© "Семь искусств"
  октябрь 2020 года

139 просмотров всего, 5 просмотров сегодня

Где кончается прошлое, с рельсов сойдя,
И пожар безразличия письмами тушат,
Я в ладонях качаю не слёзы дождя,
А промокшую чью-то весеннюю душу.

Ольга Олгерт

СКАЖИ МНЕ, ЧТО МИР НЕ ИСЧЕЗНЕТ
СТИХИ

Скажи мне, что мир не исчезнет

Слышишь, в небе сомненья бродят,
Словно ноты в твоей крови.
Не бывает плохих мелодий —
Есть мелодия нелюбви.

Есть теория невозврата,
К неуютным часам и дням,
Видишь, небо в лучах заката
Пишет новый портрет — меня?

В летнем парке влюблённых листьев,
Видишь, солнцем дрожит листва?
Там, где нет потускневших истин,
Есть нескáзанные слова…

***

Где кончается прошлое, с рельсов сойдя,
И пожар безразличия письмами тушат,
Я в ладонях качаю не слёзы дождя,
А промокшую чью-то весеннюю душу.

Там, где падают перья синичьей зари,
Где у неба с землёй — есть всего в изобилье,
Мы — бессмертны. А если не веришь, смотри —
У меня под плащом распускаются крылья.

***

Всё так же беснуется лето под шляпой Кёльна,
Дождями украсив свои золотые кудри,
Довольно дождей и сырых площадей довольно!
Бормочет понурый прохожий и нервно курит.
Шагают рассветы, читая газеты,
Почту
Развозят румяные фрау
С глазами фурий,
А вот — джентльмен, повседневно сосредоточен,
Несёт по аллее пивную свою фигуру,
Летают синицы и горлицы,
Над собором
Июль зажигает свечу, но под маской солнца
Вальяжные тучи в костюмах тореадоров
Поют на испанском, пугая быков бессонниц
Пурпурными брызгами винных миров заката.
Шумит Дионис, и бросает на землю взгляды
На сумрачный Рейн, где в бетонных безликих латах
Поют берега и командует дождь парадом,
Идут корабли и столетия, где-то судят
Судьбу обыватели,
Жизнь утекает в будни,
А ветер, вчера целовавший меня на людях,
Ругает меня по-немецки, —
Наверно, любит.

***

Где слышалась речь Теофиля Готье,
И дверь открывал поднебесный портье,
Там дышат сердца нераскрытых портьер,
В плену заоконного звона.

Там шёпот спускается с вечных холмов,
Где солнце меняли на хлеб и любовь,
И строили город из глиняных слов,
И шили весну из шифона.

Там родинки пели на смуглом плече,
И гасли глаза тополиных свечей,
Где мы , не рискуя остаться ни с чем,
Себя раздавали по строкам,

Где слёзы эпохи катились с лица,
И дни подражали во сне мудрецам,
И мы покупали — на вырост сердцам —
Судьбу, что с рожденья — под током.

***

Здесь распадается время на тик и так,
Здесь не прощаются с жизнью — уходят в рейсы.
Спрятав у сердца набитый углём рюкзак,
Поезд идёт по ослепшим от боли рельсам,
Помня о том, что когда-то не с ним сбылось,
Тамбур сжигает столетние папиросы,
Веря в движение жизни и смех колёс,
Спит пассажир, так похожий на Калиостро,
Вот и стоянка — кому-то пора сходить
То ли с ума, то ли в гулкую тишь перрона,
Чтобы понять, почему на тебя сердит
Твой проводник, с говорящим лицом Нерона.
Чтобы догнать ускользающий в небо миг,
Письма врагов и печалей простив построчно,
Ты для себя сотворишь привокзальный мир,
Там, где твоё ожиданье сольётся с ночью,
Слушая лай догоняющих ночь собак,
Жизни  доверившись, выдохнет снег со стоном,
Старенький поезд с пометкой  «Твоя судьба»,
Где не слышны голоса отцепных вагонов…

***

Видишь, как светится гроз карниз,
Ливень струится на спины листьев,
Это не капли стекают вниз —
Наши крещённые небом мысли.

Падает с полки уставший Кант,
Снов оглавленье листает ветер,
Там, где заоблачный великан —
Солнце — за гномов небес в ответе.

В тучах ночует бесстрашный стерх,
А на востоке, зарю подслушав,
Это не листья взлетают вверх —
Богом прощённые чьи-то души.

***

Ты знаешь, как от нежности с ума
Столетья сходят в маетном апреле?
Зову тебя. Откликнись, Марк Аврелий…
Не всё, что обещает жизнь, обман,
Не всё, что разрушает города,
Способно ожидание разрушить…
Поверь в меня сейчас, как верят душам,
Чьи песни не смолкали никогда,
Как верят тишине и вещим снам.
Смотри — моя звезда ещё алеет.
И ты не выдашь нашу Аквилею
Истрийским или кельтским племенам.
Но слышишь — в ночь летят десятки стрел,
Шумит волна Триестского залива.
Признайся мне — ты хочешь быть счастливым
На миг, на час, на вечность, на апрель,
Где каждый новый день в моей судьбе
По формуле бесстрашия рассчитан,
И мир берёт под вечную защиту
Весну мою, спешащую к тебе.

***

Там, где лица снегов обуглены,
И прошиты ветра обидами,
Вдохновение как возлюбленный,
Возвращается неожиданно.

