Моя цель — это сохранение человеческой цивилизации, всех могучих произведений и ценностей, созданных на протяжении тысячелетий. Я совершенно уверен, что большая война уничтожила бы это все, да и, наверное, большую часть человечества. Я считаю, что нет такой политической цели, которая бы оправдала подобные жертвы. Мне кажется, что политики, как на Западе, так и на Востоке, хотя и утверждают, что знают это, не понимают, о чем идет речь.
ВРЕМЯ И ПРОСТРАНСТВО ЮРИЯ РУМЕРА
Главы из новой книги
(продолжение. Начало в № 1/2025 и сл.
Печатается с сокращениями)
***
Румер Ю. Б. — Бергманну П.[1]
[Лето—осень, 1955]
ПЕРЕВОД
Дорогой профессор Бергманн!
Я получил письмо от профессора Борна, в котором он мне сообщает, что по моей просьбе он послал Вам тезисы моего доклада на совещании по квантовой электродинамике (Москва, апрель 1955 г.).
В журнале «Physical Abstracts» за 1951–1955 год Вы сможете найти краткие аннотации моих работ по пятимерной оптике, опубликованных в ЖЭТФ под общим названием «Действие как координата пространства».
Как Вы увидите, мои работы являются прямым продолжением Вашей и профессора Эйнштейна работы 1938 г. В них пятая координата получает физический смысл действия и введенная Вами новая мировая постоянная, обозначенная через «b», получает смысл постоянной Планка.
Я полагаю, что таким путем мы приходим к глубокому синтезу геометрических идей, воплощенных в общей теории относительности и основных идей квантовой теории, в чем и заключалась основная тенденция Ваша и профессора Эйнштейна работы.
Пятимерная теория исходит из вновь обнаруженной глубокой симметрии уравнений классической и квантовой механики в пространстве, времени и действии. Эта симметрия позволяет сформировать каждую проблему классической и квантовой механики как проблему геометрической и волновой пятимерной оптики о распространении волн в пятимерном пространстве Римана, которое топологически замкнуто в пятимерном пространстве «h».
Я думаю, что эта симметрия в пространстве, времени и действии является истинным основанием как оптико-механической аналогии Гамильтона—Шредингера, так и всех до сих пор предложенных пятимерных теорий.
Сейчас немногие интересуются подобными проблемами. Вы один из этих немногих. Поэтому я надеюсь, что мои работы привлекут Ваше внимание.
Ваш Ю. Румер
P.S. Я прилагаю оттиск из «Успехов математических наук», в котором дается строгий математический вывод вновь установленной симметрии в пространстве, времени и действии. Я надеюсь, Вы найдете возможность перевести русский текст на английский.
***
Румер Ю. Б. — Шредингеру Э.[2]
18 января 1956 г. № 8
Профессору Эрвину Шредингеру в Дублин (Ирландия)
Уважаемый дорогой профессор Шредингер!
25 лет назад я был у Вас в Берлине, и Вы любезно согласились послать рекомендательное письмо в Московский университет, куда я подавал заявку на позицию профессора. Вы вряд ли вспомните этот случай, но для меня он в определенной степени стал оправданием, чтобы Вам написать. За прошедшие 25 лет я постоянно трудился над тем, чтобы найти истинный смысл многих пятимерных обобщений теории гравитации Эйнштейна.
Я точно убежден в том, что мне действительно удалось существенно продвинуться в этом направлении, в течение последних 10 лет я опубликовал 10 научных статей в русском физическом журнале на эту тему. Несколько месяцев назад я провел открытые лекции в Московском университете о моих работах в этой области. В течение нескольких месяцев в Москве выйдет моя монография на эту тему.<…>
Перед тем, как посетить Вас в Берлине в 1931 году, я побывал у Эйнштейна, где обсуждался вопрос пятимерного обобщения теории относительности. Эйнштейн особенно выделил следующие три недостатка.
- В этой теории пятое измерение пространства вводится чисто формально, отсутствует физический смысл пятого измерения.
- Неудовлетворительна необходимость вводить условие цилиндричности (независимость тензора массы от пятой координаты).
- Наряду с 10 гравитационными потенциалами и 4 электромагнитными потенциалами появляется один дополнительный скалярный потенциал, который сложно интерпретировать с точки зрения физического смысла.
Эти недостатки в моей теории пятимерной оптики будут устранены следующим образом:
- Пятое измерение соответствует действию, что легко можно интерпретировать с точки зрения физического смысла. Действие, как и остальные четыре координаты, определены только с точностью до аддитивной функции.
Это свойство действия хорошо известно и из дорелятивистской классической механики. Что касается остальных четырех координат, наличие этого свойства показала только общая теория относительности.
- Условие цилиндричности, которое налагается на метрические потенциалы, возникает только при предельном переходе и в квантовой теории заменяется на требование микроскопической периодичности пятой координаты действия. В классической теории условие цилиндричности соответствует закону сохранения заряда, так как в этом случае тяжело заряженные кванты не будут испускаться или поглощаться. Замещение более строгого условия цилиндричности на более слабое условие микроскопической периодичности позволяет учитывать процессы испускания и поглощения (Emmision und Absorbtion) тяжело заряженных частиц в общей квантовой теории излучения.
