СЕМЬ ИСКУССТВ

Как ни странно, финал оперы «Тристан и Изольда» и финал 2-й симфонии Малера сходятся. Вагнер сформулировал в опере тему «Любви-Смерти» (Liebestod)… a Малер, поклонник и последователь Вагнера, воплощает эту мысль. Только он говорит о «Воскресении».

Александр Журбин

ДВА ВЕЧЕРА С ВАГНЕРОМ И МАЛЕРОМ
под руководством дирижера Янника Незе-Сегун

Удивительно, но бывают такие совпадения.

В понедельник в «Метрополитен Опере» была премьера новой постановки оперы Вагнера «Тристан и Изольда». Дирижировал Янник Незе-Сегу.

А во вторник он же дирижировал Второй Симфонией Малера в Карнеги-холл. И это уже был Филадельфийский оркестр.

Поэтому я назвал мою заметку в двух частях так:

ДВА ВЕЧЕРА С ВАГНЕРОМ и МАЛЕРОМ

под руководством дирижера Янника Незе-Сегун

***

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ПОНЕДЕЛЬНИК, 10 марта 2026 года

Метрополитен Опера

Опера «Тристан и Изольда» — это своеобразный поворот в мире оперного искусства. Написанная в 1859 году, и поставленная в Мюнхене в 1865 году, эта опера стала неожиданностью для всего оперного мира.

Многие люди, музыкальные критики, оперные знатоки, меломаны, «операфилы», а также те, кто создавали оперы в те времена, объявили эту оперу провалом и неудачей. Газеты писали отрицательные рецензии, певцы и дирижеры отказывались исполнять эту музыку. (Режиссеров в то время не было.)

Да, эта опера отличается от всего того, что было написано в оперном жанре в то время. Беллини, Доницетти, Верди, Бизе («Кармен» написана через десять лет после «Тристана») Чайковский («Онегин» появился на свет через 14 лет после «Тристана») не считали «Тристана» выдающейся оперой, а считали ее провалом. И только более позднее поколение (Рихард Штраус, Римский-Корсаков, Дебюсси) и многие другие попали под влияние Вагнера и признали оперу «Тристан и Изольда» шедевром.

Вот цитатa для примера.

Чайковский:

«Никогда не поверю, чтобы «Тристан и Изольда», опера, которая и на сцене невыносимо скучна и состоит из беспрерывного нытья, монотонностью своей доходящего до уныния, — никогда не поверю, чтобы эта опера могла в самом деле увлечь публику…»

Но, конечно, было много и восторгов. Они появились еще в те времена, когда были первые представления «Тристана» и не прекращаются до сегодняшнего дня.

Вот, например, что сказал Клод Дебюсси:

«Никто не может отрицать величия Тристана. Это один из самых прекрасных памятников, когда-либо созданных человеческим гением.»

А вот что сказал Густав Малер:

«Когда я впервые услышал Тристана, я был потрясён до глубины души.»

Подобные «разногласия» существуют уже почти 150 лет, и кажется, никогда не закончатся.

Борьба поклонников и противников этой оперы колеблются от слов «самая великая опера в мире» до «это вообще не опера, а черт знает что!».

Попробуем разобраться.

Основой будет служить новая постановка оперы «Тристан и Изольда» в Метрополитен опере.

***

Я видел и слышал эту оперу несколько раз. Слышал в записи еще на пластинках фирмы «Мелодия», где-то в начале 70-х, купил в Москве, в магазине на Новом Арбате, который тогда назывался Проспект Калинина. Диск был скорее всего не лицензионный, а украденный, тогда это делали повсеместно. Помню только, что партию Изольды пела Кирстен Флагстад, а дирижер был Вильгельм Фуртвенглер. Я крутил этот диск много раз, но всегда только 1-й и 2-й акт, 3-й акт меня раздражал.

В российском театре я впервые увидел эту оперу в театре «Новая опера», это был 2013 год, мы жили тогда в одном квартале от «Новой Оперы», и я часто туда приходил, и на премьеры, и на рядовые спектакли.

