262,147 просмотров всего, 188 просмотров сегодня

Share
  Номер 5(121)  май 2020 года  

Мир науки

Евгений Беркович
Можно ли считать позднего Эйнштейна неудачником?
Альберт Эйнштейн привык в одиночку решать сложнейшие задачи. Триумф общей теории относительности, к которому он упорно шел в течение десяти лет, давал надежду, что и с единой теорией поля, охватывающей и макро- и микромир, тоже удастся рано или поздно справиться. Но в немыслимой сложности этой задачи ученый не сомневался. Этому его тоже научил богатый жизненный опыт.

Анатолий Сонин
Советская история физики и борьба с «космополитизмом»
Идеи космополитизма — идеи широкого международного общения и мирового правопорядка в изложении советской пропаганды превратились в орудие экспансии капитализма и американского империализма, прямо угрожающего самому существованию советского государства. Это особенно остро проявилось в кампании по насаждению "идейности" в литературе и искусстве, которую инициировали известные идеологические постановления ЦК ВКП(б).

Алина Еремеева
Переписка длиною в жизнь. Б.П. Герасимович — Х. Шепли, Ф. Шлезингер и др. (1919—1937)
Первая попытка напомнить и у нас о Б.П. Герасимовиче (и Б.В. Нумерове), называя вещи своими именами, была предпринята автором настоящей статьи при подготовке коллективного юбилейного тома «Развитие астрономии в СССР. 1917–1967» в серии таких тематических монографий, издание которых осуществил тогда Ин-т истории естествознания и техники (ИИЕиТ) АН СССР.

История

Олег Татков
«Десять дней без войны», или История итальянской «самоволки» Константина Симонова в 1944 году*
Вокруг поездки Константина Симонова в Италию в октябре 1944 года, вернее о её якобы «спонтанности и самостоятельности», существует миф, который тиражируется уже много лет. Частично к этому руку приложил и сам Константин Михайлович в своих дневниках. Хотя, надо отдать ему должное, — он расставил намёки в тексте дневников, предшествующем описанию его итальянской «самоволки».

Николай Пороховник
Тот единственный май*
Несколько миллионов, те, кто носил в Германии знак «OST», как клеймо, и кто был военнопленным и выжил в лагерях, так и остались виноватыми в родной стране. В Советском Союзе их не реабилитировали. Лишь только в 1995 году вышел указ об их реабилитации. Но многим из них уже было все равно.

Всеволод Малиновский
Городничий города Велижа и военный комендант города Витебска
При тогдашних настроениях “давивший” все соседние здания своей старинной стильной архитектурой еврейский храм, неожиданно для себя очутившись в центре узкого простран­ства, образовавшегося между католическим Успенским косте­лом, с одной стороны, и вновь сооруженным униатским собором, с другой, не мог, конечно, не почувствовать некоторой тревоги за свою судьбу.

Борис Тененбаум
Борджиа
Легенда рода Борджиа живет и по сей день, пять с хвостиком веков спустя, и не проявляет никаких признаков того, что когда-нибудь все-таки надоест публике... Она началась с внезапного бегства с супружеской постели «счастливого новобрачного» Джованни Сфорца. B конце лета 1493-го его что-то сильно испугало.

Валерий Сойфер
Вавилов и Лысенко
Однако такие настали в красной России времена, что дикие и по сути и по форме обвинения выдвигались в адрес самых невинных людей. Впрочем, не одни чекисты взывали к властям с призывом устранить Вавилова из жизни. Того же требовали и некоторые из завистливых и не столь успешных, как Вавилов, людей.

Культура

Самуил Кур
Mуза и маузер
После визита к врачу Маяковский провожал уже не Эльзу, а Татьяну. Отвез ее домой на такси, укутал ей по дороге ноги своим пальто, а возле дома признался в любви. Они встретились на следующий день. Когда-то, в поэме «Облако в штанах», Владимир Маяковский писал: «... иду красивый, двадцатидвухлетний». Сейчас ему было тридцать пять, а красивой, двадцатидвухлетней, была Татьяна.

Лев Сидоровский
«Что же из этого следует? Следует жить...» Вспоминая Юрия Левитанского
Что ж, видно, у нас будет, как и во всём мире: книги станут выпускать небольшими тиражами, и, чтобы встретиться с поэтом, уже не понадобятся Лужники, вполне достаточным окажется скромное, уютное помещение. Это нормально. Истинная поэзия — не для миллионов, а все-таки для избранных, для тех, кто способен её понимать.

