Вопреки тому, что в монетной чеканке была увековечена «Победа над Парфией, трехдневное сражение неподалеку от Нисибиса завершилось не в пользу Макрина, и в начале 218 г. он был вынужден подписать бесславный мир, согласившись освободить пленных и выплатить значительную контрибуцию.
БУКЕТИК ЗЛА
Полинe Лихтшайнхоф — талантливому писателю и прекрасному человеку с уважением и благодарностью посвящается
Рассказ написан на грани документального реализма и фантасмагории и с элентами интертекстуальности и гротеска.
Поставь на стол в стакан букетик зла,
Найди в толпе фигуру Короля,
Забытых королей на свете тьма,
Сейчас сентябрь, потом придет зима.
Процессия по улице идет,
И дождь среди домов угрюмо льет,
Иосиф Бродский: «Шествие»
Узнал, что погибли навеки царь парфянский,
и воинство парфянское, и держава
парфянская и осталось парфянам только то
утешение, что они и персы — единый народ.
Александр Орфис: «История Его крови»[1]
Я — Артабан, сын Вологеза, царь царей, царь Парфии.[2] Но разве я мог поступить иначе ?!
Разве я мог отдать престол убийце моего отца — и своего тоже ?!
«Аршак[3] убивал свою жену, в то время как евнух Арбак занес над ним свой меч»[4]
А евнух-то из твоей свиты, братец мой единокровный! А мамашу твою злоковарную отец наш за дело в преисподнюю отправил, ибо пыталась она пойти по стопам Музы,[5] ромеянки проклятой:
«Около этого времени пал от руки сына своего Фраатака парфянский царь Фраат [IV]. Поводом к этому послужило следующее: хотя у Фраата были законные дети, однако он взял себе в наложницы итальянскую рабыню Формусу, которую прислал ему в числе прочих даров Юлий Цезарь [Октавиан Август]. Сперва он находился с нею в незаконном сожительстве, но с течением времени, увлеченный ее красотою, женился на ней и сделал ее своею законною супругою. После того как она успела родить ему сына Фраатака, она вскоре достигла огромного влияния на царя и задумала приложить все старания, чтобы укрепить за своим сыном престол парфянский. Впрочем, она [вскоре] увидела, что достигнет этого не иначе как если коварным образом избавится от законных детей Фраата. Тогда она стала уговаривать последнего отправить законных детей в Рим в качестве заложников. Так оно и было сделано (Фраат не был в состоянии отказать Формусе в чем бы то ни было), и Фраатак, оставшись один, получал теперь подготовку к будущему правлению. Но вместе с этим юноше показалось слишком долгим ждать смерти отца для получения престола, и потому он задумал умертвить отца при содействии своей матери»[6]
Ска́жете, что надо верить женщинам, а не мужчинам?[7]
А может, даже заподозрите, что на самом деле не братец, а я сам евнуха Арбака попутал, чтобы престол парфянский занять и где-нибудь какой-нибудь геноцид учинить?
Я-то продолжаю, не все ли равно?[8]
«Вернувшись в Антиохию, он [Каракалла][9] потребовал от Артабана, царя Парфии, дочь в замужество; когда тот не согласился Каракалла опустошил его страну.»[10]
Но разве я мог поступить иначе?! Разве я мог отдать родную кровь и плоть на растерзание дэву[11] кровожадному ?!
Вы только послушайте, что этот дикий зверь Авзонии[12] с ближними сотворял:
«Он убил и ту, что была дочерью Плавтиана, а его женой и находилась в Сицилии; и двоюродного своего брата, носившего имя Севера, сына Пертинакса; сына Люциллы, сестры Коммода, — вообще всех, кто принадлежал к императорскому роду, а в сенате — происходил из патрициев»[13]
«Каракалла решил убить брата во время праздника Сатурналий, но план провалился, поскольку поползли слухи о его намерениях. Гета[14] увеличил охрану, солдаты и атлеты дежурили у его покоев день и ночь. Тогда Каракалла избрал иную стратегию. Он предложил Юлии Домне пригласить их обоих — без сопровождающих — в свои покои для примирения. Когда Гета вошел в комнату, центурионы Каракаллы набросились на него и зарубили мечами.»[15]
А в конце-концов, с родной матерью…[16] «— Ты… можешь. Разве ты не император?»[17]
Ска́жете, что в исторических источниках не всё так однозначно ?