«Тристана» поставил английский дирижер Ян Латам-Кёниг (он тогда был главным дирижером этого театра), режиссером был немец Никола Рааб. Спектакль не произвел на меня сильного впечатления. В нем все была гладко и академично, поэтому было скучно… А голоса были слабые.

В Мариинском театре была постановка Дмитрия Чернякова в 2005 году, я ее видел в записи. Постановка 2025 года в этом же театре по всем отзывам получилась неудачной.

Ну и конечно, я видел и слышал эту оперу в театре Метрополитен опера, в который я хожу уже 36 лет (с 1990 года).

Мне довелось увидеть три постановки: в 1999 году это был режиссер Дитер Дорн, а дирижер был еще молодой Джимми Ливайн. В 2016 году была новая постановка Мариуша Трелинского, Изольдой была Нина Штемме, а дирижером был Саймон Рэттл.

И наконец, последняя премьера в Мет была только что.

Дирижер Янник Незе-Сегу, в главных ролях Лиз Дэвидсон и Майкл Спайрс.

Режиссер — Ювал Шарон, и это отдельная тема для разговора.

Я все это перечислил, потому что хотел показать, что знаю «Тристана» не понаслышке. В моей нотной библиотеке есть и клавир, и оркестровая партитура этой оперы, и я их многократно изучал, и играл на рояле.

И могу с уверенностью повторить за Верди:

«Вагнер велик, но в «Тристане» его музыка — это буря, в которой порою трудно различить музыку».

***

Тут я бы хотел поговорить о конкретной постановке оперы «Тристан и Изольда» в Метрополитен опере, премьера которой состоялась несколько дней назад.

И начать я хочу не с исполнителей, и не с дирижера, а с режиссера Юваля Шарона.

Если честно сказать, я не видел его постановок раньше, и мало что о нем слышал. Он в основном работает в Калифорнии, в Чикаго и в других местах США, в Нью-Йорке особо замечен не был. Да, я прочитал перед спектаклем сведения об этом режиссере, и узнал о нем много интересного.

И вот открывается занавес, и Увертюра еще не началась, а на сцене мы видим неожиданную декорацию — сцена разделена на два этажа. На первом этаже за столом сидят мужчина и женщина… И на втором этаже сидят тоже мужчина и женщина. Одеты они примерно одинаково: женщина в зеленом и мужчина в голубом одеянии. Увертюра длится долго, примерно 12 минут. И все это время две пары смотрят друг на друга.

Кто это — думает зритель? Вернее так: мы знаем, что главные герои — это Тристан и Изольда. Но где они? Верхняя пара или нижняя пара? Увертюра длинная, а на сцене ничего не происходит.

Тут самое время вспомнить, что «Тристан» — с точки зрения автора это, вообще-то, не опера. Сам Вагнер называл свои произведения (начиная с «Лоэнгрина»). Handlung — то есть сюжет, развитие сюжета. Название «опера» (в переводе с итальянского — «работа») композитор и либреттист Рихард Вагнер не признавал.

И глядя на сцену мы понимаем, что «сюжет» здесь будет особый, не такой, как всегда.

Самое время вспомнить, что опера «Тристан и Изольда» основана не на сюжете какой-нибудь древне-немецкой баллады или древне-германской легенды. Здесь все происходит на земле Корнуэльской, в графстве Корнуэлл (или Корнуолл), это до сих пор существующая область в юго-западной части Великобритании…

Миф о «Тристане и Изольде» — наряду с мифом о Граале — один из величайших мифов Средневековья. Вагнер тщательно изучал легенды и мифы Средних веков, а найдя, начинал перерабатывать эти сюжеты на свой лад. Это началось еще с «Летучего Голландца» и продолжалось вплоть до «Парсифаля».

