СЕМЬ ИСКУССТВ

Наблюдения, которые мне случилось сделать (ибо я их не замышлял) на основе Бюллетеней о смертности, оказались и политическими, и естественными, поскольку некоторые относятся к торговле и управлению, другие же к воздуху, провинциям, временам года, плодовитости, здоровью, болезням, долговечности и пропорциям между полами и возрастами рода человеческого.

Джон Граунт, Эдмунд Галлей

[Первая публикация на Портале] НАЧАЛА СТАТИСТИКИ НАСЕЛЕНИЯ, МЕДИЦИНСКОЙ СТАТИСТИКИ И МАТЕМАТИКИ СТРАХОВОГО ДЕЛА

Перевод с английского и предисловие Оскара Шейнина

I

1. Предисловие переводчика

Сочинение Джона Граунта (1620–1674) “Естественные и политические наблюдения над бюллетенями о смертности” 1662 г. возвестило начало статистики населения и медицинской статистики. Неудивительно, что существует пять изданий 18-го века (четыре из них прижизненные), одно 1899 г. и по меньшей мере пять 20-го века (1939, 1964, 1973, 1986 и 1997 гг.; два последних — в переизданиях сочинений близкого друга Граунта, Уильяма Петти, см. Общую библиографию), равно как и переводы на немецкий (Лейпциг, 1702), французский (Париж, 1987), итальянский (Флоренция, 1987) и быть может другие языки.

Неоднократно обсуждался вопрос об авторстве Наблюдений; некоторые комментаторы, а также и Галлей, см. его основной мемуар в этом сборнике, приписывали их Петти. Уиллкокс, который написал предисловие к изданию Наблюдений 1939 г. (перепечатанное им из его прежней статьи 1937 г., см. Общую библиографию), описал соответствующие мнения 22 авторов и разумно, хотя и не первым, заключил, что Граунт был основным автором, Петти же, видимо, в той или иной степени помогал ему. Это мнение впоследствии подтвердили Пирсон (Pearson 1978, рр. 15, 17) и Glass (1963, р. 23).

Среди доводов, свидетельствующих против Петти как основного (и тем более единственного) автора, Уиллкокс назвал утверждение Де Моргана 1859 г. Тот заметил, что Петти не поверил бы, что Луне свойственны попятные движения в смысле, указанном в Наблюдениях, см. §3.25 и прим. 5 к гл. 3-й. И примечательно, что Ч.Г. Халл, редактор издания 1899 г., из которого мы исходили, вставил это сочинение в труды Петти (Petty 1899), названные им Экономические сочинения [Петти] вместе с наблюдениями … вероятнее написанные … Граунтом.

Вначале Халл (Hull 1896, p. 132) заявил, что Петти, видимо, помог представить книгу в более популярном или даже научном смысле, но “не добавил почти или совсем ничего к ее истинным достоинствам”. Затем, однако, он гораздо более благосклонно заявил в своём Введении (см. ниже), на с. LII: Петти

Возможно подсказал предмет исследования [что Граунт фактически опровергает в первом Посвящении своей книги], … вероятно помогал тут и там при комментировании медицинских и иных вопросов …, собрал [некоторые] числовые данные и быть может исправил или даже составил заключение к книге…

Вряд ли широко известно, что Петти был философом науки, близким по духу своему младшему современнику Лейбницу. Вот его высказывание (Petty 1927, vol. 2, pp. 39–40):

Что является общей мерой времени, пространства, веса и движения?

Какое число основных звуков или букв … составляют речь или язык?

Как назначать имена и как складывать и вычитать ощущения и оценивать вес и силу слов; все это является логикой и рассуждением.

Kreager (1988) утверждает, что Граунт был многим обязан Бэкону (упомянутому во втором Посвящении Наблюдений и имеющему неоспоримые заслуги перед экспериментальной наукой) и своему собственному несомненному опыту счетоводства. Первое утверждение спорно: Граунт был успешным торговцем и должен был критически относиться к получаемым сведениям даже независимо от бэконовского учения о заблуждениях разума.

Халл сопроводил Наблюдения комментариями, в основном относящимися к эпохе Граунта (анализ исходных данных, биографические сведения об упомянутых лицах, библиография) и несколько сокращённых нами. Они отмечены либо его инициалами, либо помещены в фигурные скобки и ему также принадлежат примечания без пометок. Вместе с тем, мы дополнили его библиографию и добавили свои собственные комментарии либо в квадратных скобках, либо выделив их своими инициалами. Указанное двухтомное издание 1899 г. открывается Введением Халла, которое частично относится к Граунту и на которое он неоднократно ссылается.

