Этому человеку удалось немыслимое — совершить вместе со своими товарищами дерзкий побег из немецкого плена на захваченном у немцев военном самолете со сверхсекретного ракетного полигона в Пенемюнде, откуда немцы обстреливали Англию ракетами ФАУ-2! И не просто совершить побег, а прихватить с собой секретные материалы, которые помогли СССР построить первые отечественные ракеты.
ГЕРОЙ СОВЕТСКОГО СОЮЗА МИХАИЛ ДЕВЯТАЕВ
К 80-летию подвига
Рассматривается история фантастического по дерзости побега 10 советских военнопленных во главе с М.П. Девятаевым из фашистского лагеря Пенемюнде. Рассматривается биография героя, его вклад в советское ракетостроение и дружба с главным конструктором ракет С.П. Королевым.
Наступил 1945 год — последний год Великой Отечественной войны. Из начинавших эту войну практически никого уже не оставалось в живых. А живые безумно устали от войны. Судьбы их сложились по-разному. Но у всех судьба была очень тяжела. Особенно тяжелой она оказалась у тех, кому довелось попасть в плен. Из общего числа 6,2 млн. советских военнопленных погибло 3,3 млн человек, т.е. 60%! В то время как в армиях наших союзников американцев и англичан смертность среди пленных составляла не более 1,5%. Из выживших 2,4 млн. советских военнопленных 950 тыс., т.е. 40%, поступили на службу в германский Вермахт и антисоветские военные формирования (власовская «Российская освободительная армия», Казачьи части и др.). Около 500 тыс. человек, т.е. 21%, бежали или оказались освобождены самими немцами в 1943-1944 гг. И около 940 тыс., т.е. 39%, дождались весны 1945 года и были освобождены советской армией. Подавляющее большинство последних вернулось на родину. Увы, там их ожидали новые трудовые лагеря, подневольный труд, унизительные спецпроверки в СМЕРШе (служба «Смерть Шпионам») и клеймо «изменник». Причем восстановление прав бывших пленных растянулось на 20 послевоенных лет. Из которых до 10 лет уходило на подневольный труд в советских лагерях и до 10 лет — на последующее собственно восстановление прав гражданина страны в различных советских учреждениях. Особенно трагическим было отношение советской власти к своим солдатам, бежавшим из плена. Власти считали (и часто это было обоснованно), что бежавшие из немецкого плена советские солдаты — это часть нацистского плана по подрыву обороноспособности СССР руками перевербованных пленных советских солдат.
В соответствии с этой установкой рисковавшие при побеге жизнью солдаты и офицеры, мечтавшие о борьбе с врагом, получали вместо наград направления в штрафные батальоны или лагеря. Никакие подвиги, совершенные даже при удавшихся и беспримерных по дерзости побегах, не гарантировали бежавшим солдатам и офицерам освобождение от общей трагической судьбы бывших военнопленных. И все же некоторым беглецам удавалось преодолеть все трудности, доказать свою «честность», а главное — нужность государству и продолжать сражаться за родину. Об одном таком «счастливчике» рассказывается в этой статье. Его звали Михаил Петрович Девятаев. Этому человеку удалось немыслимое — совершить вместе со своими товарищами дерзкий побег из немецкого плена на захваченном у немцев военном самолете со сверхсекретного ракетного полигона в Пенемюнде, откуда немцы обстреливали Англию ракетами ФАУ-2! И не просто совершить побег, а прихватить с собой секретные материалы, которые помогли СССР построить первые отечественные ракеты. А затем с помощью выдающегося ученого Сергея Павловича Королева и его учеников и соратников запустить все отечественное ракетостроение и космонавтику.
