. Отец Кирилл (первый священник, с которым я говорил о крещении] так мне понравился, что и на службе я бываю только в Мариенбурге и наверное туда только и буду ходить.

А то, что твой концерт отодвинулся, может быть и к лучшему. По крайней мере отпразднуешь Пасху дома.

Не сердись на меня.

Кланяйся своим.

Твой Сергей

Н.М. Деснов[11] — И.И. Блажкову 9 апреля 1980 г.

(по штемпелю)

Христос Воскресе!

Глубокоуважаемый Игорь Иванович!

Получили Вашу пленку[12] еще на Страстной неделе, но как-то не смогли в эти дни прослушать ее, очень уж заняты были службами, домой приходили усталыми, занимались подготовкой к службам. Наконец теперь прослушали, включали по несколько раз. Довольно хорошая запись и прекрасное исполнение дивных песнопений. Сердечно благодарим Вас, дорогой Игорь Иванович, за пленку. Все эти напевы известны нам, так как поются у нас в Одессе. Прослушивая, мы с Наталией Ивановной[13] тоже подпевали, получая этим большое удовольствие. Была у нас женщина, пианистка, которая эти дни проболела и не смогла быть в храме. Слушая, она плакала. Напевы эти прекрасны и бессмертны, как и церковные песнопения.

Вы всё хорошо объяснили и указали авторов этих дивных музыкальных произведений. Одного не сообщили, каким хором исполнялись они.

Если придется Вам еще бывать в Одессе, постарайтесь послушать хор нашего Кафедрального собора, которым управляет Николай Георгиевич Вирановский, преподаватель нашей Семинарии. Конечно же, будучи в Одессе, Вы обязательно должны будете посетить нас. Еще раз благодарим Вас за прекрасный подарок. Спаси Вас и храни вас Господь со всем семейством Вашим.

Наталия Ивановна кланяется Вам.

С любовью протоиерей Николай Деснов

И.Я. Вершинина — И.И. Блажкову 23 июня 1980 г.

Москва 23.VI.80.

Дорогой Игорь!

Не знаю, застанет ли Вас это письмо в Киеве до Вашего отъезда в Ленинград. Я звоню Вам вторую неделю, но, видимо, Вы на даче. Я решилась написать, потому что перед отъездом Вы, возможно, побываете в городе.

Анатолий Михайлович, который уехал в Ленинград в субботу 21.VI, позвонил мне и попросил меня позвонить И.А. Слепневу в фирму «Мелодия», т<ак> к<ак> ему не удалось застать Слепнева. Я Слепнева знаю по институту, в котором он тоже одно время работал, поэтому я позвонила ему домой и вот что он мне сказал.

  1. Ваш цикл из пяти пластинок был включен в план, но поскольку ставки гонорара «Мелодии» не устроили музыкантов, с которыми Вы собирались работать, и они отказались записываться, Ваша заявка из плана вылетела.
  2. Теперь нужно затевать все сначала и на уровне не редакции (Слепнев], а Дмитриева или генерального директора, и это надо бы сделать Вам самому, но, разумеется, договорившись с музыкантами на тех условиях, которые предлагает фирма.
  3. Слепнев ничего пока не знает о специальных мероприятиях, которые собирается осуществить фирма в связи с официальной подготовкой музыкальных организаций к празднованию 100-летия И.Ф. Стравинского. Видимо, Вам неплохо было бы побывать в Союзе композиторов, потому что именно там происходит некое «шебуршение», сиречь какие-то жесты, обозначающие подготовку к юбилею. Там центр, который собирается управлять юбилейными торжествами (Хренников, иностранная комиссия и т.д.).

От Анатолия Михайловича я знаю, что Вы сверх головы заняты «Письмами», и все же опять осмеливаюсь просить Вас насчет нот, о которых мы с Вами говорили: Симфонии духовых (партитура), «Эй. ухнем». (Не появились ли у Вас «Грибы, идущие на войну»?) Большую часть нотного материала я отдала в Производственный комбинат «Музфонда» для снятия ксерокопии, но у меня недостает партитуры «Японских песен» (их нет в Союзовской библиотеке), нет «Траурных канонов памяти Дайлана Томаса» и вообще, чем больше я прикидываю, как должен выглядеть этот сборник (он будет называться «Вокальная музыка»), тем больше укрепляюсь в мысли, что в него нужно включить по возможности всю вокальную музыку, включая и оркестровые обработки других композиторов, а значит от «Блохи» Мусоргского до духовных песен Вольфа. Что Вы об этом думаете? Мне бы, конечно, хотелось включить и хоровые камерные сочинения, но видимо это будет серьезным нарушением жанрового принципа. Если бы Вы могли захватить с собой в Ленинград хотя бы часть из перечисленных нот и передать их Кузнецову, он бы передал их мне, а то меня очень торопят в издательстве. Теперь еще один вопрос с надеждой получить Ваш совет. В сборнике будет «Колыбельная» с французским текстом Рамю, но где русский оригинал (ведь нелепо, как предложили в издательстве, переводить с французского)? Если он у Крафта, то м. б. можно попросить его прислать копию русского текста и могли бы Вы взять на себя посредничество? Или м. б. Вы дадите мне адрес Крафта, и я попробую написать ему по этому поводу. Кстати, нет ли у Вас лондонского издания «Expositions and developments», потому что в Ленинке нью-йоркское издание и там никакой «Колыбельной» нет и в помине, и мне негде проверить копию рукописную, которую дал мне А. Любимов?

