© "Семь искусств"
  сентябрь 2018 года

Юрий Шейман: «Из искры возгорится пламя», или «Божественная комедия» Данте

Данте привыкли изображать очень серьезным, строгим, таинственным и суровым: «Суровый Дант не презирал сонета» (А.С. Пушкин). В массовом сознании Данте мрачен, как композитор Вагнер. А в действительности он яркий, разноцветный и веселый.

Юрий Шейман

[Дебют]«Из искры возгорится пламя», или «Божественная комедия» Данте

Юрий ШейманНе пора ли нам замахнуться на Данте нашего Алигьери?

Не все знают, что знаменитая фраза «Из искры возгорится пламя» на самом деле принадлежит Данте («Пир», «Рай») и лишь цитировалась А. Одоевским и большевиками. «Божественная комедия» написана не для того, чтобы пугать бедных человеков муками ада или прельщать льготами рая. Поэма предлагает маршрут освобождения, преодоления пут телесности и злых чувств. Путь к свободе — это путь самопознания и самоовладения. Бог есть любовь. А путь восхождения к Богу лежит через бездну отчаяния. Путь этот, по Данте, и индивидуальный, и соборный. Кроме того, «Божественная комедия» — это мистерия, таинство, мистическое описание совершенствования души на пути к Б-гу, как у францисканца Бонавентуры, практический опыт спуска и восхождения, который не способно заменить никакое теоретическое знание.

Поэма Данте — способ преобразовать себя, а одержимость любовью к Беатриче — неподвижный движитель его души. Поэт следовал Фоме Аквинскому, который в поисках обобщения законов физики, астрономии, жизни людей пришел к выводу о верховенстве любви и красоты во всем Божьем мире. Закон всемирного тяготения, притяжения физических тел — это тоже проявление любви. Любовь в таком мире действительно движет Солнце и светила. В Средневековье наука понималась не столько как добыча нового знания, сколько как систематизация уже известного. Данте всё знание своей эпохи — богословие, этику, эстетику, астрономию, астрологию, политику, физику, метафизику и т.д. — укладывает в единую парадигму, общим знаменателем которой выступает Божественная любовь.

Изучению строения мироздания Данте посвящали свои труды Галилео Галилей, который, например, объяснял, что лёд в аду застыл из-за колебаний крыльев Люцифера («О форме, расположении и величине ада Данте», 1588 г.) , отец Павел Флоренский («Мнимости в геометрии», 1922 г.) и другие мыслители разных эпох. Швейцарский математик Герман Вейль попытался сопоставить дантовскую космологию с современными математическими моделями мира.

Как писал Борхес: «Вселенная Алигьери обусловлена космологией Аристотеля, астрономией Птолемея и христианской теологией. Земля — неподвижная сфера. В центре северного полушария — гора Сион; на востоке река Ганг, на западе — река Эбро. Южное полушарие покрыто водой и запретно для человека. В центре его — гора Чистилища, антипод Сиона. Две реки и две горы образуют на земном шаре крест. Под Сионом (но намного шире его) открывается и идет к центру земли перевернутый конус Ада, разделенный на суживающиеся круги, подобные ступеням амфитеатра. Воронка Ада была образована падением свергнутого с Небес Люцифера. Адских кругов 9, их топография ужасна, состоит из руин; первые пять образуют верхний Ад, последние четыре — нижний — город с красными башнями, окруженный железной стеной. Внутри — гробницы, колодцы, пропасти, болота и пески; в вершине конуса — Люцифер, «червь, который пронзает землю». Трещина, пробитая в скале водами Леты, соединяет недра Ада с основанием Чистилища. Гора Чистилища — остров, где один только вход; по бокам громоздятся террасы, соответствующие смертным грехам; на вершине расцвел сад Эдема. Вверху — созвездие южного креста. Вокруг земли — девять концентрических небесных сфер; первые семь соответствуют планетам (небеса Луны, Меркурия, Венеры, Солнца, Марса, Юпитера, Сатурна), восьмая — небо Неподвижных Звезд, девятая —хрустальное небо, называемое также Перводвигателем. Оно окружает Эмпирей, где открывается Роза Праведных, несоизмеримая, вокруг точки, которая есть Бог… Такова в общих чертах конфигурация дантовского мира, подчиненная магии чисел 1, 3, 7. 9, а также круга» (Xорхе Луис БОРХЕС, из «Девяти эссе о Данте, Пролог»).

