Скамбры же существа весьма нахальные. Ходят группами, мордочками напоминают человеческих детенышей, а телами небольших медвежат с крыльями. Они не ждут подобно фироне, пока вы догадаетесь их угостить, а совершают дерзкие налеты на деревни. На людей не нападают, но могут утащить кастрюлю с кипящим супом или жарящегося на вертеле ягненка.
БЕСТИАРИЙ СОЛНЕЧНОЙ ДОЛИНЫ
Анаквера
Между синей и белой горами лежит долина, богатая пастбищами и виноградниками. Через горы нет хороших дорог, только пешие тропки, и то для смельчаков или тренированных путников.
Живет там миролюбивый народ, на зеленых сочных пастбищах пасутся козы, а в виноградниках созревает больше пятидесяти сортов винограда, из которого делают превосходное вино, передавая из поколения в поколение секреты виноделия, свои в каждой семье. Впрочем, поскольку живут они в этих местах издавна, а привести из-за гор жениха или невесту редко кому удается, то давно уже переженились все троюродные, и даже двоюродные родственники. Можно сказать, стали одной семьей.
И вот этот народ сумел приручить озерное чудище анакверу. Анакверы тоже живут здесь издавна, похожи они на жирафов, только вместо ног у них ласты, а вместо шерсти чешуя. Питаются в основном рыбой, но иногда могут схватить за пятку какого-нибудь легкомысленного купальщика и тоже неплохо перекусить.
Рассказывают, что однажды во время деревенского праздника анаквера вылезла из воды и поползла по берегу. Поскольку шея у нее длинная, ей не стоило большого труда дотянуться до праздничного стола и добраться до чаши с вином. Народ в страхе разбежался, а анаквера, не торопясь, выпила все вино.
От этого она пришла в хорошее настроение, легла на спину и ритмично задвигала ластами, издавая при этом булькающие звуки.
Рассказывают, одна умная женщина сразу догадалась, что нужно делать. Она подошла к анаквере и почесала ей животик.
С тех пор в каждый деревенский праздник анаквер угощают вином — ставят тазики прямо на берегу. Анакверы выползают всей стаей и лакают, как кошки из блюдечек. А потом их чешут всем народом.
Надо ли говорить, что купальщиков больше не ели? И даже больше: однажды мальчик заплыл далеко и начал тонуть, так одна анаквера взяла его зубами за волосы и вынесла к берегу.
Гуликапы
В лесах, раскинувшихся на много километров на восток от Синей горы, живут люди, которые спят на деревьях. Нет, у них есть и обычные дома, с очагами и удобными лежанками, но когда они уходят в лес или в горы на охоту, или за целебными травами, экспедиция может длиться несколько дней.
Для ночевки берут с собой специальные сети-коконы с крюком, с помощью которого подвешивают сеть на толстую ветку дерева, а потом люди забираются в кокон и спокойно спят. Кого же они боятся — хищников? Хищников, конечно, тоже, но настоящий, мистический ужас они испытывают при одном только упоминании гуликапов…
Гуликапы на самом деле существа довольно мирные, напоминают одновременно и крота, и сороконожку. Острой мордой с крепкими зубами и всеми пятьюдесятью лапками с твердыми когтями они легко выкапывают себе сложные норы-лабиринты с коридорами, тупиками и кладовыми. Питаются они обычно корнями растений, шишками, грибами, и, казалось бы, ничем не опасны человеку… В чем же дело?
Оказывается, когда они находят спящего человека, то нападают на него и небольшой стайкой утаскивают к себе в нору. В народе считают, что похищенные таким образом охотники попадают сразу в подземное царство мертвых, и выбраться оттуда уже не могут… На языке этого народа «гуликапы» означает что-то вроде «похоронники». Тихо лежащий человек им кажется мертвым, и они просто честно его хоронят.
По деревьям гуликапы лазить не умеют, так что кокон действительно спасает.