- In der приближении классической механики движение заряженной частицы описывается с помощью уравнения эйконала, которое является однородным в метрических потенциалах. Но в классическом приближении физический смысл могут иметь не 15 метрических потенциалов, а только 14 коэффициентов, используя которые можно выразить величины […].
Моя пятимерная оптика связана со следующими тремя работами.
- Феликс Кляйн еще в 1891 году первым заметил, что любая задача механики может быть представлена как задача оптики в пространстве большей размерности. Ф. Кляйн, О новых английских работах в механике. Собрание сочинений II,
- Оскар Кляйн в 1926 году впервые обнаружил взаимосвязи между квантовой теорией и пятимерной теорией относительности. (Физический журнал 37 (1926) стр. )
- В 1938 году А. Эйнштейн и П. Бергманн заменили более сильное условие цилиндричности на более слабое условие периодичности. (А. Эйнштейн, П. Бергманн, Обобщение электрической теории Калуза. Annals of Mathematics 39 (1938)
Но так как в их работе пятое измерение еще не эквивалентно действию в физическом смысле, период пятой координаты в свою очередь не соответствует кванту действия Планка. Я думаю, Эйнштейн не смог продвинуться дальше в этом направлении, потому что он был абсолютно уверен в том, что задача единой теории поля является исключительно классической и может быть решена без применения идей квантовой физики.
Я прошу прощения за то, что вам пришлось потратить свое ценное время на мое письмо. С глубоким уважением, Ваш Румер.
***
Румер Ю. Б. — Гайтлеру В.[3]
Профессору Вальтеру Гайтлеру, Цюрих, Швейцария.
[18.01.1956]
Дорогой Вальтер!
Я прочитал второе издание твоей книги о квантовой теории радиации и узнал из предисловия о том, что ты женился. Пожалуйста, прими мои запоздалые искренние поздравления. Сейчас я живу в Новосибирске, где я занимаю позицию начальника отделения физики Академии Наук. Я здоров и хорошо себя чувствую. Я буду очень рад, если ты подашь о себе весть.
Последние годы я был занят одной задачей, с которой ты можешь ознакомиться из копии документа, приложенного к этому письму[4]. Я надеюсь, ты наберешься терпения и дочитаешь этот документ до конца. Я бы хотел подчеркнуть, что речь здесь идет исключительно о вопросе математического характера, а именно:
Наряду с трехмерной формулировкой, изначально предложенной Эйнштейном, и хорошо известной формулировкой Минковского существует возможность пятимерной формулировки задачи классической релятивистской механики движения заряженной точечной массы в заданных полях. В области применения классической механики все три концепции равноправны и эквивалентны. В качестве пятой равноправной координаты выступает действие. В формулах классической релятивистской механики существует значительная симметрия между пространством, временем и действием.
Я повторяю, что речь идет о вопросе исключительно математического характера. Каким образом эта недавно открытая симметрия между пространством, временем и действием может быть полезна для физической науки, станет понятно только с течением времени.
Как ты видишь, я сделал большой круг и уже на склоне лет вернулся к задаче, которая очень занимала меня в молодости. Ты тогда не приветствовал мои старания. Я едва ли могу надеяться, что ты согласишься с моими идеями. Я могу надеяться только на то, что исключительно из психологического интереса ты дочитаешь до конца мое письмо и прилагаемый документ.
Сердечный привет тебе, а также твоей жене.
Твой ….
***
Румер Ю. Б. — Вайскопфу В.[5]
Профессору Виктору Вайскопфу,
Массачусетский технологический институт, США. [18.01.1956]
Ответ получен 15.2.56.
Дорогой Вайскопф!
Коллеги передали мне от тебя привет из Женевы, что меня очень обрадовало. Я слышал, что тебя пригласят на конференцию в Советский Союз, и я очень рад нашей возможной встрече.
Я посылаю тебе копию письма к Шредингеру, которое поможет тебе ознакомиться с тем, над чем я работал в течение последних лет.
[…]
У меня есть теория, которую я назвал пятимерной оптикой, значительно развитая и опубликованная в нескольких статьях. С моими работами ты можешь ознакомиться из рефератов Physical Abstracts.
С сердечным приветом,
Твой ….
***
Румер Ю. Б. — Хекману О.[6]
Профессору Отто Гекманну, обсерватория Университета Гамбург (Г.Ф.Р.).
[18.01.1956]
Дорогой Отто!
Ave post secular! Мне было необходимо написать тебе это письмо, а также послать тебе копию моего письма к Шредингеру, которое поможет тебе ознакомиться с тем, над чем я работал в течение последних лет.