Вот, пожалуй, и все деловые вопросы.

Желаю Вам успеха в Ленинграде и скорейшего завершения «Писем».

Как Ваше семейство? Все здоровы?

Вместе с этим письмом я отправляю Вам маленькую бандероль — чай, который мне случайно попался. Будет ли кто-нибудь в Киеве, чтобы эту бандероль получить? Если нет, то, надеюсь, чай долежится на почте до Вашего возвращения.

Всего Вам доброго. Будьте здоровы и благополучны.

Ваша К. Вершинина

М.Б. Мейлах — И.И. Блажкову 28 декабря 1980 г.

Дорогой Игорь, с Новым Годом, с Рождеством! Простите, что долго не отвечал на Ваше письмо. Спасибо за автобиографию. Буду благодарен за любые материалы, связанные с Я<ковом> Семеновичем) и Введенским. Вышел I том[14] Введенского, но я его еще не видел. Любая же работа, связанная с Я<ковом>. Семеновичем), остановилась, т<ак>к<ак> Лидия Семеновна занята исключительно переездом брата.

Всего Вам доброго!

М. Мейлах

Ф.М. Гершкович — И.И. Блажкову

11 января 1981 г.

Дорогой Игорь Иванович,

Спасибо Вам за новогодние пожелания. Для меня просто потребность пожелать Вам здоровья и благополучия, причем также от всей души. (Почему эту свою потребность я не удовлетворил инициативно, т<0) е<сть) до получения Вашей открытки, скажу в дальнейшем.) Здоровье необходимо для реализации благополучия, а Ваше благополучие должно заключаться в том, чтобы найти условия деятельности, которые были бы достойны Ваших способностей. Мне кажется, что Вы не достаточно решительно смотрите в корень этого вопроса.

Я не счел возможным поздравить Вас с Новым Годом без того, чтобы сделать это же самое и относительно Ваших ближайших друзей, Сильвестровых, что, однако, — хоть мои (могу сказать) нежные чувства к ним не перевелись, — не смог делать: слишком меня озадачило письмо, которое не очень давно я получил от Ларисы. Но мои наилучшие пожелания им не уничтожены тем, что они не были зафиксированы на открытке. Отсутствие же их открытки, направленной мне, я думаю, также не есть выражение черной ненависти. Я желаю Вале, от всей души, незыблемых творческих успехов, а Ларисе — достойного применения своих несомненных писательских способностей. Она действительно не дура, и я не могу понимать, почему она относится так небрежно к своим резервам.

Я ее (их) задел. (Косвенно.) Моей медленной, но необходимой эволюцией к тому умственному состоянию, при котором я смог осознать себя, — свое отношение к музыке. Меня интересуют в музыке только «великие мастера» (это, для меня, теоретический термин!), классики! Классики, — от Баха до Шёнберга. Отождествлять творческий процесс со спазматическим исканием «Нового» значит превратиться в субъект центробежного движения относительно основ музыки, амплитуда которого до бесконечности увеличивается, прогрессивно устремляясь в тупик, абсурдный тем, что он бесконечный, без того, чтобы терять из-за бесконечности свои свойства тупика. Великие обновители музыки прошлого (включая Шёнберга!) стали автоматически таковыми лишь вследствие того, что они успешно остались — не обувью, а ногами — на почве Старого. Трудно сегодня писать музыку. С точки, которую тропинка гения достигла вчера, в настоящее время дальнейший путь идет на хребте, находящемся между двумя зияющими пропастями: направо — пропасть Глупости, налево — пропасть Хитрости. Дай Бог Вам хорошую обувь и крепкие ноги. Ничто в Вашем и моем окружении не стоит, чтобы его уважали и любили в мере, которой он достоин. Поэтому я очень зол.

Я получил квартиру (адрес на конверте). Ехать ко мне на метро (первый вагон) до станции «Щукинская», а оттуда — три остановки на автобусе 277 (до остановки «ул. Исаковского, 6-й корпус»). Дайте знать заблаговременно о Вашем приезде. Буду рад Вас видеть.

Искренне Ваш Гершкович 11/1.81 г.

PS. У меня телефона нет!

Уильям Уивер Остин — И.И. Блажкову

16 января 1981 г.

[перевод с английского]

Дорогой г-н Блажков,

Спасибо за Ваши добрые пожелания. То же самое я желаю Вам. Я часто мечтаю навестить Вас в Киеве, чтобы услышать все типы сочинений. Кто может сказать, что принесет будущее? Мы встречаем хорошие вещи, смешанные со всем плохим, с которым мы должны справиться. Может быть, Вы и я сможем встретиться.

Уильям Остин

И.И. Богуславский — И.И. Блажкову

январь 1981 г.

Дорогой Игорь Иванович!

Громадное Вам спасибо за голоса и партитуру Стравинского. Это тем более ценно, что Вы отдаете ноты на пороге Вашей премьеры. Не знаю, как Вас благодарить.

Слышал прекрасные рецензии о Вашем ленинградском концерте с Малером[15]. Искренне Вас поздравляю. И, вообще, с радостью вижу, что Ваши концертные дела явно улучшаются. Дай Бог, чтобы это все время продолжалось.