Нам могут возразить, а как же, мол, если человек просыпается? Начинает кричать, отбиваться руками и ногами, кусаться?.. А никак! — ответим мы и напомним вполне актуальный анекдот: «Доктор сказал, в морг, значит, в морг»…
Фироны, скамбры и пучелики
Этих трех существ объединяет главное — у них у всех человеческие лица.
Фирона остальной своей частью являет козу, только хвост у нее, как у лошади, и это ей ужасно нравится. Если вы встречаете фирону где-нибудь в поле, она сначала вам улыбнется, а потом обязательно повернется задом и продемонстрирует свой хвост. Зверь она вполне безобидный, только любит попрошайничать, так что если к вам в окошко заглянет симпатичная девица и с интересом будет смотреть, что у вас на ужин, не удивляйтесь, когда вынесете угощение, что у девицы копытца. Впрочем, она действительно мила.
Скамбры же существа весьма нахальные. Ходят группами, мордочками напоминают человеческих детенышей, а телами небольших медвежат с крыльями. Они не ждут подобно фироне, пока вы догадаетесь их угостить, а совершают дерзкие налеты на деревни. На людей не нападают, но могут утащить кастрюлю с кипящим супом или жарящегося на вертеле ягненка. Ограбив так одну деревню, они некоторое время пируют в своем лесу и радуются жизни, а проголодавшись, летят в следующую. Ни разу не случилось так, чтобы на одну и ту же деревню они напали два раза подряд, так что после налета люди расслабляются, перестают держать рядом с кухнями специальные трещетки — отпугивать скамбров, а когда расслабятся совсем, вот тут-то и появляется снова веселая банда.
Пучелики же давно стали настоящими домашними животными, только живут они под полом или в сараях. Размером они поболе обычной мыши, но до крысы не дотягивают. В солнечную погоду пучелики выползают погреться на крыльцо, развешивая пушистые хвостики, а личиками изображают такие гримасы, что не рассмеяться невозможно. Хозяйки их обычно любят и рядом с крылечками ставят кормушки с орешками, сушеными яблоками и кусочками батата.
И все бы ничего, но иногда так оказывается, что у фироны, или какого-нибудь скамбра, или у пучелика лицо точь-в-точь такое же, как у вашей тещи, или у одноклассника, который утонул лет 15 назад, или у соседа, который вот только что проходил по этой улице с тележкой мухоморов… Вот как такое объяснить?..
Кигза
Кигза — птица болотная, известная тем, что гнезд не вьет, яиц не несет, птенцов выращивает у себя в голове, и появляются они у нее прямо из клюва.
Тело кигзы напоминает надувную подушку и вполне заменяет ей гнездо. Оперенье серо-зеленое, сливающееся с водой, шея короткая, так что тяжелую голову (а она, конечно, тяжелая, раз в ней находятся птенцы) она помещает на удобное тело-подушку, и самое тяжелое (во всех смыслах!) время пережидает в зарослях тростника.
Когда же приходит время рожать, кигза выплывает на середину озера, открывает клюв, большой, вроде пеликаньего, и как бы выплевывает кигзят, одного за другим, иногда до 10 штук. У птенцов тоже надувные подушечки, так что они сразу плывут, напоминая стайку желтых резиновых уточек.
В остальном же стиль жизни кигзы ничем не отличается от стиля обычных водоплавающих птиц наших широт. А свое имя она получила из-за странного гортанного звука, которым подзывает детей, когда они расплываются слишком далеко: киг-за-киг-за-киг, причем «киг» она исполняет как ре диез, а «за» как ля, почти басом.
Салабаг
Если рядом с деревней селится салабаг, покоя нет никому. Похож он на огромную жабу, покрытую шерстью, и подобно тому, как обычная жаба ловит мух и комаров, салабаг ловит домашнюю птицу, предпочитая юных и нежных кур-первогодок, но соглашаясь и на тех, что постарше, а также на уток, и даже на гусей. Разве что индюк для него великоват.