Биография Михаила Петровича Девятаева и его товарищей была типичной биографией «среднего» советского человека. Михаил Девятаев родился 8 июля 1917 года в поселке Торбеево в Мордовии. Он был 13-м ребенком в мордовской крестьянской семье. Через 2 года после его рождения отец умер, и матери пришлось одной поднимать семью из 14 детей. В 1933 году Михаил закончил в родном Торбеево школу — семилетку и поступил в Казанский речной техникум. По окончании техникума в 1938 году он начал трудовую деятельность в должности капитана малого судна на Волге. В том же году он был призван в Красную Армию. Вскоре, поддавшись модному тогда призыву государства «Молодежь, в авиацию!» и под влиянием тогдашних успешных сверхдальних перелетов знаменитых советских летчиков Чкалова, Громова и др. Девятаев поступил в Чкаловское военное авиационное училище. Закончив его, он стал военным летчиком. Он успел поучаствовать в советско— финской войне 1939-1940 г., совершив три боевых вылета. Начало Великой Отечественной войны 22 июня 1941 года он встретил лейтенантом в 237-м истребительном авиационном полку, расквартированном в Могилеве. Уже 23 июня 1941 года на самолете — истребителе И-16 Михаил Девятаев участвовал в воздушном бою с немцами, а на следующий день открыл свой боевой счет, сбив немецкий бомбардировщик Юнкерс-87. За это он был вскоре награжден Орденом Боевого Красного Знамени. 23 сентября 1941 года М.П. Девятаев был ранен в левую ногу и надолго отправлен на излечение в госпиталь. После излечения в начале 1942 года его направили для переподготовки в Высшую школу разведки. Однако он упросил начальство отправить его на фронт. И тогда его послали служить в ночной бомбардировочной авиации. Потом он служил командиром авиазвена связи, а с сентября 1943 года — командиром звена санитарного авиаполка. Наконец, в мае 1944 года, после обретения полноценной физической формы, он вновь становится летчиком — истребителем. На этот раз — командиром звена 104-го гвардейского истребительного авиационного полка 9-й гвардейской истребительной авиационной дивизии 2-й воздушной армии 1-го Украинского фронта. Дивизию возглавлял легендарный летчик, трижды Герой Советского Союза полковник Александр Иванович Покрышкин. Число сбитых М.П. Девятаевым вражеских самолетов достигло к этому времени 9.
Вечером 13 июля 1944 года старший лейтенант М.П. Девятаев вылетел в составе группы истребителей на боевое задание. При выполнении этого задания в районе Львова в воздушном бою с противником его самолет был подбит и загорелся, а он сам ранен в правую ногу. Летчику удалось выпрыгнуть с парашютом, но он оказался на вражеской территории и в бессознательном состоянии, с тяжелыми ожогами, попал в плен. Этот плен стал для Михаила Девятаева тяжелым испытанием. Пользуясь тем, что пленный был высококвалифицированным военным летчиком и возможным обладателем военных секретов, немцы, прежде всего, попытались получить от него интересующие их секретные сведения. Сначала его допрашивали в разведотделе Абвера в Варшаве, затем в Лодзинском лагере для военнопленных и в конце — в лагере Новый Кенингсберг. Однако Девятаев нигде не проговорился, и немцы не получили от него никаких интересующих их сведений. Более того, во время нахождения в лагере Новый Кенингсберг Девятаев ухитрился совместно с товарищами по лагерю подготовить побег! К сожалению, 13 августа 1944 года, когда подкоп для совершения побега был уже готов, доносчики сообщили немцам о замысле беглецов. Обычно за организацию побега немцы жестоко наказывали провинившихся — как правило, их расстреливали. Однако на этот раз им повезло: их «всего лишь» схватили и отправили в лагерь смерти Заксенхаузен. Оттуда через короткое время Девятаева, как квалифицированного специалиста, в составе большой группы из 1500 заключенных отправили в концлагерь на острове Узедом, где находился секретный немецкий ракетный полигон Пенемюнде, возглавляемый создателем боевых ракет Фау-1 и Фау-2 Вернером фон Брауном. С этого полигона немцы производили в то время запуск ракет по территории Англии. Теперь судьба Девятаева была полностью предопределена: работа до изнеможения, а по истощении жизненных сил — сожжение в печах крематория. Заключенных заставляли в адских условиях ремонтировать взлетно-посадочные полосы и вручную обезвреживать неразорвавшиеся бомбы. При этом немецкие прихвостни в лагере подвергали заключенных в течение первых 10 дней пребывания в нем диким издевательствам, и те к 10-му дню, как правило, умирали. Охрана в лагере была суровая, с жестокими надзирателями и служебными собаками. Шансов на успешный побег было мало. Но Девятаев напряженно думал о спасении. В конце декабря 1944 года, внимательно наблюдая за ситуацией в лагере, Девятаев пришел к твердому выводу, что казавшийся вначале призрачным шанс на успешный побег предпочтительнее верной смерти в заключении в случае бездействия. И он начал действовать.