У меня очень много работы, как педагогической, так и сольной (Театр я не считаю за работу — это средство зарабатывать на хлеб насущный). Много концертов у ансамбля. Недавно, на концерте из произведений Денисова, Кнайфеля, Шнитке и др. я познакомился с Сильвестровым. Он произвел на меня очень сильное впечатление своим внешним видом, особенно огнем глаз. Не могу его до сих пор забыть.

Постараюсь Ваш заказ выполнить, но это очень трудно, т<ак> к<ак> ноты из архива консерватории получить почти невозможно.

Как Ваша книга о Стравинском, когда же, наконец, она выйдет?

Передайте наш большой привет Кирюше, Ирине Анатольевне. Всегда очень рады видеть Вас и получать от Вас письма.

Ваш Игорь Богуславский

Франко Карло Риччи — И.И. Блажкову

8 февраля 1981 г.

Universita degli Studi di Bari
70122 Bari. Via Garruba, 6.

Уважаемый господин Игорь Блажков,

Вам пишет из Италии преподаватель истории музыки университета г. Бари Франко Карло Риччи; мы в дружбе с Федором Стравинским, от которого я узнал, что Вы работаете над книгой о переписке композитора Игоря Стравинского. В прошлом году я побывал в Ленинграде, где мне подтвердили, что Вы готовите эту интересную работу. Я в Италии также изучаю наследие великого русского композитора и поэтому меня чрезвычайно интересует Ваша будущая публикация.

Я был бы счастлив редактировать в Италии эту Вашу книгу, которая, несомненно, вызвала бы большой интерес в нашей стране.

Как только Ваша книга будет напечатана в СССР, если Вы согласны, я переведу ее в Италии, и напечатаю у весьма значительного издателя; в свою очередь я мог бы послать Вам кое-какие письма Стравинского, которые, может быть, Вам неизвестны.

Прежде чем позвонить и написать Вам, мы посоветовались с композитором Эдисоном Денисовым, также широко известным в Италии.

Мне было приятно узнать, что Ваша работа над книгой о Стравинском идет хорошо, и что Вас заинтересует мое предложение.

Я надеюсь, что наш обмен информацией о Стравинском состоится, и мне удастся опубликовать Вашу книгу, тем более что в Италии высоко ценятся Ваши грамзаписи.

Я был бы рад получить от Вас всё, что Вы уже опубликовали в СССР о Стравинском. Неоднократно мне направляли из Ленинградской библиотеки книги [М.С.] Друскина и Ксении Юрьевны.

Я надеюсь побывать в Москве в мае в рамках международного фестиваля музыки, и надеюсь Вас встретить.

Отвечайте мне, если пожелаете, на любом языке.

Спасибо.

С приветом,

Франко Карло Риччи Roma 8/2/1981

Мой домашний адрес:
Franco Carlo Ricci
Via Reno, 22 — 00198 Roma — Italia

И.Я. Вершинина — И.И.Блажкову 12 февраля 1981 г.

Москва, 12.11.81

Дорогой Игорь!

Я сейчас не живу дома, потому что моя комната превращена в мастерскую по ремонту пианино. Поэтому Ваше письмо было по моей просьбе прочитано мне по телефону моим сыном. Большое спасибо за Ваше внимание и заботы о моей работе, и обо мне, тем самым.

Что касается нот, о которых Вы пишете, то я надеюсь справиться о них сегодня в Ленинской библиотеке, а завтра в Союзовской библиотеке.

Мизя Эдвардс — Камилла Матвеевна Эдвардс, в замужестве Таманова — действительно дочь старшей сестры А.Н. Бенуа, Камиллы [Николаевны], и обрусевшего англичанина Мэтью (Матвея Яковлевича) Эдвардса. В указатель к «Воспоминаниям» Бенуа Мизя Эдвардс (К.М. Эдвардс- Таманова) по оплошности составителей не попала. Отсюда путаница с Мисей Серт (Эдвардс) и Мизей Эдвардс. Скорее всего они и не знали друг друга, поскольку последняя, выйдя замуж за архитектора Таманова (Таманяна), переехала в Ереван и прожила там безвыездно до самой смерти, дети ее до сих пор живут там.

Вчера пришло мне письмо из Главного управления внешних сношений Гостелерадио, из которого я узнала, что некий англичанин — Тони Палмер[16], получивший премию за фильм о Бенджамене Бриттене — собирается снимать фильм об И.Ф. Стравинском. Он хочет приехать в апреле этого года в Москву и Ленинград, и взять интервью у разных людей, в том числе у Вас и у меня. Наверное, Вы также получите аналогичное письмо. Редактор из этого управления сегодня говорил со мной по телефону и сказал, что Палмер намеревается встретиться с семьей Ксении Юрьевны, взять интервью у внука Римского-Корсакова, встретиться с профессурой Ленинградской консерватории и т.д. Занятно, не правда ли?

Со сборниками все довольно сложно. В вокальном [Вокальная музыка. Вып. 1] превышен объем даже еще в неполном составе, а мне так мечтается о полном собрании вокальных сочинений. Ведь такого издания еще не было?! Или все-таки было? Надо сборник сдать не позже середины марта, а работы еще жуть много: статья, комментарии, перепечатка всех текстов на русском, французском и английском (выборочно) языках. Делаю это сама — поэтому не очень ловко и быстро.