Заборы не помогают. Одним прыжком салабаг преодолевает ограждение высотой в три метра. Хозяйки стали запирать птицу в курятники, не выпуская на открытые солнечные лужайки, но куры обиделись и перестали нести яйца.
Охотиться на салабага идут всей деревней. Мужчины берут с собой рыболовные сети, чтобы накинуть их на страшного зверя и взять в плен, а уж после разобраться с ним всерьез. Женщины и дети бьют поварешками по кастрюлям, улюлюкают, в общем, гремят, чем могут, чтобы салабаг от страха выдал свое укрытие.
Случалось всякое. В одной деревне, когда мужчины накинули сеть, салабаг не испугался, а прыгнул так, что в веревках запутались сами охотники, а он их потащил огромными прыжками и выбросил за много километров от деревни, изрядно обтрепав по пути. В изодранной одежде, в кровавых подтеках добрались они обратно в деревню, где их жены уже плакали и плели погребальные венки…
А если салабага удается поймать, устраивают праздник на всю деревню — жарят его мясо на углях, поют песни и танцуют, переодевшись в костюмы кур.
Гемгуры
Кто же не знает поющих гемгуров? Их держат в каждой уважающей себя деревне, и даже самые бедные поселения приглашают их на похороны и праздники, одалживая у соседей побогаче.
За то, чтобы позвать в гости гемгуров, жители готовы отдать, скажем, несколько мешков спелых слив. Это вполне нормальная цена. Сами гемгуры сливы тоже любят, так что и им достанется.
Держат гемгуров в специальных загонах, туда же высаживают для них на грядки еду — траву, цветы, ягоды с овощами. Сбежать они вряд ли захотят, а вот задуматься и заблудиться могут.
Гемгуры бывают белые, рыжие и пятнистые, никогда заранее не угадаешь, какого цвета родится детеныш. Тела у них длинные, ходят они на четырех лапах, но когда поют, встают на две и вытягиваются, словно на цыпочках. Ушки большие, торчат вверх, что неудивительно — иначе откуда бы взялся такой хороший музыкальный слух?
Сами по себе гемгуры петь не будут, они поют за компанию. Зато стоит одному-двум человеческим голосам затянуть песню, как они начинают подпевать, и как! Подражая кто флейте, кто рожку, кто лютне, кто арфе, так что получается целый оркестр. И ведь ни одной фальшивой ноты!
Если гемгуры поют на свадьбе, их наряжают в белые пончо и шляпки с прорезями для ушей. Если на похороны — в серебристые плащи с капюшонами. В остальных случаях девушки деревни специально собираются компанией, чтобы придумывать и шить им наряды.
Каждая деревня гордится своими гемгурами, и даже есть пословица — «покажи мне своих гемгуров, и я скажу, где ты живешь».
Большеголовые кафрики
Эти птички есть в каждом доме, без них никак. Живут они в клетках, по несколько штук сразу. По размеру как снегири, только голова большевата для такого тельца. Оперенье серое с небольшими вкраплениями зеленого, в общем — ничего особенного, зачем же их держат?
Ответ простой — они светятся в темноте! С ними не нужно ни свечей, ни электрических лампочек, в доме и так светло. Хочешь поспать — накрой клетку покрывалом и спи спокойно, никто тебе не мешает. А если хозяину или хозяйке понадобилось вечером выйти из дома, они берут клетку в руку и несут наподобие фонарика — все отлично видно! Причем днем все кафрики одинаково серые, а светятся кто желтым, кто розовым, кто голубым — красота!
Но чтобы они светились, им нужна солнечная энергия. Поэтому днем клетки с кафриками выносят в сад и вешают, например, на яблоню. И они весь день заряжаются, как аккумуляторные батарейки.
Когда кафрики долго живут в неволе, они тускнеют. И тогда их выпускают и ловят новых — их много в наших лесах.