Я вспоминаю прекрасные часы, которые мы проводили в обсерватории Геттингена, когда ты помогал мне в написании статьи «О теории относительности». Если когда-нибудь мои работы заработают всеобщее признание, я бы не хотел, чтобы ты узнал об этом из других источников.
[…]
Я очень прошу тебя, передай искренний привет всем тем, с кем я был близок, и всем тем, кому ты считаешь уместным передать от меня привет.
С сердечным приветом
Твой ….
***
Хекман О. — Румеру Ю. Б.
Гамбургская Обсерватория Гамбург-Бергдоф
31 января 1956
Профессор Ю. Б. Румер Академия наук СССР Западносибирский филиал Новосибирск
Мичурина, 23
Дорогой Юра!
Большое спасибо за твое письмо от 24.1.56, которое сегодня я держу в руках. Краткое изложение твоей теории, конечно, разбудило мое любопытство. Мог бы ты как-нибудь представить полную версию на немецком для печати в отчетах о заседаниях или трудах немецкой академии наук (Адрес: Берлин, Егершрассе; может по рекомендации проф. Папапетру, Берлин, Гумбольдтский Университет)? У меня сейчас есть молодой сотрудник, Е. Шюкинг, который долго работал у Йордана и теперь со мной работает над подготовкой второго издания моей «Теории космологии». Ему хорошо известна 5-тимерная теория Йордана. Его наверняка очень заинтересует твоя работа.
В прошлом году мы встретили Борна на Гаусс-Празднованиях в Геттингене. Он поведал нам пару новостей о тебе. Может, ты когда-нибудь приедешь на Запад? Предположительно, мы будем в Москве в 1958 г. на заседании интернационального Астрономического Союза. Я был бы очень рад тебя при этой возможности повстречать. Ко мне как раз заходила моя жена, когда пришло твое письмо. Я «посчитал уместным» дать ей прочитать твое письмо,
Наши сердечные приветы, всегда твой, Отто Хекман
***
Вайскопф Ф. — Румеру Ю. Б.[7]
Массачусетский технологический институт Физический факультет
Кэмбридж 39, Массачусетс
Комната 6-305
5 марта 1956 г.
Д-ру Георгу Румеру Академия наук Москва, СССР
Уважаемый господин Румер,
Большое спасибо за Ваше письмо. Очень рад, что Вы продолжаете работать над интересными задачами. Тема моей работы, как Вы знаете, несколько другая, хотя и то и другое — одна большая наука физика. Меня сейчас больше интересует физика элементарных частиц, и в свете многочисленных недавно открытых экспериментальных фактов эта работа становится действительно интересной.
Меня заинтересовал Ваш комментарий по поводу того, что меня приглашают на встречу в Москве. Пока ничего об этом не слышал и был бы рад узнать какие-то подробности.
С наилучшими пожеланиями,
Искренне Ваш, Виктор Ф. Вайскопф
***
Хекман О. — Румеру Ю. Б.[8]
Гамбургская Обсерватория, Гамбург-Бергдоф 12. 11. 1956
Профессор Др. Ю. Румер, Академия наук СССР, Западносибирский филиал, Новосибирск,
Мичурина 23
Дорогой Юра!
Большое спасибо за присланную книгу. Действительно, я надеюсь, что владеющий русским коллега сможет подробнее объяснить мне ее содержание.
С сердечным приветом, твой Отто
***
Хунд Ф. — Румеру Ю. Б.
Институт Теоретической физики Геттингенского Университета[9]
Проф. Др. Ф. Хунд[10] Бунзенштр. 9
21.11.1957
11 Декабря Максу Борну исполнится 75 лет. Его геттингенским ученикам 1921—33 годов предлагается передать ему папку со своими фотографиями и короткими поздравлениями.
Если Вы согласны, пошлите мне, пожалуйста, на листе белой бумаги по толщине как хорошая бумага для печатной машинки в формате А4 21 см × 30 см — с вашей фотографией размером от 6 × 9 см до 9 × 12 см (голова высотой около 5—7 см) и напишите пару строк так, чтобы это выглядело как на помещенном рядом рисунке. Разумеется, Вы свободны выбрать расположение всего сами, но так, чтобы на фото и текст можно было бы смотреть с узкой стороны листа.
Я был бы Вам очень благодарен, если бы Вы, не сгибая лист и защитив его так, чтобы он не помялся, послали его до 5 декабря мне, в Институт Теоретической физики Геттингенского Университета, Бунзенштр. 9. Листы, которые придут до 9-го декабря, я смогу добавить, позднее пришедшие листы можно будет добавить потом. А именно, для предварительного варианта я передам Борну листы в хронологическом порядке по времени работы в Геттингене поздравителя и потом позабочусь о переплете.
С дружеским приветом, ваш Ф. Хунд.
***
Румер Ю. Б. — Борну М.[11]
Дорогой Профессор Борн,
Я сейчас немного старше, чем были Вы, когда мне посчастливилось стать Вашим учеником. Теперь вокруг меня молодежь, и я каждый день стараюсь быть по отношению к моим сотрудникам доброжелательным и дружелюбным так, как я этому научился у Вас, дорогой профессор Борн.