Со сборником «Статьи и воспоминания» дело двигается тоже не быстро. Более или менее вырисовывается зарубежный раздел. Там будут: Рамю «Воспоминания о Стравинском», переведено; Сулима-Стравинский. переведено (рекомендованное Вами интервью); Федор Стравинский «Катерина и Игорь Стравинские» (перевод делается с французского); Душкин, переведен; Карсавина (из соотечественников) и всякие французы: Сати, Мессиан, Булез, Ансерме. Есть интересная полустатья-полупубликация «Кокто о Стравинском». Из американцев: Кирстайн[17] и Баланчин[18]. Вот и весь возможный для нас объем. Кстати, не можете ли Вы пролить свет на некоторые темные места, которые ни публикаторы, ни я не можем откомментировать?

  1. Например, что за стихотворение Пушкина декламировал Дягилев в Булонском лесу после скандала с «Весной священной» в Театре Елисейских полей?
  2. Встречались ли Вам и если да, то — где, какие-нибудь сведения об общении Стравинского с Маяковским. В 20-х годах в Париже Стравинский был переводчиком во время беседы Маяковского с Кокто?
  3. Встречались ли Вам какие-нибудь высказывания Стравинского о русской поэзии (кроме известной статьи о Пушкине), в частности, о русских поэтах 10-х годов, кроме тех высказываний, которые опубликованы в «Диалогах» (Городецкий, Бальмонт)?

Есть у меня вопросы, касающиеся дат написания произведений, но, к сожалению, сию минуту (я пишу на работе, отсюда и конверт со штампом издательства) под рукой у меня не все материалы, и я не могу сопоставить замеченные мною несовпадения дат окончания некоторых вокальных произведений в письмах и в изданных нотах. Сделаю это, когда смогу работать дома.

С какой программой Вы поехали в Ереван? Хоть я, как и все будущие читатели «Писем» жду не дождусь, когда «Письма» окажутся хотя бы у Прудниковой[19], я все же от души рада, что на Вас опять такой большой спрос как на дирижера. Где и когда Вы будете давать вокального Стравинского?

Чем больше слушаю и «напеваю» (!!!) вокального Стравинского, тем больше проникаюсь своеобразием мелодического интонирования, особенно в «Дилане Томасе», о чем я раньше совершенно не думала и, видимо, не ощущала. Будущей статьи — трушу, давно не писала, сейчас работаю над комментариями. Вот пока и все. В издательстве работы много, а я ее сильно запустила.

Как Ваше семейство? Да! Ведь «вам», должно быть, уже исполнилось 4 года! Забыла только, какого числа. Так что поздравляю маму и папу, и желаю, чтоб Кирюша рос здоровым, добрым и веселым, и радовал своих родителей. А «нам» исполнится 4 года 21 февраля и «мы» уже совершенно взрослые барышни «с бантом» (такое ударение) в волосах и чем-то отдаленно напоминаем бабушку Иру (в детстве, разумеется).

Всего Вам доброго, Игорь. Как только выясню с нотами, напишу или позвоню Вам.

Кланяйтесь Ире и Кирюше

Ваша К. Вершинина

PS. Не удивляйтесь, что обратный адрес на конверте — издательский, у меня сейчас нет ничего под рукой.

КВ.

И.И. Блажков — И.Я. Вершининой 5 марта 1981 г.

Киев, 5 марта 1981 года

Дорогая Ира!

Извините, что письмо на машинке, — когда я много дирижирую, то у меня от держания палочки устает правая рука и становится тяжело писать ручкой; кроме того, ниже я буду приводить документальные материалы, а их легче воспринимать в машинописном виде.

Спасибо Вам за интересное письмо от 12-го февраля. Надеюсь, что ремонт Вашего пианино благополучно завершен, поэтому отправлю свой ответ на домашний адрес.

Сведения о племяннице Бенуа М. Эдвардс очень интересны, и если бы я их не получил, то безусловно путал бы ее с М. Серт.

Сегодня мне тоже звонили из отдела внешних сношений Гостелерадио (некий Корчагин) и сообщил, что во второй половине августа — первой половине сентября будет сниматься двухсерийный фильм совместного англо-советского производства о Стравинском (1-я серия — зарубежные материалы, 2-я серия — русские материалы). Корчагин сказал, что они хотели бы снять для этого фильма интервью со мной, а также меня, дирижирующего какую-либо музыку Стравинского. В мае в СССР приедет режиссер фильма Тони Палмер для предварительного ознакомления с объектами своих киносъемок, а также, разумеется, и с субъектами.

Несмотря на то, что Ваш вокальный сборник превышает объем, Вы любой ценой должны отстоять его во всей своей полноте, тем более что такого прецедента в мировой издательской практике не было. Если Вы туда включаете заключительный хор из «Хованщины», то я рекомендую также добавить «Подблюдные» (версия 1954 г. для женского хора и 4-х валторн). Эта версия поразительна — хор оставлен в неизменном виде 1917 г., а валторны разыгрывают ритурнели на материале из «Агона». Соглашайтесь без раздумий, и я обеспечу Вас нотами.

Получили ли Вы эрокопированные ноты и к какому выводу пришли в отношении «Селезня»? Нашли ли Вы источники текстов в 4-х русских песнях? Кстати, эрокопировщики попропускали титульные листы вокальных сочинений Стравинского, поэтому тексты титульных листов я переписал Вам от руки.