Если зайти в лес ночью, можно наткнуться на дерево, на котором пристроилась спать стайка кафриков. Оно похоже на новогоднюю елку с гирляндой.
Перепутты
Вы видели черепах, которые лазают по деревьям? Нет? Тогда вам надо обязательно познакомиться с перепуттами.
На первый взгляд они очень похожи на черепах — на спине панцирь, голова или высовывается из него, или прячется внутрь… Но животик мягкий, а вместо лап специальные щупальца-присоски, которыми они крепятся к стволу дерева. С их помощью они и перемещаются. Питаются в основном тонкими веточками и листьями, но могут спуститься вниз и пощипать траву.
Невнимательный прохожий может принять перепутта за обычный нарост на дереве, вроде капы и сувеля или за какой древесный гриб.
Женщины любят украшения из панциря перепутта, особенно ожерелья, но охотиться на них не принято. Да и зачем охотиться, если перепутт, доживший до самой старости, просто теряет силу щупалец, а умерев естественной смертью, сваливается с дерева. Так что женщины просто идут гулять в лес с корзинками и собирают — то гриб попадется, то перепутт.
Но есть одна проблема, связанная с перепуттами. Некоторые люди считают, что перепутт — это от «перепутья», и другие что от «перепутал». Когда споры достигают наибольшего накала, в деревне случается драка. Шишек, синяков, подбитых глаз и клочьев выдранных бород бывает не счесть…
А казалось бы, такой мирный зверь…
Харзаг
Самые богатые деревни могут позволить себе держать настоящего харзага. Он большой и красивый, с длинной шелковистой шерстью, вьющейся локонами, с печальными золотыми глазами и маленькими аккуратными ушками. В длину харзаг может достигать пяти-шести метров, на спине у него гребень наподобие рыбьего плавника, который он складывает и раскрывает по своему усмотрению.
Непонятно, какое практическое применение можно найти этому гребню — разве что вызывать восхищение у публики или у собственной самки в период спаривания. Надо сказать, что гребень есть и у самки, внешне она почти ничем не отличается от харзага-самца, но когда они находятся рядом, сразу ясно, кто есть кто: самка принимает ухаживания, а самец ухаживает, расчесывая длинную шерсть подруги своей большой лапой с когтями. Держат их как правило парами, чтобы не скучали.
Лежат харзаги обычно на лужайке рядом со специально вырытым неглубоким бассейном. Плавать не умеют, но любят лежать в теплой воде и греться на солнышке. Их длинная шерсть поднимается в воде и колышется, словно водоросли. В жару уходят в тень, для них строят специальные навесы, покрытые соломой, и там, под навесами, ставят чаши с родниковой водой.
Публика обычно стоит в отдалении и ждет, раскроет харзаг свой гребень или так и будет лентяйничать. Если кто-то из зевак подойдет слишком близко, харзаг может рассердиться и зарычать, демонстрируя острые клыки. Мальчишкам это нравится, и они его дразнят нарочно. А сторож-смотритель замахивается на мальчишек метлой, и они с визгом разбегаются, только пятки сверкают.
Пегона, бугр и фанагр
Может показаться, что жизнь в наших краях расслаблена и не опасна, но это не так. В лесу полно хищников, чаще других встречаются пегона, бугр и фанагр.
Пегона — зубастая змея с двумя головами с разных сторон, одна как бы со стороны головы, другая со стороны хвоста. Ползти она может в любую сторону, словно поезд метро. Нападая на зверя или человека, она прыгает и обвивается вокруг шеи, как воротник, и давит, пока не задушит окончательно. Тогда она выпускает жертву, устраивается поудобнее и обедает, сразу двумя головами. Порой эти головы начинают конкурировать за лучший кусочек, и все может закончиться их дракой, а то и смертью пегоны.
Бугр интересен тем, что задние ноги у него с копытами, как у лося, а спереди лапы, которыми он может цепляться за дерево, или раздвигать ветки. Ходить он может как на всех четырех, так и на двух конечностях. На голове корона из шести рогов, так что нападает он, бодая жертву. Лапами и клыками раздирает ее на куски, но сразу не съедает, а делает нычки, порой забывая, где их сделал. Поэтому иногда говорят — «глупый, как бугр».