***
Институт Теоретической физики Геттингенского Университета[12]
Проф. д-р Ф. Хунд, Бунзенштр. 9
- Декабря 1957
Уважаемые коллеги,
Всем, кто внес вклад в поздравительную папку для Борна, сердечная благодарность от имени его бывших геттингенских сотрудников.
Я имел возможность передать папку Борну в день его рождения. Он был очень рад получить в руки что-то личное от сотрудников из счастливых геттингенских времен, и он очень благодарен тем, кто так украсил его день рождения.
День прошел очень гармонично. Герр и фрау Борн чувствовали себя хорошо. Присутствовали двое из детей, Густав и Гритли. Геттингенский факультет, многие физические общества и город Геттинген послали личных представителей с поздравлениями и подарками.
У Борнов славный домик в Бад Пирмонте, о том, что они активно участвуют в жизни общества, вам, конечно, уже известно. Может быть, вас интересуют адреса тех, кто внес вклад в папку? Прилагаю список к этому письму.
С дружеским приветом, ваш Ф. Хунд
Маркардштрассе 4
3 Февраля 1958 Бад Пирмонт
***
Борн М. — Румеру Ю. Б.[13]
Мой дорогой Румер,
Когда в мой день рождения Фридрих Хунд вручил мне собрание фотографий бывших сотрудников, он сказал, что еще несколько фотографий будут добавлены позже. Теперь он прислал мне собрание в переплете вместе с недостающими фотографиями, где, к моей большой радости, была также и Ваша фотография с очень славной подписью. Ваше лицо очень изменилось, в нем видно много страданий и большая сила воли. Сердечное Вам спасибо.
Мое семидесятипятилетие много праздновали, приехали делегации из Геттингена и других университетов, где я учился или преподавал, за исключением университета моего родного города Бреслау, который теперь принадлежит Польше. Приехали двое из моих детей и преемники во Франкфурте и Геттингене, Маделунг[14] и Хунд.
Дайте еще как-нибудь о себе знать. Я читал в газете, что в Новосибирске строится Центр ученых. Это была Ваша идея?
Я сейчас состою в переписке с московским профессором Суворовым[15], который перевел на русский мою работу[16] (On Physical Reality) и опубликовал ее вместе со своей работой. По этому поводу у меня есть пара замечаний. Суворов соглашается со мной в том, что я не принимаю так любимый многими физиками позитивизм (кстати, он их называет «Копенгагенской школой»; но, во-первых, я совсем к ним не принадлежу, как предполагает Суворов, так как пробыл в Копенгагене совсем недолго; и во-вторых, Бор, Гейзенберг, Паули, Меллер и пр. категорически отрицали бы, что они позитивисты.)
Но он осуждает меня за то, что я со своей стороны отрицаю материализм. Я хочу попробовать проанализировать противоположности и надеюсь, что мне это удастся. На самом деле, я уже стар для такой работы. Я бы с удовольствием узнал побольше о Суворове; он философ, или физик, или только издатель журнала УСПЕХИ ФИЗИЧЕСКИХ НАУК? Упомянутая работа находится в томе 62, стр. 129 и 141. Могли бы Вы навести для меня справки?
Я пошлю Вам в ближайшее время парочку «безобидных» работ. Большая книга оптики[17] на английском языке, над которой я работаю около 8-ми лет с др. Е. Волф, вероятно, выйдет в этом году. Мы заканчиваем правку.
C сердечным приветом, также и от моей жены,
Ваш старый Макс Борн
Гамбург-Бергдоф, 26.8.58
Обсерватория
***
Хекман Х. — Румеру Ю. Б.[18]
Мой дорогой Юра!
Вот уже 4 дня как мы вернулись домой, за это время у нас побывала куча гостей, большой ужин в воскресенье; так что я не могла собраться с мыслями. Сегодня утром я паковала багаж для наших каникул в окрестностях Геттингена, где мы будем 2 недели, и у меня еще час времени до отъезда.
Когда я добивалась моей поездки в Москву, я обещала старые истории считать улаженными и представляла это себе сравнительно простым после такого долгого времени.
Так вот оказалось, что это было непросто. Я мучилась и рвалась на части почти как в былые времена. Факт, что я была в Москве и мы снова увиделись, кажется мне сном, абсолютно нереальным. То, что нам и часа не удалось поговорить без мешающих, — это гротеск. Во всяком случае, я тебе благодарна за все те добрые мысли, которые у тебя были обо мне все эти годы. Я была очень рада, что ты привел мне Ольгу и по-настоящему хорошо удавшихся детей. Это было для меня большое счастье, что она меня так теплосердечно обняла, и я рада, что рядом с тобой такой хороший человек. Передавай ей привет и скажи, что мне еще никогда так быстро не удавалось полюбить кого-то как ее, за 10 минут без настоящего языкового понимания. И поцелуй от меня твоих детей.