Девятаеву удалось убедить трех других заключенных (И. Кривоногов, В. Немченко и В. Соколов), что он сможет вывести их на свободу. Они решили бежать во время обеда, когда большинство охранников обычно находились в столовой. После этого В. Соколову и В. Немченко удалось создать рабочую бригаду из 10 человек, состоявшую только из советских граждан, говоривших по — русски, но не знавших иностранных языков. Осуществление задуманного плана побега требовало преодоления громадных трудностей. Михаил Девятаев был уже готов к этому. В январе 1945 года, когда фронт приблизился к Висле, Девятаев вместе с девятью другими завербованными заключенными (Федор Абрамов, Михаил Емец, Иван Кривоногов, Петр Кутергин, Владимир Немченко, Иван Олейник, Дмитрий Сердюков, Владимир Соколов, Николай Урбанович) начали техническую и организационную подготовку к побегу. Сам побег был назначен на 8 февраля 1945 года. В полдень этого дня на аэродроме ракетного полигона Михаил Девятаев вместе с Иваном Кривоноговым (пограничником, защищавшим со своими товарищами дот на советско-германской границе с 22 июня по 3 июля 1941 года) — они в это время работали на взлетно-посадочной полосе аэродрома — отвлекли внимание конвоира. И Кривоногов тут же нанес ему железным ломом смертельный удар в висок. После этого все десять заключенных побежали к стоявшему поблизости командирскому бомбардировщику Хейнкель — 111, принадлежавшему коменданту лагеря и прогревавшему в это время двигатели. Люди быстро залезли в кабину самолета, и самолет, управляемый Девятаевым, начал разбег. Однако машину никак не удавалось оторвать от земли и , пробежав всю взлетную полосу, Девятаев крутым разворотом остановил ее у самого обрыва к морю. В этот момент немцы обнаружили тело убитого охранника и подняли тревогу на аэродроме. Со всех сторон к захваченному бомбардировщику устремились немецкие солдаты. И тут Девятаев предпринял второй разбег. Ему удалось с помощью двух отощавших и ослабевших, как и он, товарищей , оттянуть штурвал на себя , поднять самолет и уйти в сторону моря(!) И тогда немцы выслали в погоню за беглецами группу истребителей под командованием аса обер-лейтенанта Люфтваффе Гюнтера Хобома. Группа должна была догнать и уничтожить самолет вместе с беглецами. Однако обнаружить беглецов, спрятавшихся с самолетом в густом тумане, не удалось. В районе линии фронта по самолету открыли огонь зенитки советской ПВО. Девятаеву пришлось пойти на вынужденную посадку. Самолет был поврежден и приземлился на брюхо южнее населенного пункта Голлин, в расположении артиллерийской части советской 61 армии.