Перевод Наблюдений оказался трудным. Во-первых, язык автора, конечно же, устарел; многие слова пишутся теперь иначе, а значение некоторых из них можно понять только с помощью самых подробных толковых словарей; мы пользовались вторым изданием 20-ти томного Oxford English Dictionary (1989). Во-вторых, многие фразы у Граунта небрежны и их приходилось переделывать или разъяснять. Пример тезиса (§0.13): “В Лондоне убивают менее одного из двух тысяч. Причины этого”. Лишь в дальнейшем становится окончательно ясно, что Граунт имеет в виду причины малого числа убийств.

Заметим, что цифры перед точкой (как выше) дополнительно вставлены нами для облегчения ссылок; так, 3.25 обозначает пункт 25 в гл. 3-й. К сожалению, это оказалось возможным не всюду. Второй пример небрежности изложения (Приложение; №20 по нашему Оглавлению, пункт 22): описывая эпидемии чумы на континенте Европы, Граунт вдруг возвращается к Лондону, о чём читатель должен догадаться сам. Далее, Граунт постоянно употребляет выражения типа “число зубов и глистов” (§3.50), имея в виду число умерших от глистов и, видимо, от прорезывания зубов. В нескольких случаях нам все-таки пришлось дополнительно оставлять английский текст, не надеясь, однако, что это существенно поможет читателям.

Особые трудности возникли при переводе названий некоторых болезней, тем более. что Граунт был вынужден основываться на сведениях малосведущих дознавательниц причин смерти. Одно и то же название подчас допускает несколько истолкований, в других случаях оно оказывается чересчур уж неопредёленным, см. ниже.

Иногда Граунт противоречил сам себе. К трудностям перевода это, конечно, не привело, но мы полагаем желательным сообщить об этом здесь же. Пример: уже во втором Посвящении своей книги (№4) Граунт заявляет, что не стремится войти в круг учёных, но тут же добавляет, что хочет, чтобы они признали его “как одного из своих”. Вторая неприятная особенность текста это наличие повторений (например, тезисы 0.48 и 0.74). И мы не согласны с граунтовским противопоставлением условий жизни в Лондоне и в “провинции”, под которой он понимает всю остальную Англию. Ведь в §12.13 он замечает, что Ньюкасл (центр добычи угля) менее благотворен “чем остальные места” и ему следовало бы, пожалуй, как-то уточнить понятие “провинция”. Отметим, наконец, противоречие в оценке населения Лондона. Как указал Халл (прим. 2 к Указателю тезисов, №5), Граунт несколько раз упоминал цифру 460 тысяч, но не обосновал её, однако в §11.8 он привёл без комментариев другую оценку.

Вычисления у Граунта вполне элементарны и мы остановимся лишь на нескольких моментах. По обычаям своего времени он пользуется простыми, а не десятичными дробями; далее, он выписывает числа без учёта их погрешности (например, 284 000 вместо 284 тысячи, как теперь в нашем переводе; числа, оканчивающиеся двумя нулями, мы, впрочем, оставили без изменения). Аналогично, в некоторых случаях Граунт указывает результаты своих вычислений с недостижимой точностью (например, в §1.11), что, однако же, было свойственно математикам вплоть до начала 20-го века. Наконец, плохое впечатление оставляют небрежные выражения площади в линейных милях (например, в §12.11), которая в одном случае (§7.4-2) была верно указана в квадратных милях. Ту же ошибку допустил Халл (примечание к Таблице 6 в № 21).

О статистическом существе Наблюдений можно подробно прочесть во многих комментариях, в том числе и отечественных. Трезво оценивая ненадёжные данные, Граунт первым открыл существование закономерностей в статистике населения и медицинской статистике и доказал ошибочность некоторых ходячих мнений, хотя и сам допустил при этом неприятные погрешности. Одна из них — некритическое отношение к выводам из малого числа наблюдений по провинциальным приходам [Халл, Введение, с. LXXVII; второй пример, см. Птуха (1945, с. 35), также Хальд и Пирсон, рассмотрен в нашем прим. 3 к гл. 12-й]. Другая ошибка, а именно представление о росте населения в арифметической прогрессии, стала очевидной лишь после работ Зюссмильха и Эйлера, которые ввели взамен геометрическую прогрессию.