Я пошлю граммофонную пластинку[19], как только вернусь из Геттингена.
Прощай, Ханна
***
М. Борн — Румеру Ю. Б.[20]
21 апреля 1961
Профессор Ю. Б. Румер Институт Физики Академия наук СССР Западно-Сибирский филиал Новосибирск, Мичурина 23
Бад Пирмонт, Маркардштрассе, 4
Дорогой Румер,
До меня дошла новость о Вашем приближающемся 60-летии, и моя жена и я не хотим упустить случая высказать наши сердечные поздравления. Пусть Ваша деятельность будет и в дальнейшем успешной и Ваша жизнь счастливой и умиротворенной. Мы с удовольствием вспоминаем те времена, когда Вы были у нас в Геттингене. Я еще помню, как мы трудились над теорией элементарных частиц, и даже если это было преждевременным и безуспешным, все-таки сама работа была увлекательной и забавной. С тех пор и Вы, и мы многое пережили и все перенесли. С этим мы можем друг друга поздравить. Дайте мне знать, как Вы поживаете. Мы даже не знаем женаты ли Вы, и не имеем никакого представления о том, где и как Вы живете. У нас хорошенький домик в тихом курортном местечке. Вам стоило бы приехать и посмотреть. Мы сами слишком стары, чтобы далеко путешествовать.
С сердечными приветами и хорошими пожеланиями также и от моей жены,
Ваш старый друг Борн
***
Ю. Б. Румер — Борну М.[21]
03.05.1961
Мой дорогой профессор Борн,
Мои дорогие сотрудники сделали мне неожиданную радость, тем, что сообщили Вам о моем приближающемся дне рождения. Я благодарю Вас, дорогой профессор Борн за Ваше доброе, сердечное письмо. Надо было бы Вам слышать, как аплодировали собравшееся, когда Ваше письмо, написанное почетным членом нашей Академии, было зачитано и переведено. Вы можете себе таким образом представить, как у нас здесь все прошло.
У меня все действительно очень хорошо. В тяжелые годы я встретил женщину, которая набралась смелости последовать за мной и которая в огромной степени содействовала тому, что я нашел в себе силы добраться до поста руководителя большого научного института.
Три года назад я снова встретил в Москве Кинле[22], Ханну и Отто Хекманов. Для меня это была большая радость и крупное событие, хотя я должен признаться, что некоторые детали из биографии Отто все-таки затруднили мне общение с ним.
Ханна Хекман познакомилась с моей женой и сказала мне, что она счастлива видеть рядом со мной такого хорошего человека.
У нас двое детей. Сыну двенадцать, доченьке — шесть. Я здоров и могу надеяться дожить до того времени, когда дети вырастут.
Я получаю большое удовлетворение от того, что вокруг меня талантливые сотрудники. Мы очень интересуемся применением новых методов квантовой электродинамики к проблемам статистической механики. Мои ученики помогают мне в этой области оставаться в курсе.
С Суворовым, с которым у меня хорошие отношения, мы часто о Вас говорили. Нам пришла мысль выпустить книжечку, в которой описывается Ваша общественная деятельность. К сожалению, у нас есть не все документы. Мы попытались их достать, но безуспешно.
Возможно, пользуясь случаем, было бы уместно Вас попросить прислать нам список Ваших письменных работ на общественном поприще, особенно газетных статей, праздничных речей и тому подобных.
Прилагаю к письму книжицу, которую я и Ландау написали много лет назад и которая по независящим от нас причинам только недавно была опубликована. Возможно, эта книжица доставит удовольствие Вам или Вашей милой жене.
Сердечные приветы Вам и Вашей милой жене,
искренне Ваш, Георг Румер.
***
Борн М. — Румеру Ю. Б.[23]
Профессор Ю. Румер, Институт Физики
Сибирский филиал академии наук Мичурина 23
Новосибирск, СССР.
Бад Пирмонт, 19 Мая 1961
Маркардштрассе 4
Дорогой Румер,
Я получил вашу с Ландау книжицу «Что такое теория относительности» и сразу же прочитал до конца. Она мне принесла много удовольствия, и текст, и забавные картинки. Моя старая-престарая книга о теории относительности 1921-го года скоро выйдет в новом, более-менее обновленном издании на английском языке в Довер Пабликайшен, Нью-Йорк.
Между тем, я получил Ваше письмо от 3.5.61. Оно особенно порадовало меня, потому что в нем Вы рассказываете о Вашей семье. Как был бы я рад познакомиться с Вашей женой. Но мы, к сожалению, слишком стары для больших путешествий. После моего возвращения из Германии я тоже несколько раз встречался и переписывался с Кинле; он прямолинейный, могучий человек, который никогда не прогибается под политическим давлением. Об Отто Хекмане я слышал слухи, что в темные времена он не всегда оставался чист. У меня самого была одна история с ним в таком ключе; но он потом очень порядочно попросил у меня прощения. Иногда мы видимся с ним и его женой.