И это, конечно, замечательный и особый путь композитора Вагнера. В отличии от своих оперных коллег — Верди, Мейербера, Пуччини, которые часто брали за основы своих опер популярные сюжеты писателей и драматургов XIX века, с которыми они были лично знакомы — все оперы Вагнера основываются на мощных и ярких мифах европейских стран. Говорить о «германских мифах» будет неточно. Во-первых, тогда не было Германии, а были всякие германские графства и княжества, а во-вторых, не все оперы Вагнера построены на подлинно немецких сюжетах… Во всяком случае, ни «Запрет Любви», ни «Летучий Голландец», ни «Тристан и Изольда» не являются выходцами из немецкоязычной литературы.

Но это так, отклонение.

***

Вернемся к постановке режиссера Юваля Шарона. Тут обращусь к статье, написанной режиссером в программке спектакле. (обычно режиссеры этого не делают). Но Юваль Шарон — новое поколение режиссеров (ему всего 47 лет), и он делает много неожиданного.

Так вот в этой статье (довольно длинной и серьезной) он подчеркивает, что в опере «Тристан и Изольда» главное действие — это ритуал. И этот ритуал есть во всех трех актах, но в каждом акте он другой. В первом акте — это совместное выпивание вина вдвоем, во втором акте — пир всех участников, а в третьем акте — медицинские процедуры, сопровождающие смерть и рождение. Вот такая концепция.

Конечно, далеко не все зрители читают программку до спектакля. Некоторые читают в антракте, некоторые читают дома после спектакля, некоторые вообще не читают. А ведь здесь разгадка того, что происходит на сцене. Вот это наличие «двух пар», двух Тристанов и двух Изольд, объясняется именно ритуалами, средневековыми ритуалами. Две души, «два аватара», две любви и две смерти.

Конечно, главное событие, идущее вразрез со всеми предыдущими постановками этой оперы — это беременность Изольды и рождение ребенка прямо на глазах у зрителей. Конечно, этого нет в либретто Вагнера, нет и в музыке. Но это яркое событие на сцене не противоречит Вагнеру. Более того, знаменитая «Смерть Изольды» и гениальная музыка в этом последнем эпизоде оперы идеально сливается с явлением на свет младенца. Да, жизнь продолжается, и смерть Изольды, наступившая во время родов, смотрится вполне органично и натурально.

А когда ребенка забирает себе король Марк (великолепная роль певца и актера Райян Спидо Грин) это выглядит неожиданно и очень трогательно.

Наверное, пора коротко сказать несколько слов о певцах.

Конечно, здесь царит Изольда — Лиз Дэвидсен. Действительно, новая звезда на мировом оперном горизонте. Невероятный мощный голос, красота и стройность, удивительная выносливость — в конце сложнейшей партии ее голос звучит так же свежо, как в начале. Конечно, она рождена для опер Вагнера и Рихарда Штрауса. (Итальянский репертуар у нее звучит не так хорошо.)

Но посмотрим, в будущем сезоне она будет Брунгильдой в вагнеровской тетралогии, и это должно стать шедевром. Мне кажется, что ей еще надо стать большой актрисой… Ее лицо чаще всего неподвижно, на нем нет никаких эмоций… Но это, наверное, придет со временем.

Прекрасно пел и играл свою партию Майкл Спайрс. Партия Тристана — одна из труднейших в оперном репертуаре. В третьем акте кажется просто невозможно бесконечно брать высокие ноты «ля», «си-бемоль», «си» и даже «до», и «пробивать» огромный оркестр в течении 45 минут.

Это самая трудная партия «героического тенора» во всем мировом репертуаре. Майкл Спайрс справился, но, честно сказать, с трудом. Тут уже претензии к композитору, но вряд ли он что-нибудь поправит.

Еще раз скажу, что Третий Акт «Тристана» — неудача Вагнера. Долгое-долгое умирание Тристана, и при этом нет мелодий, нет арий, а есть бесконечное выкрикивание, непосильное любому тенору мира. И только в конце Изольда поет великую музыку, и как бы замещает все произошедшее.

Нельзя не отметить нашу соотечественницу Екатерину Губанову, одну из немногих певиц, которая не является немкой от рождения, однако она блистательно владеет немецким языком, и спела уже многие вагнеровские партии. В этой опере ее роль служанки Брангены — очень важная роль, и Екатерина великолепно поет эту партию.