По поводу дат написания вокальных сочинений Вы можете смело положиться на Уайта, он очень дотошен в этих вопросах (книжка эта имеется: 1-е издание — в ГБЛ, 2-е — у Александра Александровича). По поводу первых изданий опять же исчерпывающие сведения в книге Уайта. Первые исполнения там же, за исключением тех случаев, когда премьеры были в России. По этому поводу я прошу смотреть в список сочинений (в конце нашего издания «Диалогов»). Правда, и это во многом устарело, поскольку А.М. Кузнецов благодаря своим газетным раскопкам составил более точный перечень русских исполнений Стравинского (в декабре он говорил мне, что составляет его для Вас).

По поводу первого исполнения «Тучи» могу сказать следующее: 1-е исполнение в виде записи на пластинку фирмы «Мелодия» осуществили Лидия Давыдова и Алексей Любимов, 1-е же концертное исполнение состоялось 6 февраля 1981 г., Лондон, Квин Элизабет Холл, «Фестиваль Стравинского», солистка — Джил Гомес.

Думаю, что «Колыбельная» у Стравинского одна, поскольку на лондонском фестивале Стравинского, где исполнялись все сочинения ИФС, она была одна. Это было в том же концерте 6-го февраля. Кстати, там же исполнялась и «Рамюзиана».

Обязательно нужно включить в Ваш сборник «Статей и воспоминаний» аннотации Стравинского (из «Тем и эпизодов») к: Симфонии духовых инструментов, 8 инструментальных миниатюр, 3 духовных хора, 4 этюда для оркестра, Концертные танцы, Поздравительная прелюдия, «Авраам и Исаак», Элегия Дж.Ф.К., Интроитус памяти Т.С. Элиота. Всё это редчайшие материалы, которые Стравинский писал без Крафта, доказательством чему служит факсимиле 1-й страницы рукописи аннотации к 4-м этюдам (см. книгу «Стравинский в фотографиях и документах», стр. 438). Кроме того, аннотации, напечатанные в «красной» книге (перевод Л. Чудовой, в ред. И. Гуровой) переведены бездарно, с грубейшим искажением смысла, в особенности в тех случаях, когда автор прибегает к теоретическому анализу. Поэтому, всё это нужно перевести заново и издать в Вашем сборнике.

Далее перехожу к «проливанию света на некоторые темные места».

  1. «Р.К. Было ли первое исполнение „Весны священной» приемлемо хорошим? Помните ли вы еще что-нибудь о том вечере 29-го мая 1913 г., помимо того, о чем уже писали?

И. С. После „спектакля» мы были возбуждены, расстроены, испытывали омерзение и… были счастливы. Я пошел с Дягилевым и Нижинским в ресторан. Слишком далеким от того, чтобы плакать и декламировать Пушкина в Булонском Лесу, согласно легенде, единственным комментарием Дягилева было: „В точности то, что я хотел». Он, безусловно, выглядел довольным» (Igor Stravinsky and R. Craft. Conversations with Igor Stravinsky. Garden City 1959, p. 48).

В монографии Эрхардта это выглядит так:

«Было два часа ночи, когда Стравинский, Дягилев и Нижинский пришли в себя от возбуждения и вышли из театра. К ним присоединился Кокто. Рериха не было, он исчез куда-то сразу же после спектакля и вскоре возвратился в Россию. Во всяком случае Стравинский больше его никогда не видел. Четверо они сели в пролетку и в молчании тронулись в сторону Булонского Леса. Теплая ночь была напоена запахом акаций. Дягилев, уткнувшись в свою шубу из меха опоссума, бормотал что-то по-русски. По его лицу стекали слезы. Кокто спросил о значении непонятных для него слов. Прозвучал ответ: „Пушкин». Остальные двое его друзей выглядели глубоко взволнованными. Стравинский даже не пытался переводить ему слова Дягилева. „Перевести это невозможно, — сказал он. — Это слишком русское, слишком русское». В ответе композитора, изложенном через много лет Крафту, этот вечер закончился, однако, совсем иначе, чем его описал Кокто, этот „отъявленный лжец» — как называл его Стравинский. Далее следует вышеприведенная цитата из американского издания „Диалогов»» (Ludwik Erhardt. Igor Strawinski. Warszawa, 1978, str. 121).

Мэри Рамберт не входила в элиту дягилевского балета, но тем не менее в ее автобиографии «Живое серебро» можно прочесть следующее:

«Когда окончилась премьера „Весны», мы были слишком возбуждены, чтобы думать о сне. Огромная компания — я не могу припомнить всех участников — отправилась на великолепный ужин в ресторан „У королевской гусиной лапки». Затем поехали фиакрами в Булонский Лес, большую часть ночи гуляли и резвились, развлекались на траве и среди деревьев. Около двух часов ночи пошли в ресторан „Пре Кателли» в Булонском Лесу и съели еще один ужин. И так в еде, питье и развлечениях скоротали время до утра. Закончили мы ночь завтраком в молочной в Пти Пале Марии Антуанетты» (Marie Rambert. Zywe srebro. Warszawa 1978, str. 70).

  1. Кроме «Парижских очерков» самого Маяковского (см. комментарии к советскому изданию «Диалогов», стр. 358, 359) мне ничего не известно о встречах их со Стравинским, если не считать фрагмента в самих «Диалогах», который без купюр выглядит так (курсивом даются фразы, не вошедшие в советское издание):

«R К. Часто ли Вы общались с Маяковским во время его знаменитого приезда в Париж в 1922-ом г.?