«Божественная комедия» Данте наполнена эзотерическими смыслами, в т.ч. числовой символикой, роднящей ее с Каббалой. Был ли Данте знаком с учением Каббалы? Возможно, и был, но символика чисел не есть собственность искючительно каббалистов. Это общее наследство средневековых интеллектуалов, доставшееся им от пифагорейской школы древнегреческой философии. Против опоры Данте именно на Каббалу может свидетельствовать эпизод из 8 Неба Небесного Рая, где Адам рассказывает, каким был первый язык: первоязык Адам придумал сам, но он исчез задолго до Вавилонской башни (аргумент против важного каббалистического постулата о том, что Б-г, когда создавал мир, использовал речения древнееврейского языка).

В эзотерике Данте 9 — это число, символизирующее его возлюбленную Беатриче, поскольку их первая встреча на земле произошла в девятилетнем возрасте, 9 являтся квадратом сакрального числа 3 (Троица); поэма состоит из трех частей — кантик, каждая из которых содержит 33 главы, плюс 1 — вводная — в первой части, в результате всего 100 глав — знак полноты. Трехчастной структуре поэмы соответствует тематическое и предметное распределение обиталищ мертвых (Ад, Чистилище и Рай), а также триединство классической античности, ветхозаветного и христианского миров. Событие путешествия героя по загробному миру отнесено к пасхальной неделе 1300 г., герою — Данте — 35 лет, середина жизни, переломный пункт, конец Средневековья, заря Возрождения. Символика и в словах: по-итальянски Рим — Roma, а если перевернуть, получится Amor: Данте был «глобалистом» — мечтал о всемирной империи (Roma), основанной на любви (Amor).

Каждая кантика заканчивается словом stelle («звезды», «светила»), имя Христа рифмуется только с самим собой, святые имена Спасителя и Богородицы в аду ни разу не упоминаются.

Композиция поэмы подчиняется правилу золотого сечения, т. е. соблюдается равная пропорция в соотношении целого к большей части и большей части — к меньшей. Кульминационный пункт — встреча с Беатриче — приходится на 30-ю главу Чистилища, ей предшествуют 63 главы, впереди еще 36; а это еще и перевернутое числовое соотношение (63:36), цифры 3 и 6 в сумме дают 9.

Подражание природе выразилось и во фрактальном устройстве загробного мира у Данте, например, структура отдельных кругов ада повторяет структуру ада в целом.

«Божественная комедия» написана терцинами — трехстишиями с перекрестной рифмовкой, переходящей на следующую строфу; как считается, такая организация моделирует дискретно-континуумное строение материи, например, корпускулярно-волновую природу света. Свет у Данте — эманация Божества, переходящая в Любовь. В Раю разыгрывается грандиозный свето-цветовой спектакль. Путешествие Данте из Ада к Раю — восхождение из мрака к свету.

Всего в «Божественной комедии» 14 230 стихов, слитых формально и содержательно со всеми сюжетами, подтекстами и эзотерическими смыслами в единый кристалл, по выражению О. Мандельштама. Грандиозность творения Данте поражает воображение.