Конечно, невероятный дизайн сцены. Назвать это декорациями нельзя, это скорее какой-то космолет, а местами — тоннель из царства живых в царство мертвых. Английская художница Эс Девлин уже делала оперу «Отелло» в 2015 году, но у нее очень много спектаклей в Лондоне, Ла Скала в Милане и множество других крупнейших мировых театров. Яркие и необычные костюмы (художник Клинт Рамос, родом из Филиппин). Невероятный художник по свету Джон Торрес, совершенно фантастический видео дизайн делает Рут Хогбен.

И конечно в этом спектакле потрясающе и великолепно звучит оркестр.

Тут я перейду к одному из главных участников этого спектакля — дирижеру Яннику Незе-Сегу.

Он уже шесть сезонов главный дирижер Метрополитен оперы, и кажется, он доказывает очень высокий класс своей работы. Конечно, его предшественник Джимми Ливайн был тоже великолепным мастером своего дела, Но Янник кажется уже догоняет своего коллегу — и по качеству, и по количеству. По количеству, пожалуй, даже перегоняет, если учесть, что он уже много лет возглавляет Филадельфийский оркестр, а также дирижирует множеством других оркестров и в Европе, и в США.

Он всегда великолепно ведет спектакль. И «Тристан» — не исключение. Оркестр, хор, солисты — все они под его руками. Он прекрасно понимает, что, когда нужно, оркестру надо уменьшить громкость, и дать артистам возможность петь тихо и выразительно. А когда надо — играет на полную мощь, и гигантский зал Метрополитен оперы, от партера до 5 яруса, буквально заливается бурной музыкой, и вокал является лишь частью гигантской музыкальной сущности, огромной вагнеровской партитуры.

И тут я перехожу ко второй части моего текста.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

ВТОРНИК 11 МАРТА

МАЛЕР, СИМФОНИЯ НОМЕР 2

КАРНЕГИ-ХОЛЛ

Сначала, наверное, стоит сказать, что Нью-Йорк — удивительный город. Оба зала, где мы были с Ирой — и «Мет Опера» и «Карнеги Холл» были до отказа заполнены. (в Мет опере — 3.800 мест, в Карнеги Холле — 2800 мест).

Всюду стояли толпы людей, просящих лишнего билета. Ну, ладно, премьера оперы — понятное дело, к тому же с участием звезд.

Но «Вторая Симфония» Малера звучит регулярно. Тут не может быть новой концепции. Есть две певицы — Джойс Ди Донато, и Инг Фанг, но их партии в этой симфонии не так уж велики, и эти дамы не могут вызвать такой ажиотаж.

Вторая Симфония — великая симфония. Она огромная. Полтора часа без перерыва. С ней можно сравнить только 3-ю симфонию Малера (1 час 40 минут) и его же 8-ю симфонию (примерно столько же.)

Во Второй Симфонии 5 частей. И Малер придумал использовать в последней части Хор и солистов (в данном случае — солисток). В связи с этим всем зрителям был раздан текст в оригинале (на немецком я зыке) и в переводе (на английском).

Девушки поют свой фрагмент в 4-й части Симфонии на стихи из сборника «Волшебный рог Мальчика».

Вот перевод на русский язык:

О красная розочка!
Удел наш — нужда и скорбь, удел наш — тоска-печаль!
О если бы мог я в небесную даль,
В небесную даль вознестись отсель.
Путем я широким там иду,
Но хочет ангел, чтоб я вспять вернулся,
О нет, я вспять уж не вернусь;
Я Божья тварь и я к Богу стремлюсь,
Мне свет во тьме он пошлет бесконечный,
Чтоб озарить мне путь к блаженству жизни вечной.

*

А в 5-й части хор поет музыку на стихи немецкого поэта Фридриха Клопштока, эта часть называется «Воскресение». Тут я приводить перевод не буду, это очень длинный текст. Но смысл его, как и положено, достаточно прост и укладывается в два слова: «Ты воскреснешь».