Галерея

Мишель Жорж-Мишель
Игорь Волошин
От Мосье Де Га до графа Тулуз-Лотрека. Перевод и комментарии Игоря Волошина*
Я Ренуар, и в своей работе намерен оставаться Ренуаром. Если бы я хотел писать как этот, — он указал на «Рождественскую ночь» Пикассо, — я бы так писал. Но я пишу для собственного удовольствия. А теперь заткнитесь, поняли?

Педагогика

Лариса Берман
Записки логопеда
В своё время, где-то в пятидесятых, Московский институт дефектологии проводил исследования и вынес вердикт, что еврейская картавость есть генетическая особенность нации. Но для многих всё равно это всё ещё остаётся еврейской загадкой. И нет сегодня чёткого ответа на этот вопрос.

Экономические беседы

Григорий Ханин
Андрей Белоусов — спаситель российской экономики?
Белоусову как гражданину и патриоту было невыносимо жалкое экономическое и политическое состояние России в этот период.  И он мечтал из него вырваться, вернуть России почетное место в мире. Но это (приходится говорить банальные вещи) не обеспечивается фантастическими прогнозами и без серьезных жертв. В аналогичной ситуации в период битвы за Англию Черчилль говорил, что не может обещать ничего, кроме пота и слез

Люди

Борис Альтшулер
О недавно вышедшей в Москве книге «Андрей Сахаров, Елена Боннэр и друзья»
Место было выбрано не просто случайно, а по принципу “в одно место бомба не попадает” — телефон в квартире был отключен, квартира ощутимо прослушивалась, и это легко было проверить, достаточно вслух сказать о какой-то встрече, прийти туда и увидеть ожидающих “топтунов”. Поэтому, когда надо было говорить о наших делах, мы “говорили” на бумаге, называли этот процесс “русско-русским разговорником”.

Евсей Цейтлин
Дорога домой. Из цикла «Откуда и куда. Писатели русского зарубежья»
Меня формировали слова Кеннеди. В пятнадцать лет в Заводском районе Минска вырезал их из журнала «Америка» и приклеил хлебным мякишем к стене. «Не спрашивай, что твоя страна может сделать для тебя, спрашивай, что ты можешь сделать для твоей страны». Через сорок с лишним лет, когда оказался в Америке, я обнаружил: страна во многом не похожа на мои представления о ней.


Печатаем с продолжением

Виталий Мацарский
Сэр Фред Хойл
Сэр Фред Хойл был одним из самых творческих и независимо мыслящих астрофизиков последних пятидесяти лет. Он помог прояснить формирование тяжёлых элементов, и назвал обидным, с его точки зрения, именем Большого взрыва теорию, которую категорически отвергал.

Мемуары

Евгений Кычанов
Наталья Стругач
Первый раз в Китае. Предисловие и публикация Натальи Стругач*
В Пекине в 1964 г. ещё нередко можно было видеть пожилых женщин с маленькими детскими ножками — дань китайской мужской чувственности, просуществовавшей до этого около тысячи лет. То, что обычай бинтования ног у девочек не описан у Марко Поло, используется в качестве веского доказательства теми, кто утверждает, что сам Марко Поло в Китае не был.

Владимир Алейников
Мой самиздат
Мыслю я именно книгами. Такой у меня способ мышления — мой, личный. Каждая моя книга — единое, целостное произведение, где всё абсолютно, что составляет этот организм, живой и сложный, это очередное свидетельство существования моего собственного мира, всё, что собрано воедино там, внутри, под обложкой, — взаимосвязано.

Поэзия

Вячеслав Вербин
Инфинитивы
Смотреть с презрительным прищуром
И проходить плечом вперёд
Сквозь кособокие фигуры
Под общим именем "народ".

Леми Нес
"Вы оплатили проезд на земном шаре?" Стихи
Исчезли запахи, звуки, краски,
Заполз на их место жуткий страх
И скользкой, липкой, серой замазкой
Замазал все щели на мечтах.

Лариса Миллер
В утреннюю смену. Избранные стихотворения
А пока я доносила
Злые мысли до страницы,
Фраза: «Всё невыносимо»
Превратилась в щебет птицы.

