© "Семь искусств"
  июнь-июль 2019 года

630 просмотров всего, 4 просмотров сегодня

На еврейском кладбище «Россия»
западёт тоской скрип колеса.
В сто слоёв уложены мессии.
У ворон собачие глаза.

Александр Бабушкин

Back in the U.S.S.R.


50 с прицепом

к пятидесятой годовщине
живого места на мужчине
нет
биллиардный в лузу шар
и по шарпеевой морщине
удар удар еще удар
последний гол и все стоят
я проиграл 0:50

я мутного не видел ганга
но золотое «Гол! Хуй! Штанга!!!»*
как от экстаза выл народ
и четверть века до цугцванга
потом все задом на перед

и новым временем контужен
нет «нам такой хоккей не нужен»**
с прибором на такой хоккей
они мне блядь а ю окей

какой окей
но в жопу мира
летит осколочная лира
и хитросделанный пегас
кладет отчаянно на нас

я дам разъехаться домашним***
я неразбавленным вчерашним
я шилом в старый мозг воткнусь
и этим мозгом подавлюсь

не та природа и погода
не то любое время года
не та страна не тот народ
лишь морда лысого урода
и это прошлое зовет
__________________
* «Гол! Хуй! Штанга!!!» – Легендарная и обросшая мифами фраза. Авторство приписывают и Николаю Озерову, и известному комментатору из Ленинграда. По мнению Михаила Веллера, в 1965-м году, комментируя футбольный матч СССР — Португалия, Вадим Синявский в раже заорал: «Го-ол!!! Хуй!!! Штанга!!!».
** «Такой хоккей нам не нужен!» – крылатая фраза Николая Озерова (репортаж матча Суперсерии-1972, СССР-Канада. По одной из версий Озеров повторил её за тогдашним министром спорта, Сергеем Павловым.
*** «Я дал разъехаться домашним» – Борис Пастернак, «Осень»

 

*** *** ***

сядет ангел на тлеющий кончик пера
три пера моряков из марсельского порта
в голове ни хера и орут опера
поминая зарплату и в бога и в черта
и истлеет хабарик обжегши губу
на губе матюгнется затраханный дембель
и сожрав до костей головную кору
зафигачат земле термоядерный пендель
томно нежную лиру пустили на плуг
ямб в хорее и раком стоит амфибрахий
и в асфальт бежин луг балерины на круг
и последние истины посланы на хер

 

Back in the U.S.S.R.
(Вот раньше было настоящее будущее, а сейчас какая-то херня)

подарите мне альтиста данилова
подарите мне чáйку бáхову
не кормите меня мерина сивого
этим мясом сырым этими страхами
подарите мне разбитому старому
проспиртованному ленобластному панку
хоть в корыте хоть в ящике из-под стеклотары
моего чапая и мою анку
подарите мне не эту поебень гермафродитную
не штатовский страховой полис заместо креста как у цветкова
а что-то неуловимо разлủтое по всему и непостижимо слúтное
как короткая проза юрия казакова
подарите мне не хитрожопый конформизм уехавшего понаехавшего кенжеева
а его пронзительную тоску в том дурацком советском парке
подарите мне не этот оглушительный яд рубинштейновый
а ослепительный валпургиевый ад расцветающий на вене ерофееве ремарком
подарите мне игрушечный фрегат с мачтами из семи сосен
вместо этих ваших спизженных бриллиантовых яхт в океанах крови
я хочу на этот гибельный парад где маршалом лев лифшиц лосев
катит ванны полные еврейских глаз в которых застыло: «за что, панóве?»
подари мне цветочек аленькай страна моя чудо-юдо
я же верю блядь каждой твоей старой-новой твоей каждой сказке
мне и жить-то отрезок маленький и горб как у кэмэла-верблюда
а вокруг из палат ума гной сочится липкий да вязкий
подари же мне оспади (как устал я тебе верить-не верить)
эту последнюю целеполагаемость окончательного детерминизма
все свои звездные россыпи которые ничем не измерить
эту души неизмаенности поставь свою очистительную клизму
дай мне билет в прошлое
где три топора и вера в бессмертие
заебало настоящее-суматошное
напиши мне письмо
и чтоб СССР на конверте

*** *** ***

На еврейском кладбище «Россия»
западёт тоской скрип колеса.
В сто слоёв уложены мессии.
У ворон собачие глаза.
Долгим криком лагерной «кукушки»
пой моя довлатовщина, ной.
Ушки на макушке – все мы чушки,
все мы бой, барачный перегной.
Тьма уродов в тысячу народов.
Вой, Святая – строили века.
И из сумасбродов в нищеброды,
птицей-гойкой – в койку Губчека.
Скрипки нет. Лиса подохла в яме.
От Дербента фронт – иранский гром.
Вся земля затоплена слезами
в этот красносотенный погром.
В алые замотанная стяги,
кожаные куртки крéст на крéст.
Это счастье только на бумаге.
Эта воля – трупов Эверест.
Кислый хлеб. Стакан палёной водки.
Над конфеткой поминальный птах.
Пальцами, пропахшими селёдкой,
память мнёт засохший земелах.