Распускается в небе крокусом,
Лепестками сшивая прошлое,
Там, где сердце — не спящий фокусник,
В ожидании чуда крошится,

Где земля облетает листьями,
Обрастая к зиме поверьями,
Где меняются лица истины,
И меняют вождей империи,

Где от запада к сердцу севера
Распускаются дни уставшие,
И душа зацветает клевером
На полынном лугу бесстрашия.

Где врастают слова весенние
В одинокую поступь вечера,
Там рождается вдохновение —
На углу Мятежа и Вечности.

От Сафо — Сократу

Ты таких никогда не видел —
С ярко солнечным цветом глаз,
В чьих стихах ночевал Овидий,
И бродил до утра Пегас,
Расцветали слова и травы,
И стелился по травам зной.
Ты ещё никогда не плавал
В море ласки моей земной.
И считали свои потери
Наши тени на склоне дня,
Ты ещё никого, поверишь? —
Не любил до меня.

От Каллисто — Аполлону

Это — небо в твоей груди
Расправляет тугие крылья,
Это — ветер моих идиллий,
Сквозь растущую ночь летит,
Расступаются зеркала,
На поющих земных вершинах,
Где в кувшинках любовь цвела,
ты сорви для меня кувшинку!
Сделай первым несмелый шаг
в царство слов,
что мечтает сбыться,
Где целует моя душа
Золотые твои ресницы,
И растут по ночам стихи —
Цвета моря ,со вкусом солнца,
Там, где ночи мои легки,
И взлетают огни бессонниц.
Это ландыши пьют вино
На полотнах огня земного ,
Ты целуешь меня сквозь ночь,
И взлетает над миром Слово.

Афина — Зевсу

Рай — но — только в душе,
А вокруг — война,
А вокруг — любовь или смерть чужая.
Если я до рассвета с тобой нежна —
Мой загадочный век,
Далеко ль до рая?
Далеко ли до медленной той звезды,
Чьи далёкие песни тревожат небо,
И растопят ли время земные льды,
Если в мире не хватит любви и снега?
Если нет совпадений в пространстве слёз,
И ночная дорога нежней рассветной,
Если даже любовь не всегда всерьёз,
И расходятся мысли-слова поэтов,
Если чьё то сомненье судьбу вершит,
И не виден небес говорящий почерк,
Если рай — только в зимнем саду души,
Если жизнь — только в сумраке майской ночи.

***

Плывёт вдоль времени ладья,
В ней — наши прошлые сюжеты,
И сны — на грани бытия,
И строки — снежные — для лета,
И нежность лилий, и — огни
Каштанов — алые — над былью,
Где нежность полночи пьянит,
И ты — мои — целуешь крылья.
Где век с улыбкой мудреца,
Плывёт навстречу круговерти,
И ты в меня, как скифский царь,
Влюблён,
Поэтому — бессмертен.

***

Осенний полдень светел и умыт,
Прозрачны окна старенькой маршрутки.
Ты — пассажир, уже вторые сутки
Ты мчишься в направлении зимы.

Листая снов раскрытую тетрадь,
Тебе непостижимо и неловко,
Считать дома, подъезды, остановки,
Попутчиков и молча наблюдать

Как , мятые билеты теребя,
Позвякивая мелочью в карманах,
Они выходят в самых дальних странах,
Забыв неодинокого тебя.

Всё повторится — снимут маски дни ,
Прозреют вечера и станут ночи
Ещё светлей, ещё немногострочней,
Растает жизни медленный ледник,

Погаснут в небе лунные столбы,
И ты пойдёшь, счастливчик и транжира
Смотреть, как набирает пассажиров
Маршрутное такси твоей судьбы.

***

Здесь квашеных яблок густой аромат
Плывёт из осенних кадушек в дома,
И ночь открывает небесный карман,
Чтоб выпустить звёзды на волю.

И спорят прохожие — вечен ли срок
Планеты, чей каждый безумный виток
Как ветер, летящий в любовь на восток,
Небесным прощением болен.

Здесь слышится пенье дроздов вдалеке,
И осень купается в сонной реке,
Чьи жители в юность плывут налегке,
Держа небеса плавниками.

Здесь люди, в скитаньях прожившие век,
Завидев плывущий из детства ковчег,
Роняют слова, словно души, на снег,
И плачут и машут руками.

И слышно, как лживый оракул поёт
О том, что недолог шмелиный полёт
Земли, что устала от взятых высот,
У края прочитанной бездны.

Где ливень смывает столетия с крыш,
И плачет во сне нерождённый малыш,
И ты мне опять о любви говоришь..
Скажи мне, что мир не исчезнет…

***

Не только Ангелам предсказывать
Весну, живущую веками…
Я расскажу тебе как азбуку
Всю эту жизнь — под облаками,
Где мы летим на крыльях мужества,
Как тени снов своих наскальных,
Где можно жизнь играть как музыку
Легко — по нотам Зазеркалья,
И ты мотив начнёшь насвистывать,
как будто не было иного,
И ночь прочтёт тебе неистово
Июль,
Где музыка и Слово
Сплелись, как радуги у Невского,
В дыму незримых расстояний…
Нас ждёт звёзда Пелопонесская,
Лови в окне её сиянье!
Когда-нибудь античным вечером
Зажгутся сны на крыше лета,
И я прижмусь к тебе доверчиво
Строкой, живущей в бесконечности
Тобой разбуженной планеты.

Share

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

AlphaOmega Captcha Mathematica  –  Do the Math