И. С. Да, но с Прокофьевым он был ближе, чем со мной. Я помню его довольно плотным молодым человеком — ему было тогда двадцать восемь или двадцать девять лет, который пил больше, чем бы ему следовало, и который был ужасно грязный, как и многие другие поэты, которых я знал. Иногда я вспоминаю его, когда вижу какую-нибудь фотографию Громыко, хотя и не знаю, в чем кроется их сходство. Я считал его (Маяковского) хорошим поэтом, восхищался и продолжаю восхищаться его стихами. Он же настойчиво говорил со мной о музыке, хотя его понимание этого искусства было абсолютно мнимым. Он не говорил по-французски, и поэтому я всегда исполнял при нем роль переводчика. Вспоминаю один такой случай, когда я был посредником между ним и Кокто. Любопытно, что я легко находил французские выражения, переводя Маяковского, но не то было с русскими при репликах Кокто. Самоубийство Маяковского через несколько лет позднее было первым из потрясений, регулярно следовавших впоследствии из России» (I. Stravinsky and R. Craft. Conversations with Igor Stravinsky, pp. 97-98).

  1. Из высказываний Стравинского (вернее о его связях с русской поэзией) известно ничтожно малое количество и, как мне кажется, потому что, открыв для себя мир русской народной поэзии, Стравинский с 1913-го года практически утратил интерес к русским поэтам (сохранив его, разве что, к Пушкину, да и то, более эстетический интерес). Перечислю Вам те крупицы, которые мне известны.

6-го марта 1906 г. ИФС на квартире Римского-Корсакова показывал «Кондуктора и тарантула» на текст басни Козьмы Пруткова. В письме к Бенуа от 14-го июля 1914 г. (см. «красный» сборник, стр. 486) он восхищается мистерией «Сродство мировых сил» и предлагает сделать по этому произведению сотрудничество.

В книге «Стравинский в фотографиях и документах» на стр. 597 читаем, что в июле 1911 г. Стравинский переписал одно из стихотворений Сергея Клычкова в маленькую линованную тетрадь, придав ритмическую длительность словам и приспособил их к метрически нерегулярной мелодии, удлиняя ударные слоги. Композитор только что подобрал три текста Константина Бальмонта и явно планировал написать другую песню на слова молодого коллеги этого символиста. Несколькими неделями позже Стравинский записал эту мелодию в очень упрощенной форме в верхней части страницы набросков к «Вешним хороводам» (Эскизная тетрадь «Весны священной», стр. 8). Привожу Вам из эскизной тетради эту мелодию:

мелодия

Далее на стр. 664‒665 в комментариях читаем, что Стравинский отобрал это стихотворение из «Песен» Клычкова, изданных в январе 1911 г. Эта книга рецензировалась Сергеем Городецким. Р. Крафт нигде не сообщает название отобранного Стравинским стихотворения Клычкова. Но я хочу предложить Вам провести любопытный эксперимент. В ГБЛ под шифром W479/205 этот сборник есть: КЛЫЧКОВ, Сергей. Песни (Печаль-Радость, Лада, Вова), «Альцион», М, 1911, 64 стр. Полистайте эту книгу и попробуйте определить, какой текст мог бы быть отобран Стравинским и подставлен под вышеприведенную мелодию.

В «Музыкальной поэтике» Стравинский писал:

«Больше всего поражает нас, что революция произошла в эпоху, когда Россия, казалось, полностью освободилась (по крайней мере в принципе) как от материалистического психоза, так и от революционных идей, которые поглотили ее начиная с середины XIX в. и до революции 1905 г. В самом деле, нигилизм, революционный культ народа, рудиментарный материализм, так же, как и темные махинации, замышлявшиеся в террористических подпольях, все это постепенно исчезло. В эту эпоху Россия обогатилась уже новыми философскими идеями. Она занялась исследованиями своих собственных исторических и религиозных судеб, чем занимались в основном Леонтьев, Соловьев, Розанов, Бердяев, Федоров, Несмелов. С другой стороны, литературный „Символизм», связанный с именами Блока, 3. Гиппиус и Белого, также как и артистический кружок Дягилева „Мир искусства» очень содействовали этому обогащению…

Конечно, этот „Русский Ренессанс» мог казаться со многих точек зрения неорганичным и слабосильным: с еще большим основанием мы его считаем таковым сегодня».

В «Темах и Эпизодах» помещены письма Веры Артуровны в Москву к своему двоюродному брату Владимиру Ивановичу Петрову, профессору радиотехники в МГУ В письме от 10-го декабря 1962 года она пишет:

«Наша библиотека, из десяти тысяч томов, распространяется во все комнаты. Она распределена по авторам, темам и языку — причем книги по искусству составляют наибольший раздел, за право на второе место соревнуются книги по поэзии и детективы. Обширен раздел Шекспира, так же как и коллекция старых Бедеккеров, но каталог других полок отразил бы скорее разнородную любознательность, нежели постоянство философии. Игорь закоренелый читатель и хотя он склонен исчерпать одного автора или тему до конца, его интересы разнообразны и непредсказуемы. Тебе было бы небезынтересно узнать, что с тех пор, как в нем снова проснулся интерес ко всему русскому прошлой осенью, он стал перечитывать Пушкина и заглядывать в Блока, Анну Ахматову и в русских авторов более молодого поколения» (I. Stravinsky and R. Craft. Themes and Episodes, N.Y. 1966, p. 66).

Вот и все, что удалось наскрести по интересующим Вас вопросам.