А может, даже вспомните, что среди людей Вахви Даэны[18] и не такое бывало,[19] и обвините меня в этноцентризме и двойной морали ?!
Я-то продолжаю, не все ли равно?
«Каракалла затем опустошил большую часть Мидии, разграбил множество крепостей и захватил город Арбелу,[20] где разрыл гробницы парфянских царей и разбросал их кости»[21] «Рядом лежали римские легионеры и парфяне, женщины, даже дети, и порой у трупа убитой матери плакал несчастный младенец. Уже в воздухе тошнотворно и сладковато пахло быстро загнивающей человеческой кровью. Толпы победителей бродили из дома в дом, ссорясь из-за добычи.»[22]
Но разве отец, защищавший дочь, мог поступить иначе?!
Ска́жете, родную дочь спас, а чужих дочерей погубил?
А может, даже процитируете: «Все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах.»?[23]
Я-то продолжаю, не все ли равно?
«Приблизительно в это же время, в начале апреля Каракалла был убит на пути из Эдессы в Карры, и его сменил на троне Макрин.[24] Поскольку новый император посчитал, что сейчас не лучшее время продолжать войну с парфянами, он вернул пленных (захваченных в предыдущей кампании?), осудил поведение Каракаллы и попросил у Артабана мира. Тот сразу отверг это предложение»[25]
Но разве я мог поступить иначе ?! У врагов переменился начальник, но не дух.[26] Злой дух. Ариман губитель…[27] Придут убивать нас снова…[28] Нет, не придут!
«На рассвете показался Артабан с огромным своим войском. Погибло столько людей и животных, что все поле было покрыто целыми горами трупов, особенно потому, что падали друг на друга верблюды. Это мешало сражающимся свободно передвигаться; невозможно было разглядеть врага, потому что посредине образовалось что-то вроде большого и непроходимого вала из тел; поэтому, не имея возможности идти друг на друга, те и другие вернулись в лагерь»[29]
Ска́жете, братья, будем любить друг друга,[30] перекуйте мечи на орала, и вообще миру мир?
А может, даже запоёте: «Милые, добрые взрослые! Отмените войну»?[31]
Я-то продолжаю, не все ли равно?
«Вопреки тому, что в монетной чеканке была увековечена «Победа над Парфией*, трехдневное сражение неподалеку от Нисибиса завершилось не в пользу Макрина, и в начале 218 г. он был вынужден подписать бесславный мир, согласившись освободить пленных и выплатить значительную контрибуцию.»[32] «Парфянин [Артабан V.] согласился на мир, отчасти по этой причине и отчасти из-за недовольства своих воинов, давно покинувших родные дома и к тому-же страдавших от недоедания, поскольку у парфянской армии отсутствовали запасы провианта, а продовольственные склады были уничтожены или перевезены в крепости»[33]
Но разве я мог поступить иначе ?! Как давно пора моей стране выдохнуть и дух перевести![34]
Ска́жете, что не имел права оставлять безнаказанными грабителей, насильников и убийц?
А может, даже упрекнёте, что заморозил линию фронта, с народом не посовещавшись?
Я-то продолжаю, не все ли равно?
Вроде бы забыли о войне.[35] Но ненадолго. «Около 212 г. началось восстание, которое должно было положить конец империи Аршакидов. Поначалу оно представляло собой серию мелких войн между царями и князьями, контролировавшими районы в области Персиды/Парса, которая, несомненно, в то время была независимой от центральной власти. Ардашир, сын Папака, сына Сасана, расширив свою территорию за счет владений соседних царьков, убедил своего отца восстать против непосредственного владыки [Гочихра, царя Стахра.].[36] Папак принял тогда титулы «бог» и «царь» и просил разрешения у парфянского «великого царя» Артабана посадить своего сына Шапура на трон убитого [Ардаширом и Папаком] сюзерена [Гочихра]. Эта просьба была отклонена.»[37]
Но разве я мог поступить иначе?! Сегодня сынка «Гочихром» сделает, а завтра царём царей! Сам ведь хвастал: «Единый народ парфяне и персы, а значит я и мой сын не только Персией, но и Парфией править будем!»