Меня очень порадовало, что мое письмо к Вам было одобрено. Для меня очень важно, чтобы напряжение и разногласия, порожденные политикой, уменьшались с помощью человеческих связей. Но идея описать мою общественную деятельность в книжке мне не очень приятна, и я попросил бы Вас и Суворова от нее отказаться.
Моя цель — это сохранение человеческой цивилизации, всех могучих произведений и ценностей, созданных на протяжении тысячелетий. Я совершенно уверен, что большая война уничтожила бы это все, да и, наверное, большую часть человечества. Я считаю, что нет такой политической цели, которая бы оправдала подобные жертвы. Мне кажется, что политики, как на Западе, так и на Востоке, хотя и утверждают, что знают это, не понимают, о чем идет речь. Иначе они не стали бы с таким непостижимым упрямством преследовать свои политические идеи и цели. Настоящий враг — это не другая идеологическая группировка, а вера в насилие и войну. Мне кажется, что этот враг распределен равномерно на Западе и на Востоке. Вы, наверное, скажете, что это мнение неверно, поскольку Советское правительство вновь и вновь заверяет о своем миролюбии и предлагает разоружение. Но это делают и силы Запада, и это не главное. Большая опасность исходит от притязаний идеологии на абсолютное превосходство. И эти притязания есть у обеих сторон. Отсюда вытекает упрямство по отношению к вопросам о сегодняшних политических границах и другие силовые политические вопросы. Но я не могу осветить этого в коротком письме. Я могу бороться с милитаризмом на Западе, пока я считаюсь «нейтральным», меня нельзя обвинить в тайной симпатии к коммунистам. Я действительно не поддерживаю Советские требования и утверждения и считаю милитаризм на Востоке таким же опасным, как и на Западе. Такая книжица, как Вы планируете, усложнила бы мне мою задачу здесь. Я думаю, что ситуацию в мире можно улучшить, только если каждый будет критиковать ошибки своего правительства, а не других стран. От одного из участников Пагоушской конференции в Москве я узнал, что и в России есть такие независимые и мужественные люди. Я не называю их имен, чтобы не ослабить их влияние. Так же и я прошу Вас не хвалить меня публично, потому что это может подорвать мое влияние здесь.
Но, конечно, я бы с удовольствием обсудил все это в личной беседе с Вами.
Вы не могли бы как-нибудь навестить нас здесь?
В начале июня мы поедем на отдых в Швейцарию и потом на ежегодную конференцию Нобелевских лауреатов в Линдау на Бодензее. Примерно с 10-го июля мы снова будем здесь.
С сердечными приветами от дома к дому,
Ваш Макс Борн
***
Ю. Б. Румер — Борну М.[24]
Академия наук и т. д. 17.07.1961
Мой дорогой Профессор Борн,
Я Ваше письмо получил и очень внимательно прочитал. Также я показал его многим друзьям, в том числе Суворову. Конечно, мы отказались от идеи написать книжку о Вашей деятельности.
Я хочу рассказать о том, как Ваши мысли были восприняты мной и моими друзьями. Мы очень хорошо знаем, что Вы не коммунист и что Вы не всегда симпатизируете СССР. Однако мы очень высоко ценим таких людей, как Неру, Борн, Руссель, которых можно назвать нейтральными в лучшем смысле этого слова и чью деятельность в борьбе за мир у нас в стране сильно хвалят.
Я и мои друзья, однако, считаем, что Вы исходите в оценке положения в современном мире из симметрической модели (симметрия Восток—Запад), которая не соответствует действительности и представляет собой слишком грубое приближение. Вы ведь согласитесь, что очевидно нет симметрии между Лумумбой и Чомбе. Также мы не увидим симметрии, если вспомним и Гражданскую войну 1937 года в Испании. На одной стороне войска Гитлера—Муссолини, на другой — борцы интернациональной бригады, где, я признаю, было много коммунистов, но и много представителей общечеловеческого идеализма, в масштабе, который редко встречался в нашем столетии. И еще последний пример. В Европе есть два государства, в котором население говорит на одном языке. В одном правит преступник[25], место которому на скамье подсудимых вместе с Айхманом[26]. В другом государстве министром обороны является бывший боец испанской интернациональной бригады.
Эти примеры можно было бы продолжать до бесконечности. Они показывают, что симметричная модель неверна. Я и мои друзья убеждены, что нужно покинуть симметричную модель и заменить ее у ведущих личностей, к которым в нашей стране и Вас причисляют, на более реалистичную.