Фанагр, пожалуй, самый красивый из хищников. Благородная осанка, острый, загибающийся книзу клюв, грация всего его тела, покрытого синей чешуей с переливами, даже потенциальную жертву заставляют любоваться. Он так похож на птицу, что пытаешься найти крылья, хоть на боку, хоть на спине, но их нет. Возможно, они были утеряны в процессе эволюции, так как мешали фанагру бегать по лесу, цепляясь за ветки деревьев и кустарников… Жертву он раздирает клювом, предварительно повергнув точным ударом в самый затылок.
При таком количестве врагов люди, идущие в лес, должны быть соответственным образом экипированы. Вилы и топоры таскать с собой и тяжело, и неудобно. Самым распространенным средством защиты стал проволочный шар с шипами-гвоздями, привязанный к веревке. Заметив хищника, человек старается выйти на открытую полянку и раскручивает веревку с шаром, так что зверю к нему не подойти без того, чтобы не получить гвоздем по носу или в глаз. А если хищник уже напал, нужно постараться такой шар засунуть ему в пасть.
Манурки
Было бы странно, если бы не было манурок. Ведь для них лес заранее приготовил еду. Именно манурки живут тем, что разыскивают нычки, сделанные буграми.
Похожи они на длинноносых крыс, настолько длинноносых, что ноздрей помещается шесть. Они бегут себе по лесу, поводят мордочкой, принюхиваются… Когда нычка выдает себя специфическим запахом, начинают быстро-быстро копать маленькими лапками.
Одной нычкой бугра целая семья манурок может питаться примерно месяц.
Ластоногий музель
Когда в долину приходит зима, дороги и дома заносит снегом, так что ни пройти, ни проехать. А уж те деревушки, что находятся повыше в горах, и вовсе оторваны от мира.
Жители заноряются в своих домах, топят печки, пьют чай с медом и вареньем, играют в лото или скрабл, но пойти в гости к соседям это целая история. Даже работая лопатами с двух сторон, иногда успевают раскопать тропинку только к ночи, а устают так, что начинают храпеть, еще только снимая носки.
В этот тяжелый час на помощь приходит ластоногий музель. Он крепкий и выносливый, а задние лапы у него как большие ласты, и, подобно лыжникам на широких лыжах, он не проваливается в сугробы, а спокойно шагает, как по ровной дороге, так что и до соседней деревни дойти не проблема. Передние лапки у него маленькие, с коготками и подушечками, как у большой кошки, и ими он очень любит обниматься. На мордочке у музеля усы, а черные глаза выпуклые и блестящие, как огромные черные смородины.
На своей спине он способен перенести взрослого мужчину и еще рюкзачок в придачу, так что вопрос зимней почты оказался решен. Идя один, музель может заблудиться, но на спине в таких случаях сидит почтальон, хорошо знающий местность.
Хозяйки передают с ним баночки варенья, записки с рецептами, школьники домашние задания, поэты стихи, а серьезные мужчины дрель или, скажем, шуруповерт. Кроме письма и посылки музель обязательно передает обнимашки, и каждая хозяйка, в чей дом он пришел, старается угостить его чем-нибудь вкусным. Почтальону тоже достается.
Летом ластоногая почта не работает, и музель проводит время в озере, плавая туда-сюда. Иногда только вылезет, поймает кого-нибудь и как обнимет!
Эпилог
И когда начинается бурленье в соседних королевствах, когда поднимаются мертвые из своих могил, вырастая размером с саму синюю гору, когда идут друг на друга с копьями шеренги живых, чтобы стать мертвыми, а глаза их горят праведным огнем, — я не знаю, куда мне спрятать мою долину, такую маленькую, такую солнечную, как мне ее защитить…