Тут надо подчеркнуть, что Малер в это время очень увлекся католической религией, ее образами, ее обрядами.

Его переход в католическую религию был связан еще и с тем, что его уже пригласили «генеральным капельмейстером» в Венскую Оперу, но для того, чтобы его официально назначили, он должен был сменить свою религию, и перейти из иудейской религии в христианскую.

Малер пошел на этот шаг. Он был принят в Венскую оперу, потом занимал много постов в разных городах. Между прочим, в какое-то время он недолго был главным дирижером «Метрополитен оперы» в Нью-Йорке. Но к сожалению, его жизнь была короткой, он умер в возрасте 51 год, измученный болезнями и его неверной женой Альмой Малер-Верфель.

Самое ужасное то, что в Вене, где он долго возглавлял знаменитый театр, где он многие годы выступал, боролся, писал потрясающую музыку — в Вене нет памятника Малеру. Около Оперного театра есть много памятников и мемориальных досок — а Малера нет. И это позорное пятно на карте великого города!

***

Но я отвлекся.

Итак, в симфонии пять частей.

Первая часть — огромная, продолжается около часа. Малер сам говорил, что эта часть — тризна, похороны «Героя». Того самого «Героя», который выведен Малером в своей Первой Симфонии.

Очень сильная музыка в Первой части, колебания между «очень тихо» и «очень громко», очень быстро, и очень медленно. Любовь и смерть. Янник мастерски меняет нюансы, и оркестр волшебно ему подчиняется.

Далее идут три части, довольно неожиданные. Сам Малер называл их «интерлюдии».

Кстати, автор завещал, чтобы после первой части была пауза. Иногда делается даже перерыв. Но в этот раз дирижер просто сошел с подиума, постоял, выпил стакан воды… И продолжил.

Вторая и третья часть — можно сказать, танцевальная музыка. Звучат очень красивые венские лендлеры. Частично эти мелодии — авто цитаты из музыки самого Малера.

Четвертая часть — очень красивый романс, в исполнении двух замечательных певиц (см. выше текст по-русски)

Надо сказать, что эту музыку Малер писал, когда ему было всего 30 лет. Но он уже создал свой «малеровский» стиль, всегда узнаваемый, всегда своеобразный.

Ну и 5-я часть — это гимн, это «Воскресение Бога», это Воскресение Человека. Мощный финал, перекликающийся с первой частью симфонии.

Когда появляется хор, мы неизбежно вспоминаем Девятую Симфонию Бетховена. Конечно, каждый композитор, если ставит в финальную часть Хор — значит он идет вслед за Бетховеном.

И дирижер Янник Незе-Сегу делает чудеса со своим оркестром. Тут есть и страшный символ смерти “Dies Irae”, идет борьба за человека, слышна тема, которую сам Малер назвал «Глас Вопиющего в Пустыне».

А самый финал — «Ода» Клопштока. И это не «Обнимитесь миллионы!» Шиллера, а главные слова «Ты воскреснешь!»

Как ни странно, финал оперы «Тристан и Изольда» и финал 2-й симфонии Малера сходятся. Вагнер сформулировал в опере тему «Любви-Смерти» (Liebestod)… a Малер, поклонник и последователь Вагнера, воплощает эту мысль.

Только он говорит о «Воскресении».

А в нынешней постановке оперы «Тристан и Изольда» тоже есть воскресение. Вполне реальным способом — рождается ребенок, который безусловно продолжит жизнь своих родителей.

Удивительное совпадение в Нью-Йорке в эти два дня.

Спасибо всем причастным! И особое спасибо — неутомимому дирижеру Яннику Незе-Сегу. Два таких вечера — огромная нагрузка.

А дирижер только наслаждался. И доставил истинное наслаждение огромному количеству слушателей. Мы уже знаем, сколько было человек в этих двух залах — 7.500.

Ждем следующих встреч!

Примечание

Foto Karen Almond Metropolitan Opera

Foto Chris Lee Carnegie Hall+