Знаменательной стала, конечно же, таблица смертности Граунта. В 1669 г. Гюйгенс (Sheynin 1977, pp. 247–249), основываясь на ней, обсуждал вопросы, связанные со смертностью. Он ввёл понятия среднего и вероятного сроков жизни и его условного ожидания, а также порядковую статистику для дискретного распределения и с методической целью провёл график некоей непрерывной функции y = 1 – F(x), где в современном понимании F(x) была интегральная функцией распределения хотя и с необычной областью определения [0; 100]. Все это было, однако, опубликовано лишь в 1895 г.

Якоб Бернулли (J. Вernoulli 1686–1690, р. 46) сформулировал в своем Дневнике задачу о вероятности одному человеку пережить другого и выписал исходные данные рецензии 1666 г. на Наблюдения. Здесь она упоминается в прим. 1 к Некоторым дальнейшим наблюдениям (№23); первая страница рецензии воспроизведена на с. 138 французского перевода части 4-й основного сочинения Бернулли (Париж, 1987). Возможно, что в какой-то степени Бернулли укрепился в своей собственной мысли о необходимости применять статистические вероятности под её влиянием, т.е. под влиянием Граунта. Якоб Бернулли (1686) опубликовал и решение указанной задачи, снова сославшись на ту же рецензию и использовав данные таблицы смертности Граунта, а Николай Бернулли (1709, с. 293) сослался на указанную заметку своего дяди (и теми же данными) для решения подобных же задач. Ни тот, ни другой сами Наблюдения не упоминал.

Граунт определённо повлиял на Бюффона (который в 1777 г. составил свои собственные таблицы смертности) и Зюссмильха (Pearson, pp. 197, 297), последний же притом сравнил Граунта с Колумбом (там же, с. 318). Наконец, Пирсон (с. 463 и 666) обратил внимание на то, что Лаплас, который в 1783 г. оценивал население Франции по известному количеству рождений в выбранных департаментах страны и числу тамошних жителей и во всей Франции, исходил из принципов Граунта.

Заметим ещё мнение Хальда (1990, с. 86) о методически верном хотя и косвенном определении цели статистического исследования в первом Посвящении Наблюдений (№3): Граунт сжал “бессвязные тома” исходных данных и представил результаты “в нескольких коротких параграфах” [сформулировав в них свои выводы]. Усилим утверждение Хальда: по Колмогорову и Прохорову (1974, ст. 1428), математическая статистика посвящена систематизации, обработке и использованию статистических данных (о числе объектов в обширной совокупности, обладающих теми или иными признаками).

В конце своего Заключения (№19) Граунт выразил сомнение в том, что статистические выводы нужны кому-либо кроме монарха и его главных министров. Развитие общественных отношений. а также естественных и даже иных наук, происшедшее с тех пор, можно иллюстрировать тем, что сейчас трудно сказать, кому не нужна та или другая статистика.

Нам не удалось воспроизвести числовые таблицы Граунта и мы ограничились их описанием и представлением лишь некоторых данных, притом в весьма обобщённом виде.

Пояснение некоторых медицинских и физиологических терминов

Некоторые термины, указанные ниже, в тексте нашего перевода приводятся лишь так, как их указал Граунт, а их объяснение, поскольку оно в наших силах, мы приводим здесь. Мы смогли частично воспользоваться книгой Creighton (1891–1894).

Ague: неопределённый термин; вначале обозначал острую лихорадку

(febris acuta). Современное значение слова: малярия.

Convulsions: судороги, возможно вызванные столбняком или эпилепсией. В нашем переводе: просто судороги.

Purples: любая лихорадка и даже корь и оспа. Современное значение слова: пурпура.

Rising of the lights: Старинное дополнительное значение слова lights: лёгкие и текст Граунта (§3.29) подтверждает это. Буквальный перевод, стало быть, подъем лёгких. В итальянском переводе Наблюдений (см. Общую библиографию) на с. 118 этот термин, а точнее объединение двух терминов, Mother (матка) и Rising of the lights, поясняется как удушье (soffocamento) матки, подъём (sollevamento) легких, симптом женщины истерического типа (sintomo di tipo isterico). Заметим, что Граунт (§3.29) упоминает удушье в горле. Пирсон (1978, с. 44) цитирует Шекспира (Король Лир): “матка расширяется (this mother swells) до сердца”.

Spotted fever: вид голодной лихорадки (famine fever). Современное значение слова: сыпной тиф или цереброспинальный менингит.