Сердечные приветы Вам и Вашей жене,
искренне Ваш, Георг Румер
***
М. Борн — Румеру Ю. Б.[27]
Бад Пирмонт, 24 августа 1961
Маркардштрассе, 4
Мой дорогой Румер,
Сердечно благодарю за Ваше письмо, несмотря на то что оно меня не убедило. Я не могу, к сожалению, поверить, что люди когда-либо добьются полной справедливости. Я считаю, что лучший и более здоровый вариант — это если два или больше мировоззрений сосуществуют. Не только как временное сосуществование, но как постоянное состояние, поскольку без компромиссов и толерантности — это мы испытываем и в нашей личной жизни — и в жизни народов нельзя. Я не верю в совершенство, повсеместную правильность и вечность одного мировоззрения. Все относительны и зависят от точки зрения и исторического прошлого. Все требуют постоянной критики и поправок. Поэтому я считаю словесную пропаганду с обеих сторон вредной. «The proof of the cake is in the eating», — говорят англичане. Я также невысокого мнения о соревновании за престижность между обеими идеологиями. Я хотел бы жить не там, где построены лучшие ракеты или самолеты, а там, где я могу свободно принимать личные решения и нести с этим связанную ответственность.
Вашу теорию не-симметрии я мог бы опровергнуть достаточным количеством примеров, подобных Вашему. Но я не хочу. Примирение, взаимное признание мне важнее, чем моя правота. Единственное, что я хотел бы еще сказать: если бы я в 1936 году принял предложение Капицы возглавить кафедру в Москве, я бы стал жертвой сталинских чисток и не смог бы теперь радоваться дружбе моих русских коллег, на которую я отвечаю сердечной взаимностью. Я несколько недель лежу в больнице и скоро меня прооперируют. Обыкновенная «стариковская» операция, и я надеюсь хорошо ее перенести, несмотря на мой возраст.
Вам, дорогой Румер, и русским коллегам, сердечный привет от Вашего старого Борна
***
Ю. Б. Румер — Борну М.[28]
Новосибирск 12.02.1962
Мой дорогой Профессор Борн,
Я был глубоко тронут, что Вы нашли время посмотреть мой вклад в праздничную газету, и я был очень рад, что Вы нашли его интересным.
Я надеюсь, что мои волны искривления и кванты кривизны заслужат дружелюбное внимание других физиков, и идея о приоритете искривления в теории гравитации придет к прорыву.
По поручению Академии Физиков СССР я опубликовал статью о Вас и Вашей деятельности в Физическом Вестнике[29]. Поскольку в США одновременно публикуется перевод этого журнала, Вы скоро сможете его прочитать.
Я надеюсь, что вы благосклонно его воспримете.
Мои наилучшие пожелания, искренне Ваш,
Георг Румер
Примечания
[1] Машинописный текст на двух листах — перевод, видимо, с английского языка. В текст от руки вписано название Physical Abstracts, слова «В них», константы «b», «h», подпись Ю. Б. Румера и аббревиатура «P.S.». Копия. Научный архив СО РАН. Ф. 1. Оп. 1. Д. 919. Л. 23—24.
[2] Машинописный текст на немецком языке. Выделенное курсивом написано рукой Ю. Б. Румера, синие чернила. Формулы в письме отсутствовали, вставлены по экземпляру тезисов о пятиоптике В. С. Черкасским. Купюра […] — не восстановленный пропуск текста. Копия. Научный архив СО РАН. Ф. 1. Оп. 1. Д. 1044. Л. 3—7. Перевод Т. С. Гилевой.
[3] Машинописный текст на немецком языке. Выделенное курсивом написано рукой Ю. Б. Румера, синие чернила. Дата поставлена по аналогии с датой на первом письме из данного дела (Э. Шредингеру). Копия. Научный архив СО РАН. Ф. 1. Оп. 1. Д. 1044. Л. 8, 9. Перевод Т. С. Гилевой.
[4] Румер Ю. Б. Тезисы о пятиоптике, см. письмо к Э. Шредингеру от 18.01.1956.
[5] Машинописный текст на немецком языке. Выделенное курсивом написано рукой Ю. Б. Румера, синие чернила. Дата поставлена по аналогии с датой на первом письме из данного дела (Э. Шредингеру). Купюра […] — третий и четвертый абзацы, повторяющиеся в письмах к Гайтлеру и Хекману. Копия. Научный архив СО РАН. Ф. 1. Оп. 1. Д. 1044. Л. 10. Перевод Т. С. Гилевой.
[6] Машинописный текст на немецком языке. Выделенное курсивом написано рукой Ю. Б. Румера, синие чернила. Дата поставлена по аналогии с датой на первом письме из данного дела (Э. Шредингеру). Купюра […] — третий и четвертый абзацы, повторяющиеся в письмах к Гайтлеру и Вайскопфу. Копия. Научный архив СО РАН. Ф. 1. Оп. 1. Д. 1044. Л. 11. Перевод Т. С. Гилевой.
[7] Машинописный документ на бланке Гамбургской обсерватории, в конце письма стоит подпись от руки. Научный архив СО РАН. Ф. 21. Оп. 1. Д. 19. Л. 1. Перевод с нем. И. С. Михайловой. Письмо на бланке МИТ, машинопись, английский язык. Подпись Ф. Вайскопфа от руки. Перевод И. Б. Адриановой. Научный архив СО РАН. Ф. 21. Оп. 1. Д. 20. Л. 1.