В Ереване я дирижировал: 13-го февраля — Гендель — сюита «Музыка на воде», Бах-Штейнберг — Чакона, Бетховен — 1-й фортепианный концерт (солист — Власенко), Руссель — 2-я сюита из балета «Вакх и Ариадна»; 14-го февраля — Бетховен — 7-я симфония, Моцарт — 3-й скрипичный концерт (солист — А. Корсаков) и тот же Руссель.

Моя поездка в Ереван помешала мне выслать в конце февраля тот материал «Писем», который я обещал Прудниковой. Я ей послал письмо с просьбой выслать мне новые отношения на работу в архивах в связи с моей поездкой в Ленинград, но ответа на это не получил. Очень Вас прошу, Прудникову попросить незамедлительно все эти отношения отпечатать и послать по адресу: 190125, Ленинград Ф-125, Канал Грибоедова 124, кв. 36, Яковлеву Александру Александровичу для Блажкова И.И. Я вылетаю туда 11 марта и мне хотелось бы не потерять ни одного дня. Кстати, ко мне совершенно зверски начал относиться Музей Глинки, Ирэна Федоровна может рассказать подробности.

Еще хочу Вас попросить послать срочно на этот ленинградский адрес мне русский перевод «Памяти Дилана Томаса», который пойдет в Вашем вокальном сборнике. Дело в том, что этот текст мне понадобится для того, чтобы дать ответ Е.А. Мравинскому на поставленный им очень важный философский вопрос.

Вокального Стравинского буду давать в Малом зале Ленфилармонии осенью.

Спасибо за поздравления по случаю четырехлетия моего Кирилла, которое было 2-го февраля. Вас я тоже от души поздравляю с 4-х-летием внучки.

Вы мне как-то говорили, что Золотов мог бы получить у западных радиокомпаний копии фильмов о Стравинском. Уайт в своей книге (1-е изд. — стр. 582, 2-е изд. — стр. 630) приводит 3 таких фильма:

  • «Стравинский» Канадской радиовещательной компании (49 мин. 26 сек.), запись Симфонии псалмов п<од> у<правлением> автора 1963;
  • «Стравинский дома» Северогерманского радио и телевидения, март 1965;
  • «Стравинский», краткий биографический очерк Си-Би-Эс (60 мин.), апрель-май 1965.

Хочу подать Вам еще одну издательскую идею, которую, может быть, Вы смогли бы реализовать через «Музыку», имеющую возможность печатать ноты в Лейпциге. В Лейпциге в последнее время выходят очень качественные факсимильные издания, из последних могу назвать «Послеполуденный отдых Фавна» Дебюсси и «Пять стихотворений Матильды Везендонк» Вагнера. Я хочу Вам посоветовать сделать факсимильное издание со своей вступительной статьей «Звездоликого» Стравинского. Авторская рукопись партитуры и клавира хранятся в фонде изд<ательства> Юргенсонов в ЦГАЛИ. Причем нужно делать факсимильное издание и клавира и партитуры. Клавир был закончен в Устилуге 18-го сентября/ 1-го октября 1911 г.; в нем 4 такта в партии хора (на словах: «кругом него рдянились громы в обрывных разгневанных тучах») даны в 8-голосном изложении. Опасаясь неисполнимости этого места в рукописной партитуре, которая была закончена 25-го июля/7-го августа 1912 г., в партитуре в Устилуге [Стравинский] упростил это изложение до 4-голосного. В таком же виде это вышло в печатных клавире и партитуре у Юргенсона. Между прочим, на Западе это никому не известно. В будущем сезоне, когда у меня пойдет «Звездоликий» в Ленинградской филармонии с Эстонской мужской хоровой капеллой Эрнесакса, то я восстановлю этот эпизод в 8-голосии.

Не мог бы я Вас попросить оказать мне услугу через международный МБА «ленинки», а именно, получить статьи Флорана Шмитта о «Весне священной» из «Ля Франс», 4 статьи:

1) от 12-го ноября 1912 г. — впечатления после авторского проигрывания на фортепиано «Весны» своим парижским друзьям; 2) от 30-го декабря 1912 г.; 3) от 21-го января 1913 г., где Шмитт приводит письмо к нему Стравинского о саботировании «Петрушки» оркестром Венской оперы; 4) от 4-го июня 1913 г. та самая знаменитая статья Шмитта о премьере «Весны священной».

Все-таки в своем сборнике Вы должны выполнить давнишнее желание ИФС и дать новый точный перевод статьи «Что я хотел выразить в „Весне священной“».

Действительно, «Элегия Дж.Ф.К.» — единственная из аннотаций, имеющая форму интервью.

Адрес Веры Артуровны и Крафта следующий: Mrs. Vera Stravinsky или Mr. Robert Craft, 920 Fifth avenue, New York 10021, U.S.A.

Попросите у них ксерокопию рукописи «Грибов» и изданной Бузи энд Хоукс партитуры «Воспоминаний юношеских годов» в версии 1929‒30 гг. для голоса и камерного ансамбля. Фотокопий и микрофильмов не просите, так как в СССР они не пропускаются. «Тилим-бом» в версии 1923 г. для голоса и оркестра, партитура которого издана Честером, я постараюсь Вам достать.

Сообщите, пожалуйста, Прудниковой, что фотокопии всех писем И. Стравинского к Владимиру Римскому-Корсакову она мне в свое время прислала, поэтому их негативы мне не нужны. Экстренно же требуются копии писем Гурия Стравинского к ИФС из фондов ЦММК (мой фотозаказ там лежит около года без всякого движения и перспектив его выполнения).