Surfeit: обжорство, пьянство. Со временем стало обозначать дизентерию.

In childbed, In labour: мы не сумели чётко различить эти термины друг от друга; оба они относятся к рожающей женщине, но второй непосредственно связан с самими родами, см. §§0.26, 3.42.

Infant: младенец. Сам Граунт (§2.8) склонен считать младенцами тех, кто ещё не умеет говорить, но полагает, что дознавательницы могут относить к ним детей до двух или трёх лет.

Chrysom (chrisom): младенец в возрасте до одного месяца либо ещё не крещённый.

Английский календарь

Англия перешла на новый стиль, который в 17-м веке опережал старый на 11 дней, в 1752 г. Граунт, и, как можно понять, Халл в своих Замечаниях (№2) о Наблюдениях, указывали даты по старому стилю. Далее, в то время новый год в Англии начинался 25 марта, что и объясняет появление этой даты в некоторых таблицах Граунта. Наконец, по крайней мере иногда год (но не число или месяц) указывался по обоим стилям, например 1662/1663. В таких случаях мы указывали его только по новому стилю.

Перевод английских мер в метрические

1 дюйм = 25.40 мм; 1 фут = 12 дюймов = 30.48 см; 1 ярд = 3 фута = 91.44 см; 1 шест (perch) = 16.5 футов = 5.5 ярда; 1 миля = 1760 ярдов = 1609.4 м; 1 акр = 4840 кв. ярдов = 4047 кв. м.

Английские денежные единицы (до перехода на десятичную меру)

1 фунт = 20 шиллингов; 1 шиллинг = 12 пенсов

Приходы Лондона

В §§0.62 и 0.64 и, например, в гл. 9-й упоминаются 97 приходов внутри городских стен, 16 приходов вне стен и внешние приходы, число которых увеличилось с 8 до 10. В §1.7 сказано, что сведения о них включены в Бюллетени, в §11.11 они названы удалёнными, а в Некоторых дальнейших наблюдениях (№23) Граунт заметил, что “их нельзя по существу считать частью Лондона”. Наконец, в своём Приложении (№20) он упоминает Liberties of the City of London (территории под юрисдикцией Лондона), которые “состоят” из 97 приходов внутри стен и “двух третей” от 16 приходов вне стен.

Ч.Г. Халл. Замечания о Наблюдениях Граунта

Первое издание книги Граунта Наблюдения на основе бюллетеней о смертности (см. Библиографию) было опубликовано между 25 января 1662 г., — датой первого Посвящения, и 5 февралём того же года, когда Граунт представил 50 её экземпляров Королевскому обществу для распределения среди его членов (Birch 1848, vol. 1, p. 75). Работа Граунта вскоре привлекла внимание и вне Грешем-колледжа[1], и среди членов Королевского общества. 24 марта Пепис[2] купил экземпляр в Вестминстерском зале (Pepys 1893–1896, vol. 2, pp. 209–210) и книга оказалась настолько успешной, что до конца года потребовалось её второе издание. С возвратом чумы ранним летом 1665 г. интерес к Наблюдениям возродился. Двадцатого июня, на том самом собрании, на котором Совет Королевского общества рекомендовал Обществу прервать свои еженедельные публичные заседания вплоть до прекращения этой эпидемии, он также постановил, “что после доклада Сэра Уильяма Петти о просмотре добавлений м-ра Граунта к своим Наблюдениям предложить Президенту разрешить перепечатать эту книгу вместе с указанными добавлениями” (Birch 1848, vol. 2, p. 57). Поскольку 4 июля было последней датой в “таблице, показывающей сколько человек умирало за неделю”, новое издание вероятно вышло в свет перед 11 июля [см. Таблицы (№21), Таблица №11; примечание Халла]. Оно наверняка появилось перед 25 июля, т.е. перед тем днём, когда Броункер[3] послал Пепису (Pepys 1893–1896, vol. 5, p. 24) экземпляр “вновь напечатанной и расширенной” книги. Расширение этого третьего издания произошло в основном за счёт нового Приложения, таблиц для населенных пунктов Тивертон и Кранбрук, и “таблицы, показывающей сколько человек умирало в неделю” [Таблиц №№8, 9 и 11]. Другие изменения незначительны и они отмечены в этой перепечатке. “Четвёртое издание”, перепечатанное с третьего, скоро вышло в Оксфорде. 26 сентября было там последней датой в недельных таблицах, а на экземпляре этого издания в библиотеке Корнельского университета[4] имеется надпись “Из подаренных автором октября 22, 1665”. В течение жизни Граунта никаких других изданий не выходило, но в 1676 г. появилось пятое издание, как утверждается, под наблюдением Петти[5]. К этому, самому полному изданию, которое воспроизведено ниже, были добавлены “Некоторые новые наблюдения майора Джона Граунта” [также воспроизведённые ниже]. С тех пор Наблюдения издавались на английском языке только однажды, а именно в Collection of the Yearly Bills of Mortality from 1657 to 1758. London, 1759, где ошибочно упомянуто “шестое издание 1676 г.” Существует также анонимный немецкий перевод, опубликованный в Лейпциге в 1702 г.[6]