Успешный побег оказался беспримерной и невероятной удачей для всех десятерых беглецов, сохранившей им жизнь. Это событие не имеет аналогов в новейшей истории войн. Для фашистской Германии это был очевидный провал политики, основанной на насилии над человеком. Герман Геринг, второе после Гитлера лицо тогдашней Германии, курировавший ВВС страны, узнав об успешном побеге русских пленных, пришел в ярость и уволил все руководство ракетного полигона Пенемюнде. К сожалению, радость беглецов оказалась недолгой. Хотя они предоставили советским военным властям важную информацию о немецких ракетных программах и ракетах Фау-1 и Фау-2, НКВД не поверил рассказам беглецов и самого Девятаева, утверждая, что заключенные не могли захватить самолет самостоятельно без помощи немцев(!). Сам Девятаев и два других офицера из числа беглецов провели некоторое время в фильтрационном лагере, где СМЕРШ подверг их унизительным допросам с целью «проверки их истории». Затем в марте 1945 года всех беглецов направили в госпиталь для проверки состояния здоровья. После чего всех их направили в места их новой службы, в соответствии с действовавшими тогда стандартами. А именно, все 9 беглецов — друзей Девятаева были отправлены в штрафные батальоны. Из них выжили лишь трое: Федор Петрович Адамов, Михаил Алексанрович Емец и Иван Павлович Кривоногов. Выжившие потерялись и найти друг друга им и Михаилу Петровичу Девятаеву удалось только во второй половине 1950-х годов благодаря тому, что их подвиг растиражировала советская пресса. Еще трое — Петр Кутергин, Иван Олейник и Владимир Соколов, погибли в боях. Наконец, трое — Владимир Емченко, Трофим Сердюк и Николай Урбанович пропали без вести, т.е. реально тоже погибли. Что касается самого организатора и руководителя побега, Михаила Петровича Девятаева, его, как «важную птицу», направили в советский концлагерь на территории Польши(!). Последовавшие за этим допросы Девятаева имели важные последствия для него самого и его страны. Прежде всего, он сообщил точные координаты немецкой ракетной базы Пенемюнде, что было использовано советской кострукторской группой по созданию ракет, уже работавшей в Германии под руководством С.П.Королева. Независимо от Девятаева местонахождение ракетной базы Пенемюнде было установлено английской разведкой, после чего в середине февраля 1945 года база была разгромлена английской авиацией. В результате прекратились обстрелы Англии немецкими ракетами ФАУ-2. Затем, уже в сентябре 1945 года, Девятаева разыскал и вызвал из лагеря на острове Узедем, где находилась база Пенемюнде, некий полковник Сергеев. Как выяснилось впоследствии, под этой фамилией скрывался будущий генеральный конструктор первых советских ракет Сергей Павлович Королев. С.П. Королев привлек Девятаева к работам по созданию первой советской ракеты Р-1. Опираясь на знания, полученные во время пребывания в заключении на немецком ракетном полигоне Пенемюнде, Девятаев помог Королеву собрать необходимые детали и узлы немецкой ракеты ФАУ-2, в том числе, двигатель этой ракеты. Изготовленная модель ракеты явилась впоследствии основой для создания первой советской ракеты Р-1.