Проза

Леонид Ильичёв
Как я был переводчиком в борделе. Три рассказа
Дома Павел достал Пастернака, том из Большой серии «Библиотеки поэта», подаренный ему тётушками на день рождения, открыл книгу — и о, чудо: он вдруг стал понимать каждое слово, каждый ход поэта, каждое движение души. Пастернак стал для него воистину открытой книгой, стихи запоминались наизусть с первого раза.

Владимир Владмели
Советский архимандрит
Взглянув на них, Алипий вновь обратился к келейнику:
— А теперь, отец Корнилий, неси топор, головы рубить будем!
Посланцы Хрущёва испугались. Они представляли власть, но она была где-то далеко, в Москве, а тут — фанатик-настоятель и преданные ему монахи.

Борис Клейман
Печаль весны первоначальной
А народа нет. Есть или кулябы, или халявщики, ждущие кормёжки, или воры. Нередко это одни и те же биологические существа: в белом венчике из роз впереди единоросс... Если бы нынешние ширинские-шихматовы и клейнмихели не были столь ажитационно жадны, они бы организовали второй «философский пароход».

Александр Ласкин
Разговор в поезде по дороге из Глазго в Герван. Глава из документальной повести «Белые вороны, черные овцы»
Собрались гости, а Игорь Петрович задержался. Наконец, появляется и на рояль в столовой бросает десяток пачек с купюрами. Он только с киностудии, где получил гонорар за фильм. Что ни говорите — эффектный жест. Практически — инсталляция. Деньги высятся кучкой, но хозяин их не убирает.

Елена Матусевич
Как мы везли спирт
У подруги было две страсти, мужчины и курицы. И в то время как первые, с возрастом, разочаровали, вторые, наоборот, очаровали окончательно. Разведение породистых кур требует, как известно, особой секретности. Потому, захватив последнего мужа с собой, так как избавиться от него не представлялось уже возможным по состоянию его здоровья, подруга укатила в самый дальний и неисследованный уголок необъятной Ленинградской области.

Леонид Гиршович
«Рычи, Китай»
Есть замечательный рассказ о человеке, который охладел к возлюбленной, узнав, что она не натуральная блондинка. Это все меняло. Рустем — баба?! Шашни — с одним, с другим, с тем же Беллиа, которого Патрик всегда подозревал — все это выдает шлюху. А Рустем виделся Патрику крутобедрым мачо, чья жизнь была полна соблазнов.

Эссе


Печатаем с продолжением

Ольга Балла-Гертман
Дикоросль
И ещё одна мысль, не менее свежая: свобода не только в том, чтобы иметь на свой выбор разнообразие возможностей устроить собственную жизнь, но ещё и в том, чтобы не зависеть по существу от наличия таких возможностей и их количества. (Надо ли напоминать, что свобода — противоположность зависимости).

Театр и кино

Леонид Боярский
Школа кино — фильмы, люди, книги*
Я рассказал о недавнем визите С.А. Герасимова. Тарковский незамедлительно высказался о неискренности этого человека: дескать, с трибуны говорит одно, а в кулуарах совсем другое. Не было границ моему удивлению — в течение всего общения с аудиторией АА свято следовал алгоритмам Сергея Аполлинарьевича.

Юрий Димитрин
Софья Журавлёва
Диалоги с либреттистом
Со временем я стал замечать, что Ильф и Петров как-то по-новому перестроили мою речь. А ведь это что-то сугубо внутреннее, с психикой связанное. Вектор моей иронии, построение фразы, тяга к парадоксальности в речи. И не только я один так говорю, многие и многие люди моего и более младшего возраста в речи, а стало быть, и психике, испытали влияние ильфизма.

Читальный зал

Юрий Колкер
Поэт с эпитетом, или "Вносим череп командора"
Самойлова шальная пуля только задела, он дошёл до Германии — и стал «великим русским поэтом»… Сознают ли те, кто произносит эти сусальные формулы, что слово поэт никаких эпитетов перед собою не терпит? Любой эпитет снижает это слово. Русский поэт — меньше, чем поэт. Да-да, вы не ослышались: великий поэт — меньше, чем поэт: потому что слово великий — разменная монета в устах малых. А вот поэтом — просто поэтом — называют обычно тех, у кого этого титула не отнять.


* - дебют в журнале



//