По поводу оспариваемого авторства Наблюдений см. Введение. Никакие рукописи книги не известны.

Текст книги

Достопочтенному Лорду Джону Робертсу, Барону Труро[7], Лорду-хранителю печати и одному из наиболее почётных личных советников Государя

Милорд, Поскольку расположение, которым я пользовался со стороны Вашей светлости, обязывает меня представить Вам какой-то знак моей благодарности, то особое почтение, которое я ощущаю к Вашей светлости, преисполнило меня заботой о выборе подарка. Ибо, будь я в состоянии преподнести Вашей светлости какие-либо избранные отрывки из греческих или латинских учений, я бы тем самым (в соответствии с нашей английской поговоркой) лишь привёз уголь в Ньюкасл[8] и одарил бы Вашу светлость грязной водой из лужи, тогда как Вы, ввиду Вашего собственного выдающегося знания этих учёных языков, можете пить из самих фонтанов.

Более того, представить Вашей светлости утомительные рассказы означало бы лишь выказать моё собственное незнание того значения, которое Его величество и общество придают Вашему времени. И, коротко говоря, представить что-либо, уже содержащееся в других книгах, послужило бы лишь к умалению учёности Вашей светлости, которая, как известно миру, является универсальной и не знакомой лишь с немногими полезными сведениями, содержащимися в любой из них.

И вот, направив свои мысли (не знаю по какому случаю) на Бюллетени о смертности, и преуспев на этом пути настолько, что смог сжать некоторое число в значительной степени бессвязных томов в несколько легко понимаемых таблиц и сократить те Наблюдения, которые естественно следовали из них, в несколько коротких параграфов без всяких многословных заключений, — я осмелился преподнести эти незначительные, но впервые опубликованные труды Вашей светлости. Действительно, Ваше милостивое признание вызвало само появление нескольких других моих работ[9]. Надеясь (если могу сказать это без тщеславия), что эти труды окажутся настолько же полезны лицам, подобным Вашей светлости, насколько они малополезны или вообще бесполезны мне, как самые прекрасные алмазы бесполезны обрабатывающему их подмастерью ювелира или бедняге горняку, который первым выкопал их из-под земли. Ибо, при всей смиренной покорности Вашей светлости, я представляю себе, что пэру парламента или члену Совета Его величества не будет неподходящим обсудить, что число голодающих среди многих попрошаек очень мало; что идущие против религии [против христианства] предложения о размножении населения путём многожёнства к тому же иррациональны и бесплодны; что затруднительное уединение во времена чумы не является мерой, которой следует пользоваться за счёт существенного неудобства[10]; что самые опустошительные [эпидемии] чумы в Лондоне быстро и в равной степени восполняются притоком из провинции; что истощение числа мужчин войнами и отъездом в колонии не ухудшает должной пропорции между ними и женщинами; что мнение о том, что чума сопровождает вступление королей на престол, ложно и крамольно; что Лондон, метрополия Англии, возможно является слишком большой и наверное слишком мощной головой по сравнению с туловищем[11]; что эта голова возрастает втрое быстрее чем туловище, которому она принадлежит, т.е. удваивает своё население за треть времени [которое требуется туловищу]; что наши приходы стали безумно несоразмерны друг другу; что наши храмы не подходят нашей религии; что торговля и сам город Лондон перемещаются на запад; что внутри стен города расположена лишь пятая часть всех строений; что старые улицы непригодны для нынешнего напряжённого движения экипажей; что транспортный проезд в Людгейт является слишком узким горлышком для туловища; что мужчины в черте и окрестностях Лондона, способные носить оружие, могут составить три таких громадных армий, какие только могут понадобиться на нашем острове; что число душ таково, что наверняка намного обмануло некоторых наших сенаторов при назначении подушевого сбора {Petty 1662, p. 62} и т. д. И вот, хотя великолепнейшие рассуждения Вашей светлости достаточно чётко дали мне знать, что Ваша светлость не чужда этим предложениям, я не представлял себе, что Ваша светлость когда-либо вывели их из Бюллетеней о смертности, и я понадеялся, что не будет неблагодарным по отношению к Вашей светлости убедиться, с какой пользой Ваш талант может быть усовершенствован [даже] кроме [знакомства] со многими любознательными явлениями, относящимися к приросту и убыванию болезней, соотношению между целебными и плодотворными временами года, различием между воздухом в Лондоне и в провинции и т. д. Насколько мне известно, все это ново и притом весь [мой] памфлет можно прочесть меньше чем за два часа, и поэтому я осмелился побеспокоить Вашу светлость [пожелав Вам] ознакомиться с ним и, посредством этого скромного Посвящения, позволить Вашей светлости и всему миру усмотреть мудрость нашего города, распорядившегося составлять и сохранять эти отчёты [Бюллетени] и убедиться, с какими преданностью и успехом я остаюсь,