[8] Машинописный документ на бланке Гамбургской обсерватории, немецкий язык, в конце письма стоит подпись от руки. Научный архив СО РАН. Ф. 21. Оп. 1. Д. 19. Л. 2. Перевод И. С. Михайловой. Речь в письме идет о книге Ю. Б. Румера «Исследование по пятиоптике», которая вышла в 1956 г.
[9] Машинописный документ, в конце письма подпись от руки. Научный архив СО РАН. Ф. 21. Оп. 1. Д. 16. Л. 15. Перевод с немецкого И. С. Михайловой.
[10] Хунд Фридрих (1896—1997) — немецкий физик. Окончил Геттингенский университет (1922). Ученик М. Борна. Участник разработки метода молекулярных орбиталей.
[11] Машинописный документ без подписи, без даты. Письмо Ю. Б. Румера, отправленное профессору М. Борну по случаю его 75-летия. Научный архив СО РАН. Ф. 21. Оп. 1. Д. 16. Л. 14. Перевод с нем. И. С. Михайловой.
[12] Машинописный документ, в конце письма подпись от руки. Научный архив СО РАН. Ф. 21. Оп. 1. Д. 16. Л. 12 Перевод с нем. И. С. Михайловой.
[13] Рукописный документ. Научный архив СО РАН. Ф. 21. Оп. 1. Д. 16. Л. 6, 7, 8, 9. Перевод с нем. И. С. Михайловой.
[14] Маделунг Эрвин (1881—1972) — немецкий физик-теоретик. Окончил Геттингенский университет (доктор философии, 1905). В 1905—1912 работал там же в качестве приват-доцента.
[15] Суворов Сергей Георгиевич. См. с. 37.
[16] Суворов С. Г. Проблема «физической реальности» в копенгагенской школе (к статье Макса Борна) // УФН. 1957. Т. 62, № 2. С. 141—158.
[17] Макс Борн, Эмиль Вольф. Основы оптики. Вышла на русском языке в 1970 г.
[18] Рукописный документ, выполнен синей авторучкой на двух листах. Хранится в семейном архиве Михайловой Т. Ю. Перевод с нем. И. С. Михайловой.
[19] Пластинка с записью «Трехгрошовой оперы». Хранится в семье Т. Ю. Михайловой.
[20] Машинописный документ на немецком языке. Staatsbibliothek zu Berlin, Preußishcher Kulturbesitz (Берлинская государственная библиотека, прусское культурное наследие). Копия. Nachl. Born, B. 1126 (Born an Rumer), seit. 3. Перевод И. С. Михайловой.
[21] Рукописный документ на немецком языке. Подлинник. Staatsbibliothek zu Berlin, Preußishcher Kulturbesitz (Берлинская государственная библиотека, прусское культурное наследие). Nachl. Born, B. 660 (Rumer an Born), seit. 4, 5. Перевод И. С. Михайловой.
[22] Кинле Ханс (1895—1975) — астроном.
[23] Машинописный документ, в конце письма сделана подпись от руки. Научный архив СО РАН. Ф. 21. Оп. 1. Д. 16. Л. 16, 17. Перевод с нем. И. С. Михайловой.
[24] Машинописный документ на немецком языке на бланке Института радиофизики и электроники СО АН СССР. Staatsbibliothek zu Berlin, Preußishcher Kulturbesitz (Берлинская государственная библиотека, прусское культурное наследие). Nachl. Born, B. 660 (Rumer an Born), seit. 6, 7. Подлинник. Перевод И. С. Михайловой.
[25] Кизингер Курт Георг (1904—1988) — немецкий политик, в описываемое время министр-президент Баден-Вюртемберга. Член НСДАП с 1933 г., работал в министерстве пропаганды Третьего рейха. После окончания войны будущий канцлер (1966—1968) был интернирован американцами, провел в лагере 18 месяцев и вышел на свободу как прошедший денацификацию. В 1948 г. вступил в ХДС, через год стал депутатом первого бундестага.
[26] Айхман (Эйхман) Теодор (1906—1962) — оберштурмбанфюрер СС, «архитектор Холокоста». После войны скрылся от правосудия в Аргентине. В мае 1960 г. похищен агентами израильской разведки «Моссад», вывезен в Израиль, где казнен по приговору суда.
[27] Машинописный документ на немецком языке. Staatsbibliothek zu Berlin, Preußishcher Kulturbesitz (Берлинская государственная библиотека, прусское культурное наследие). Копия. Nachl. Born, B.1126 (Born an Rumer), seit. 6. Перевод И. С. Михайловой.
[28] Рукописный документ на немецком языке. Staatsbibliothek zu Berlin, Preußishcher Kulturbesitz (Берлинская государственная библиотека, прусское культурное наследие). Nachl. Born, B. 660 (Rumer an Born), seit. 8. Подлинник. Подчеркивании выполнены графически. Перевод И. С. Михайловой.
[29] Румер Ю. Б. Макс Борн (К восьмидесятилетию со дня рождения)// УФН. 1962. Т. 78, № 4. С. 695—699.