«Папак вскоре умер, и его место занял Шапур, который по прошествии короткого времени погиб под обломками упавшей на него стены. Ардашир поспешил в Истахр и был признан царем. Около 220 г. вспыхнуло и быстро и широко распространилось восстание против власти парфян. Союзниками Ардашира были какие-то мидийцы вместе с Шахратом из Адиабены и царем Домицианом из Керх Слух (Киркука).»[38]
Движухи захотели?! Но не разучились ещё воевать ратники парфянские! Вот только … нет отваги в них, и нет злости.[39]
Ска́жете, что Парфия уже представляла собой дряхлую развалину?[40]
А может, даже воскликните со злорадством: «Стрелою в самое тебя попали, о Парфия, метательница стрел»?[41]
Я-то продолжаю, не все ли равно?
«Заключительный этап борьбы начался в весеннее время. Всего за один год союзники вторглись в Месопотамию (район Селевкии-Ктезифона) и Бет Арамайю (к северу), совершили неудачное нападение на Хатру, затем опустошили Бет Забдай (Забдицену) и в конце концов вторглись в Арзун (Арзанену). Вологез V, очевидно, был убит в сражении, так как его последние монеты датируются 222/223 г.»[42]
Пал смертью храбрых на поле битвы. Мне его так жалко стало, что даже расплакался.
А там и сомнения одолели: может и не ты, брат мой Вологез, отца нашего в преисподнюю отправил? Много зла покойный родитель сотворил, много зла и пережил. Что поделаешь — мы все в крови, своей или чужой.[43]
Ска́жете, что приход Сасанидов влил свежую кровь и принес повое воодушевление в мир, который крайне нуждался в таких стимулах?[44]
А может, даже возопите, что у парфян не хватило мужества белый флаг поднять?[45]
Я-то продолжаю, не все ли равно?
«Но осталась малая горстка воителей парфянских. Собралась она в боевые ряды на равнине Ормиздаган и решилась на великую битву. Вскоре узрел я на поле сечи грозного баxадура персидского в плаще из львиной шкуры, крушившего мечом сильнейших воинов парфянских как мельничный жернов пшеничные зёрна»[46]
Он и меня сокрушил. С той поры нет мне изгнанья ни в рай ни в ад[47] уже без малого восемнадцать веков.
Ска́жете, если всё равно, то почему я всё продолжаю и продолжаю? А может, даже спросите, зачем несчастливый, смятенный солдафон[48] вообще в нашу замечательную Процессию затесался? И разве вы можете поступить иначе?!
А всё-таки я — Артабан, сын Вологеза, царь царей, царь Пар… Но … если брат не отцеубийца нечестивый, а изгой безвинный, то я, выходит, не государь законный, а узурпатор злоковарный! Да что-же я натворил?!
Люди, простите меня!
Примечания
[1] Документально-фантасмагорический рассказ о родителях пророка Мани — парфянине Патике и еврейке Мариам.
[2] Артабан V (около 213–227), сын Вологеза IV, брат и противник Вологеза V. См. Нельсон Дибвойз: «Политическая история Парфии».
[3] Имя «Аршак» было тронным прозвищем всех парфянских царей. См. Нельсон Дибвойз: «Политическая история Парфии».
[4] Лукиан. Автор «Букетика зла» произвольно относит эти слова к царю Вологезу IV.
[5] Царица Парфии римского происхождения, жившая примерно за 200 лет до описываемых событий. В монографии Иосифа Флавия «Иудейские древности» она названа Формусой.
[6] Иосиф Флавий «Иудейские древности» (дословная цитата). См. также исторический роман Ларисы Склярук «Царица Парфии» (2021)
[7] Саркастическая отсылка к (насквозь лживому) «воканутому» лозунгу «Believe the women!» («Верьте женщинам!“)
[8] Иосиф Бродский: «Шествие» / «Романс короля» (почти дословная цитата).
[9] Римский император (211–217).
[10] Википедия.
[11] Демон в зороастрийской религии.
[12] Так Каракалла с гордостью сам себя называл. См. Дион Кассий «Римская история». «Авзония»: архаичное название Италии.
[13] Геродиан: «История императорской власти после Марка [Аврелия].»
[14] Римский император (211–212). Брат, соправитель и жертва Каракаллы.
[15] Майкл Грант: «Римские императоры» (дословная цитата).
[16] Каракалле уже при жизни приписывалась кровосмесительная связь с его матерью Юлией Домной.