В ноябре 1945 года Михаил Девятаев был уволен в запас. Однако реабилитации он не получил. Ему, как находившемуся в немецком плену, нельзя было даже мечтать о том, чтобы работать в закрытых организациях, частности, в ракетостроении. Более того, его не брали на работу практически в любые приличные открытые организации. С большим трудом ему лишь удалось устроиться на работу грузчиком в Казанском речном порту. Но Девятаев не сдавался. Он писал письма с просьбой о реабилитации — сначала Сталину, затем Берии, потом Маленкову. Во всех его усилиях существенную поддержку ему оказывал С.П. Королев. Именно он в конце концов помог Девятаеву реабилитироваться. Но произошло это уже при Хрущеве, в конце1950-х годов, когда С.П. Королев, руководитель советской программы освоения космоса, представил в достоверном виде его дело властям. При этом С.П. Королев подчеркнул, что информация, переданная властям Девятаевым и другими беглецами, сыграла решающую роль в советской космической программе. Действительно, созданная через несколько лет после войны советская ракета Р-7 была усовершенствованной версией немецкой ракеты ФАУ-2. В это же время, также с помощью С.П. Королева, Девятаев устроился на работу в Казанском речном порту дежурным на речном пассажирском вокзале. Затем он прошел обучение на механика-помощника капитана речного судна. А с 1949 года стал работать помощником капитана речного судна «Огонек». С 1952 года — капитаном этого судна. В 1955 году М.П. Девятаева перевели на должность капитана пассажирского теплохода Волжского речного пароходства. Одновременно с реабилитацией Указом Президиума Верховного Совета СССР от 17 августа 1957 года 40-летнему М.П. Девятаеву было присвоено звание Героя Советского Союза, с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда». О легендарном по смелости побеге из немецкого концлагеря десяти советских пленных узнала вся страна. Спустя 22 года в 1979 году Михаил Петрович Девятаев подробно рассказал об этом побеге в книге «Побег из ада», изданной в Саранске Мордовским книжным издательством. Впоследствии, эта книга была издана большими тиражами в центральных издательствах нашей страны и за рубежом. А автор книги был награжден двумя орденами Боевого Красного знамени, орденами Отечественной войны 1-й и 2-й степени и многими медалями. Он стал почетным гражданином Мордовии, а также города Казани и германских городов Вольгаста и Циновичи. О его легендарном побеге был создан художественный фильм «Девятаев».
После реабилитации в 1957 году М.П. Девятаев включился в активную трудовую деятельность, соответствовавшую его гражданской профессии капитана пассажирских речных судов, а также его трудовому и жизненному опыту. В частности, с 1957 года он более 10 лет проработал в волжском речном пароходстве в качестве одного из первых в СССР капитанов пассажирских речных судов на подводных крыльях. В 1977 году М.П. Девятаев вышел на пенсию. В этот последний период в своей жизни и деятельности он начал активно участвовать в ветеранском и других общественных движениях. В частности, он создал «Фонд Девятаева», занимавшийся оказанием материальной и моральной поддержки нуждающимся в ней ветеранам Великой Отечественной войны. Незадолго до смерти, в 2002 году, Михаил Петрович Девятаев разыскал немецкого летчика Гюнтера Хобома, который в феврале 1945 года должен был догнать и сбить самолет с ним и другими беглецами из немецкого концлагеря и которого удалось обмануть беглецам. Два старых солдата встретились в Германии, выпили по рюмке водки и обнялись: даже через 57 лет дерзкий и мастерский побег русских пленников вызывал восхищение бывшего противника. Съездил Девятаев и в место побега — лагерь Пенемюнде — и поставил 100 свечей у мемориального камня с именами своих товарищей по побегу, большинство которых погибло в советских штрафных батальонах.
Скончался Михаил Петрович Девятаев в Казани 24 ноября 2002 года, в возрасте 85 лет. Там же он и похоронен. Его жизнь полностью удалась. Сначала он честно и самоотверженно служил своему народу в качестве военного летчика. А после Великой Отечественной войны сделал все возможное, чтобы реабилитироваться после плена и восстановить свое честное имя, став примером для молодежи, начинающей жизнь. К сожалению, его товарищам по пребыванию в плену и последующему побегу не удалось реабилитироваться, поскольку, в отличие от Девятаева, у них не нашлось влиятельных покровителей. Большинство их был отправлены в штрафные батальоны и погибли в последние два месяца войны (март-апрель 1945 года). Три человека вернулись с войны живыми и, как нереабилитированные бывшие пленные, до конца жизни официально считались «предателями родины» и «изменниками».
«Число сбитых М.П. Полетаевым вражеских самолетов достигло к этому времени 9.»
Наверно не Полетаевым, а Девятаевым?