На этом закончу.

Ваш Игорь Блажков.

Примечания

[1] Речь идет о двух грампластинках: 1) Симфония № 1 Анатолия Александрова, исполненная Большим симфоническим оркестром Всесоюзного радио под управлением И.И. Блажкова, и 2) Фортепианный концерт А. Шёнберга и «Движения» И. Стравинского, записанные в исполнении Анатолия Ведерникова с Большим симфоническим оркестром под управлением И.И. Блажкова.

[2] Имеется в виду «те же минус Пярт».

[3] Имеется в виду архимандрит Русской православной церкви Кирилл (в миру Леонид Владимирович Начис; 1920‒2008).

[4] Ольга Дмитриевна Форш (урожденная Комарова] [1873‒1961] — русская советская писательница, художница. Родилась в Гунибе (Дагестан], умерла в Ленинграде. Училась в художественных мастерских Киева и Петербурга, в том числе у П.П. Чистякова.

[5] Имеется в виду Михаил Михайлович Шемякин, российский и американский художник.

[6] Татьяна Николаевна Глебова (1900‒1985] — русская художница. Родилась в Петербурге, с 1924 г. училась в частной студии А.И. Савинова. В 1925 г. обратилась к П.Н. Филонову с просьбой принять ее в ученики. В 1926‒1941 гг. Глебова работала согласно аналитическому методу Филонова.

[7] Владимир Ариевич Гринберг (1896‒1942] — советский художник.

[8] Николай Андреевич Тырса [1887‒1942] — русский живописец, педагог. Родился в с. Аралых (Армения], умер в Вологде. В 1905‒1909 гг. обучался на архитектурном отделении художественного училища при Петербургской академии художеств, и в частной школе Званцевой у Л.С. Бакста и М.В. Добужинского [1906‒1910]. В 1924‒1942 гг. преподавал в Ленинградском институте гражданских инженеров.

[9] Владимир Ибрагимович Эрлъ (настоящее имя Владимир Иванович Горбунов] (р. 1947] — российский поэт и прозаик. Родился в Ленинграде. Лауреат премии А. Белого [1986]. В 1960-е гг. был лидером группы хеленуктов. Выпустил более 100 самиздатовских книг, чем заслужил прозвание «Паганини пишущей машинки». Совместно с Мейлахом выпустил собрание сочинений Хармса в 4-х томах (Бремен, 1977‒1984].

[10] Наталия Сергеевна Илюшина, будущая вторая жена Вакуленко

[11] Николай Митрофанович Деснов [1923‒1999] — протоиерей. В 1948 г. поступил в Одесскую духовную семинарию. В 1950 г. был рукоположен в сан священника. В 1955‒1959 гг. обучался в Московской духовной академии. Кандидат богословия. В 1959 г. был назначен священником Свято-Успенского собора в Одессе. С 1970 г. преподаватель Одесской духовной семинарии.

[12] Речь идет о записи пасхальных песнопений в исполнении парижского Русского хора Федора Паторжинского.

[13] Жена Н.М. Деснова.

[14] Первый том Полного собрания сочинений в 2-х томах А. Введенского вышел в американском издательстве «Ардис» в 1980 г. Подготовка текста и примечания М. Мейлаха.

[15] 16 и 17 января 1981 г. Блажков исполнил «Песни об умерших детях» (солистка — Л. Филатова] и Девятую симфонию Г. Малера.

[16] Тони Палмер (р. 1941] — английский кинорежиссер-документалист. Родился в Лондоне. Окончил Кембриджский университет. Снял свыше ста фильмов. Лауреат сорока международных премий и обладатель двенадцати золотых медалей.

[17] Линкольн Кирстайн [1907‒1996] — американский писатель и импресарио еврейского происхождения. В 1930 г. окончил Гарвардский университет. В 1930‒1934 гг. издавал в Нью-Йорке литературный квартальник «Охотничья собака и горн». В 1933 г. Кирстайн способствует переезду Дж. Баланчина в Америку, где они открывают Школу Американского балета. В 1934 г. они основывают труппу «Американский балет», который в 1948 г. начал называться «Нью-Йоркским городским балетом» [New York City Ballet]. В 1946‒1989 гг. Кирстайн был его директором.

[18] Джордж Баланчин [настоящее имя Георгий Мелитонович Баланчивадзе] [1904‒1983] — хореограф грузинского происхождения, положивший начало американскому балету и современному неоклассическому балету. Родился в Петербурге, умер в Нью-Йорке. В 1921 г. окончил балетную школу при Петроградском оперном театре у П.А. Гердта и С.К. Андрианова. В 1923 г. окончил Петроградскую консерваторию. В 1924 г. оказался в Париже, где получил приглашение С. Дягилева на место хореографа в «Русском балете»; здесь он проработал до 1929 г. и поставил девять балетов. По предложению американского мецената Л. Кирстайна в 1933 г. Баланчин переехал в США, где открыл Школу американского балета, а в 1935 г. основал профессиональную труппу — «Американский балет», который в 1948 г. начал называться «Нью-Йоркским городским балетом» [New York City Ballet], и Баланчин становится его руководителем.

[19] Ирэна Федоровна Прудникова [р. 1933] — российский и советский музыковед. В 1958 г. окончила Московскую консерваторию у Л.А. Мазеля. С 1971 г. — редактор в издательстве «Советский композитор».

Share

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Арифметическая Капча - решите задачу *