*** *** ***

а расправляясь с сэсэсэром
на эру алый стяг ливайс
мажоры выебали веру
за темно синий аусвайс
на красно белые дорожки
заместо шила кокаин
у ликов мучеников рожки
из дьюти фри новокаин
вечор ты помнишь вьюга злилась
кино вино и домино
и тут нам истина открылась
в движеньи смысл
а цель говно
и стонет маленькая вера
в стране глухих в краю слепых
москва могильщик сэсэсэра
нью-йорк могильщик всех живых
и хитровыебанный дискурс
пока свободою горим
нам богом будет джиперс криперс
и стольный град либершаим
полны шаланды всякой швали
и на костях утесов блюз
в одессе заживо сжигали
битком забитый профсоюз
и стежки и дорожки мимо
безмолвие средь тысяч вер
и белым ангелом над крымом
парит двуглавый сэсэсэр

*** *** ***

Мне скучно, бес.
Что делать, Фауст?
Иль «Фау» запустить?
Иль фрау
Развéсть на мыльных пузырях?
А кончится когда,
Ей в пах
Уставившись
Искать причину.
Мне скучно, бес.
На чертовщину
Так тянет –
Триер вышел – вон
Твой датский фан,
Твой блядский фон.
Антихрист, де…
В долину Scandi
Не лезет духотворец Ганди.
А что-то лезет
Не туда?!
Туда-туда…
Не вякай, детка.
Моих умов палаты в клетке
Всеразъедающей тоски.
Мне скучно, бес.
Помни соскú,
Мою волнующу Европу.
О, да! О, Греция! Всех в жопу!
Во мрак.
В темнеющий финал.
Meine Liebe!
Oh my God!
Аnal

*** *** ***

Отбрось высокогорнюю хуйню,
мой милый друг.
То Бродскому Коржавин*
Оставим ту высокую родню
где с Пушкиным соседствовал Державин.
В моей башке бандитский Петербург,
«Рояль» в дыму с верлибрами Превера.
Я пепел ни черта еще не сдул
с остывших головешек сэсэсэра.
Теперь другие грубые слова.
Блатные песни спели тиллихентам.
И пишется проклятая Москва
мажорам на Арбате в белых лентах.
Мажоры тут, мажоры там и сям.
Ля-фам, «Жан-Жак», Собчак с звериным рыком.
В Москву поржать выносит поросям
талантливый и хитрожопый Быков.
Отбрось высокогорнюю хуйню,
мой милый друг.
Тюрьму оставим школе.
Порукой круговою спаян круг.
А мы за ним.
И мы с тобой на воле.
_____________________
* Наум Коржавин «Генезис «стиля опережающей гениальности», или миф о великом Бродском»
http://finbahn.com/коржавин-миф-о-великом-бродском/

самогон

И век – не срок.
И год за годом
в Майдан 17-го года.
Там
на картавом рубеже
грассирует тоска-паскуда,
и Альбионный прыщ-иуда
растёт,
и брызнет гной уже.

– Мадам! Ах, что у вас под юбкой?
Мы эти губки нашей губкой,
и станешь коблой губчека.
И пальцем в вспоротое вымя.
Ну разве ж видились такими?
И ужас в очи мальчика.

Когда развалы книг напрасны,
смотрись в Майдан.
И станет ясно
кого танцуют, кто – танцор.
Сто лет назад всé были в красном,
и горло бритвою опасной
ласкал и Двор, и хор, и вор.

А после
всех поставят раком,
до гланд достанет Гегель,
с гаком,
потом на хор,
вор пялит Двор.
Теперь… –
пишите мемуары
про тары-бары растабары,
валите на голодомор.

Те громче всех зовут свободу,
кто пьёт отравленную воду –
«отбиты почки, кровь в моче…».
Дворянский герб на палаче.

«Виват! Оправдана в веках!»
Несут Засулич на руках*.
Сверкнёт пенсне под шорох юбки,
под юбкой губки
мясорубки.
Котлетки получились – ах!
Ну, прямо пальчики оближешь.
Нобле́с обли́ж **
– Иди поближе.
Святая. Тысяча в летах.
Сокуров ловит кадром пах.
И долго камера не сводит
глаз зрителя.
Сокуров моден.
А фильма*** получилась – швах.

Когда бы чистили ебало
за пиздобольство либералам.
Но разве грех – гешефт свобод?
В культуре царствует – урод.
Урод строчит литерадуру.
Что значит – все ебут культуру:
софиты, залп аврорам дан –
сегодня театр даёт «Майдан».

p.s.
Сто лет
Иуда за Иудой:
– Пора валить! Просрали чудо!
_____________________
* «И на углу Шпалерной и Литейного тысячная толпа несла (освобождённую террористку Веру Засулич) на руках!»
Солженицын «Красное колесо»
** «Noblesse oblige» [нобле́с обли́ж] — французский фразеологизм, буквально означающий «благородное (дворянское) происхождение обязывает».
*** Сокуров «Фауст»

*** *** ***

мы русские
ять
в нас сидит это
блядь
ни с кожей содрать
ни отдать ни продать
в нас юдолью вер
вогнан эр сэсэсэр
нам некуда больше
а меньше
вот хер
мы русские
в ус
в нас по печень тунгус
а в венах
татаромонгольский укус
нас трудно на вес
все кто пробовал
в лес
где их дожирал
наш языческий бес
мы русские
ад
в головах медсанбат
сплошной сталинград
и ни шагу назад
за красный закат
и за красный восход
пусть всё пропадет
но ни шагу вперед
мы русские
ы
нам кресты что версты
под богом без бога
всю жизнь холосты
хлысты и подвалы
чифир лагерей
мы русские
в вечном плену у царей
которым однажды
втемяшился в мозг
под страшный мороз
этот русский вопрос
так крепко так люто
отравлена кровь
как наша тоска
и как наша любовь
как русская водка
в граненый стакан
чтоб искры из глаз
и пиздец
и стоп кран

Share

Александр Бабушкин: Стихи: 1 комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

AlphaOmega Captcha Mathematica  –  Do the Math
     
 
В окошко капчи (AlphaOmega Captcha Mathematica) сверху следует вводить РЕЗУЛЬТАТ предложенного математического действия