Милорд,

Вашей светлости покорнейший и преданнейший слуга Джон Граунт

[Переулок] Бирченлейн, 25 января 1662 г.

Почтенному пэру, дворянину Сэру Роберту Морей[12], личному советнику Его величества по Его Королевству Шотландии и Президенту Королевского общества философов, собирающихся в Грешем-колледже, и остальным членам этого почётного Общества

Наблюдения, которые мне случилось сделать (ибо я их не замышлял) на основе Бюллетеней о смертности, оказались и политическими, и естественными, поскольку некоторые относятся к торговле и управлению, другие же к воздуху, провинциям, временам года, плодовитости, здоровью, болезням, долговечности и пропорциям между полами и возрастами рода человеческого. Все это (потому что Сэр Френсис Бэкон относит свои рассуждения о жизни и смерти к естественной истории[13] и потому что, как я представляю себе, вы также определяете какими средствами измерять степени жары, влажности и ветра в нескольких частях владений Его величества) я осмеливаюсь также относить к естественной истории и считать себя обязанным включить этот незначительный труд в вашу громадную сокровищницу подобного рода.

Его величество в высшей степени озабочен вопросами управления и торговли не только в соответствии со старинным правом, но также по счастливому случаю являяcь правителем философов и физико-математического познания, притом на самом деле, по своим личным дарованиям и привязанности к этим предметам, а не по словам льстецов и паразитов. По этой причине мне следовало бы скромно посвятить оба вида своих наблюдений Его святейшему величеству. Однако, коротко говоря, я не знал, будут ли моя работа или моя личность подходящими, чтобы носить Его имя или заслужить Его покровительство. Тем не менее, поскольку я осмелился представить этот памфлет как относящийся к управлению и торговле одному из пэров и выдающемуся государственному министру Его величества, я действительно хочу получить Ваше разрешение представить памфлет также и Вам, поскольку он относится к естественной истории и зависит от математики моей коммерческой арифметики. Ибо Вы не только личный советник Его величества по философии, но и Его Большой совет[14]. Вы представляете собой все три сословия, а именно математическое, механическое и физическое. Вы его парламент природы. И было бы не меньшим умалением по отношению к самому убогому из вашего числа сказать, что среди вас могут быть как простолюдины, так и пэры философии. Что касается меня, я считаю себя достаточно счастливым, что существует совет природы, подобный вашему Обществу. И я с такой же искренностью справляюсь о ваших действиях против препятствий науке, как о том, какие армии и флоты выставляют властители мира. Я столь же озабочен выяснить, кто ведает тем или иным экспериментом, сколь узнать имена маршалов Франции или канцлера Швеции. Мне так же приятно знать, что вы удовлетворены светоносным экспериментом, как услышать, что в укреплениях противника пробит пролом. И ваша изобретательная аргументация, непосредственно исходящая из здравого смысла и фактов, столь же приятна мне как гул орудий и трубные звуки победы.