[17] Антонин Ладинский: «XV. легион» (дословная цитата).
[18] «Благая вера» (авест.) Древнее название зороастризма.
[19] «Согласно пехлевийским сочинениям, эта форма брака очень похвальна, особенно если женятся близкие родственники внутри одной семьи — отец и дочь, брат и сестра или даже мать и сын. Название этой формы брака дается в зороастрийском символе веры — Фраваране. Но оно занимает в нем довольно странное место — упоминается в конце пассажа, посвященного возвышенным утверждениям общего характера, а потому, видимо, было вставлено позднее. В этом отрывке (Ясна 12, 9) говорится: «Я объявляю себя приверженцем веры, почитающей Мазду, веры, которая заставляет [врагов] сложить оружие, которая поддерживает обычай хваэтвадата, которая праведна».» Мэри Бойс: «Зороастрийцы» (дословная цитата).
[20] Современный Эрбиль в Иракском Курдистане.
[21] Нельсон Дибвойз: «Политическая история Парфии» (дословная цитата)
[22] Антонин Ладинский: «В дни Каракаллы» (дословная цитата).
[23] «Всеобщая декларация прав человека» (дословная цитата)
[24] Римский император (217–218). Убийца и преемник Каракаллы.
[25] Нельсон Дибвойз: «Политическая история Парфии» (дословная цитата)
[26] Слова нумидийского царя Югурты согласно книге Гая Саллюстия Криспа «Югуртинская война»
[27] Дьявол в зороастрийской религии.
[28] Роксолана Гулинская: «Куда нас теперь куда» (дословная цитата)
[29] Геродиан: «История императорской власти после Марка [Аврелия]» (несколько сокращённая цитата).
[30] Лев Толстой: «Путь жизни». Это-же сочинение говорит про «евреев, распявших Христа». См. Александр Орфис: «Царство Божие внутри вас, или Великий барин земли русской»
[31] Детская песенка, которую до недавнего времени на все лады пропагандировали в постсоветской России.
[32] Майкл Грант: «Римские императоры» (дословная цитата).
[33] Дион Кассий: «Римская история» (перевод с английского).
[34] Нателла Болтянская: «Пастушья песня» (дословная цитата)
[35] Нателла Болтянская: «Пастушья песня» (дословная цитата)
[36] Князь Персиды Папак был вассалом царя Стахра Гочихра, а тот, в свою очередь, подчинялся парфянскому «царю царей». См. Михаил Дьяконов: «Очерк истории древнего Ирана».
[37] Нельсон Дибвойз: «Политическая история Парфии» (дословная цитата)
[38] Нельсон Дибвойз: «Политическая история Парфии» (дословная цитата)
[39] Нателла Болтянская: «Пастушья песня» (дословная цитата)
[40] Нельсон Дибвойз: «Политическая история Парфии» (дословная цитата)
[41] Вильям Шекспир: «Антоний и Клеопатра» в переводе Бориса Пастернака (дословная цитата).
[42] Нельсон Дибвойз: «Политическая история Парфии» (дословная цитата)
[43] Иосиф Бродский: «Шествие» / Комментарий к «Романсу короля» (дословная цитата).
[44] Нельсон Дибвойз: «Политическая история Парфии» (дословная цитата)
[45] В марте 2024 года Папа римский Франциск призвал Украину к «мужеству белого флага».
[46] Александр Орфис: «История Его крови»
[47] Иосиф Бродский: «Шествие» / «Романс короля» (дословная цитата).
[48] Иосиф Бродский: «Шествие» / «Романс короля» (дословная цитата).
Одновременно «Букетик зла» является почтительным омажем Иосифу Александровичу Бродскому.
«Забытый Король» из его «Шествия» это «Артабан, сын Вологеза, царь царей, царь Парфии».
Надеюсь, что мне удалось убедительно показать этакого «чеховского интеллигента» на имперском престоле — не трусливого (погибает в бою), но несчастного, мучительно сомневающегося, беспомощно рефлектирующего…
Вечно сомневающийся, ищущий самооправдания (хотя он уверяет, что ему все равно) персонаж подкупает неоднозначностью. Что своей, что истории, в которой он был персонажем — царем, воителем, отцом.
Пятый рассказ из цикла «Пророк и прочие»
1
«История Его плоти»
2
«История Его крови»
3
«Barritus!»
4
«Дом Филиппуса’