Более того, поскольку я борюсь за достойные права и обряды Церкви, я также борюсь против завистливых раскольников в вашем Обществе (которые полагают, что вы ничего не сделаете, если вскоре не будете превращать одни металлы в другие при помощи трансмутации, изготовлять масло и сыр без молока и, как их собственная баллада об этом говорит, выделывать кожу без шкур[15]), утверждая, что даже все ваши предварительные и светоносные эксперименты являются не обрядами, а существом и принципами полезных искусств. Ибо я нахожу, что в торговле отсутствует всеобщая мера и я слыхал как музыканты спорят о точном и единообразном выдерживании такта при своих совместных выступлениях. Поэтому я не могу спокойно слышать, ни что вашими трудами о колебаниях, которые выдающимся образом способствуют и тому, и другому, пренебрегают, ни что ваши маятники[16] презрительно называют качалками. Не в большей степени я могу вынести, что ваши опыты с воздухом называют подходящими только для занятий легкомысленными пустячками, а не серьёзным трудом для самых реальных и проницательных умов. Таково моё мнение о вас. И хотя я не вхожу в ваш круг и не имею никакого стремления к этому, и лишь хотел бы быть в состоянии оказывать вам услуги и удостоиться вашего доверия, я все же страстно желаю иметь право быть представленным вами и поэтому хочу, чтобы эта небольшая работа была воспринята как голос земельного собственника на выборах рыцарей и полноправных граждан в парламент природы. Это означает, что, как парламент признаёт земельного собственника с годовым доходом всего лишь в 40 шиллингов в качестве своего члена, так, в той же манере и степени, я хочу, чтобы вы признали меня как одного из своих до тех пор, пока я буду оставаться преданным другом и слугой ваших замыслов и личностей.

Дж. Г.

Предисловие

1. Будучи рождён и воспитан в Лондоне и постоянно замечая, что большинство тех, кто регулярно получал еженедельные Бюллетени о смертности, пользовалось ими почти только для того, чтобы посмотреть в их конце как увеличилось или уменьшилось число погребений; и, среди происшествий, какие редкостные и удивительные события произошли на текущей неделе. Эти темы они, стало быть, выбирали для разговоров в следующей своей компании. К тому же, во время чумы они обсуждали, как эта болезнь возрастала или убывала, так что богатые люди могли судить о необходимости своего выезда, а торговцы делать предположения о том, что вероятно произойдёт с их сделками.
2. Далее, я думал, что мудрость нашего города наверняка замыслила похвальную практику составления и распределения этих отчётов для других и притом более существенных целей, нежели указанных выше, или что, по крайней мере, для них можно отыскать некоторые другие применения. После этого, кинув свой взгляд на все Общие [годичные] бюллетени, которые попались мне в руки, я был побуждён разыскать все Бюллетени, какие только удастся и (чтобы быть кратким) достать для себя все материалы подобного рода, которые Зал приходских клерков мог бы предоставить мне. Сведя эти материалы в таблицы (копии которых приложены), чтобы обозреть их все вместе и с бóльшим удобством сравнивать один год, сезон, приход или иную часть города с другими по отношению ко всем погребениям и крещениям и ко всем болезням и несчастным случаям, происходящими в каждом из них соответственно. Затем я начал не только исследовать фантазии, мнения и догадки, которые я воспринял после просмотра нескольких разрозненных Бюллетеней, но и допускать новые по мере обнаружения поводов и причин из моих таблиц.
3. Более того, обнаружив, что из моих размышлений над этими пренебрегаемыми бумагами следуют некоторые истины и мнения, которым обычно не доверяют, я пошёл дальше, чтобы поразмыслить, какую пользу их знание может принести миру, и притом не заниматься праздными и бесполезными спекуляциями, а представить миру какие-то реальные плоды из этих воздушных цветений (как это делают те благородные знатоки из Грешем-колледжа, которые сводят свои утончённые изыскания природы к непосредственным механическим приложениям).
4. Ныне я приношу на суровый суд мира степень своего успеха в этих предположениях. Я надеюсь, что он не будет ожидать от меня, не претендующего на учёность, столь же уверенных доказательств вещей, с которыми учёные люди определяют их в своих школах. Надеюсь, что они с пониманием воспримут, что, предлагая новую вещь, я смог воздержаться от претензий на вмешательство в то, что любой из учёных писателей уже затронул раньше, и что я озаботился и приложил усилия к составлению этих таблиц, при помощи которых каждый может исправить мои положения и представить свои собственные новые предложения. При сём я, как глупый школьник, пришедши, чтобы ответить свой урок миру (этому сварливому и раздражительному учителю), принёс с собой пучок розг[17], чтобы меня могли ими выпороть за каждую ошибку, совершённую мной.

(продолжение следует)

Примечания

[1] Основанный Томасом Грешемом. О.Ш.

[2] Семуел Пепис (1633–1703), президент Королевского общества (1684). Таблицу умножения выучил лишь в 1660 г. О. Ш.

[3] Уильям Броункер (1620(?)–1684), первый президент Королевского общества. О.Ш.

[4] Основан в 1865 г. в г. Итака, штат Нью Йорк, США. Халл был тамошним профессором (Petty 1899, vol. 1, p. x). О.Ш.

[5] Доктор Джон Кемпбелл в Biographia Britannica (1778–1793, vol. 4, pp. 2262–2263, прим.). Его отчёт о более ранних изданиях, однако, досадливо ошибочен. Ч.Г.Х.

[6] Переводчиком был доктор Готфрид Шульц, родившийся в Бреслау 20 апреля 1643 г. и умерший там 14 мая 1698 г. Путешествия, сообщает его доброжелательный биограф С. Грасс (Appendix ad Ephemeridum academiae Caesareo-Leopoldinae nat. Curiosorum in Germania centurias III. & IV. Нюрнберг, 1715, pp. 201–224), сделало его знатоком многих языков. … Ч.Г.Х. Сведения о новых изданиях и переводах Наблюдений см. в нашем Предисловии. О.Ш.

[7] Лорд Джон Робертс или Робартес родился в 1606 г. … При реставрации монархии он … получил ряд наград и в 1661 г. стал лордом-личным советником государя. В 1666 г. он стал членом Королевского общества , а в 1669 г. назначен генерал-губернатором Ирландии … но отозван в 1670 г. Четырежды был Спикером Палаты лордов … Был по общему мнению способным но угрюмым человеком. См. Wood (1721, vol. 2, p. 787); Doyle (1886, vol. 3, p. 91); Carte (1851, vol. 2, p. 378). Ч. Г. Х. Труро — населённый пункт на полуострове Корнуолл на юго-западной оконечности Англии. О.Ш.

[8] Город в Англии. Приведённая поговорка равносильна русской  “В Тулу со своим самоваром”. О.Ш.

[9] Граунт также написал “Наблюдения об успехах акцизного дела” и что-то о религии, однако “это ещё не опубликовано” (Wood 1721, vol. 1, p. 311). Ч. Г. Х.[Пирсон Pearson (1978, р. 11) процитировал этого автора и вообще привёл выдержки из многих источников. На с. 13–15 он снова обратился к Вуду по поводу Петти; он процитировал Де Моргана на с. 21, см. начало нашего Предисловия; Бирча на с. 26 в связи с отчётом о карпах и лососях, см. № 24, а на с. 18–20 Пирсон перепечатал оба Посвящения (№№3 и 4).]

[10] Поскольку зараза носилась в воздухе, см. §2.14. [Утверждение Граунта не соответствует современным представлениям о путях распространения чумы.]

[11] Эту же фразу произнёс в 1641 г. в парламенте Сэр Томас Ро (Harleian Misc., vol. 4, pp. 433, 436). Ч. Г. Х.

[12] Сэр Роберт Морей или Муррей родился в начале 17-го века … Будучи предан монархии, в основном жил до её реставрации на континенте. Был одним из основателей Королевского общества и председательствовал на его собраниях с марта 1661 г. по июль 1662 г. Умер 4 июля 1673 г. Ч.Г.Х.

[13] История жизни и смерти, подзаголовок … третьей части его Instauratia magna (Bacon 1861–1864, vol. 10, pp. 9–176). Ч.Г.Х.

[14] Большой совет крупных землевладельцев и церковных иерархов собирался до 1640 г. Три сословия в Англии: духовенство, дворяне и третье сословие. О.Ш.

[15] Баллада из 28 куплетов Похвала избранной компании философов и остряков, собирающихся еженедельно по средам в Грешем-колледже, содержится в Ashmole Manuscripts. Первый, 15-й и 17-й куплеты таковы [мы приводим только первый и 17-й]:

Если главнейшая слава каждой нации — быть богатым и образованным, то насколько англичане озабочены прославлением Грешема, который построил биржу, чтобы обогатить Лондон, и основал колледж для остряков.

Новый замысел как выделывать кожу сейчас изучает третий студент. Этот вопрос обсуждается больше всех, потому что, раз можно дубить без коры, почему бы не испробовать более дешёвый метод выделывать кожу без шкуры. Ч.Г.Х.

[16] Среди тех, кто интересовался экспериментами с маятниками, произведёнными в январе 1662 г., был Петти (Birch 1848, vol. 1, pp. 70, 74, 46, 53). Ч. Г. Х.

[17] Где же они? О.Ш.