Но главное в поэме всё же не это, а образы людей. Данте в литературе — то же, что его современник и приятель Джотто — в живописи. Персонажи у него живые (хотя и мертвые), потому что не укладываются в двузначную логику: хороший — плохой. Данте участь всех людей примеряет на себя, только так, через сочувствие или, по крайней мере, внимательное вглядывание, можно идти вперед. Он постоянно твердит, что ему не хватает слов, чтобы передать увиденное. Робость, неуверенность, как бы неумелость человека Данте составляют главную прелесть поэмы. Но поэт Данте сравнивает гул водопада с гудением пчел в улье («Ад», 16); несущихся в вихре страсти любовников — с журавлиным клином, прощально летящим на юг («Ад», 5), а движение бровей теней, встретивших незнакомцев в аду, с ужимкой старого портняжки, вдевающего нитку в иглу («Ад», 15). Магический реализм Алигьери сделал его сочинение бестселлером своего времени. Народ воспринимал поэму, как сегодня воспринимается фэнтэзи или триллер. Торговки на рынке узнавали поэта и охотно верили, что он действительно побывал в царстве мертвых. Болонские нотариусы в своих актах цитировали «Божественную комедию». Книгопечатания еще не было. До наших дней дошли 700 списков поэмы. Это очень много. По популярности творение великого флорентийца сравнимо только с Библией. В Италии «Божественную комедию» называли просто — «Книга».

Когда-то Вольтер ехидно заметил: «Слава Данте будет вечной, потому что его никто никогда не читает». Ну это смотря кто. (Кто-то вообще ничего не читает). А.С. Пушкин читал Данте, О. Мандельштам читал, даже выучил специально для этого итальянский язык. Его «Разговор о Данте» весьма ценится в Италии. К. Маркс называл Данте среди своих любимых поэтов и часто цитировал «Божественную комедию», говорят, даже знал наизусть.

Данте писал свою поэму почти 14 лет (с 1307 по 1321 г.). При жизни поэта опубликованы были первые две кантики («Ад» и «Чистилище»). «Рай» был доведен до конца накануне смерти автора («И как не умереть поэту, когда поэма удалась» — М. Цветаева), но опубликован при его жизни не был. По преданию, последние главы «Рая» не могли отыскать, и тогда Данте явился во сне своему сыну и указал место, где их нужно искать, что и было успешно исполнено.

Появление списков всех трех частей поэмы в составе 100 песен относится к годам, ближайшим после смерти поэта.

По жанру «Божественная комедия» — sacra visione — священное видение, или откровение о тайнах неземного бытия. Данте, по-видимому, был визионер и в художественном отношении практически исчерпал этот довольно распространенный жанр средневековой мистической литературы.

Во все времена особым почтением пользовались персоны, посетившие царство мертвых и вернувшиеся на землю: Орфей, Тесей, Одиссей, Эней, Христос, Богоматерь, апостол Павел, пророк Мухаммед. Из «наших» (иудеев) — рабби Ишмаэль бен Элишу, рабби Акиба. В более близкие к нам времена к этим мифологическим или полумифологическим фигурам добавились духовидцы швед Сведенборг (18 в.) и русский Даниил Андреев (20 в.). Данте Алигьери — из этого ряда. Традиция описывать потусторонний мир опирается на философские сочинения Платона «Горгий», «Федон», «Федр» и «Государство». Как правило, это всё очень серьезные сочинения. Мир мертвых — какие уж тут шутки. Но поэма Данте называется комедией. Эпитет «Божественная» в смысле «необыкновенно прекрасная» впервые употребил по отношению к ней Боккаччо через несколько десятков лет после смерти Данте, а закрепилось оно еще много позже.

В каком же смысле это комедия? Данте привыкли изображать очень серьезным, строгим, таинственным и суровым: «Суровый Дант не презирал сонета» (А.С. Пушкин). Осип Мандельштам смеялся над стереотипом «французских миниатюр», на которых Дант «состоит» из орлиного носа, капюшона и «промышляет чем-то на скалах». В массовом сознании Данте мрачен, как композитор Вагнер. А в действительности он яркий, разноцветный и веселый.

Обычно объясняют, что Данте назвал свой эпос комедией, потому что конец хороший: сначала ад, потом чистилище и наконец рай. Это напоминает шутку Вуди Аллена о том, что, будь его воля, он пустил бы фабулу человеческой жизни в обратном порядке: сначала старость, потом зрелость, молодость, а кончалось бы всё оргазмом. Ну, Вуди Аллену как киношнику вольно экспериментировать с пленкой. Но Данте ведь, в общем-то, так и сделал: начал со смерти и кончил экстазом. Он преодолел время. Однако вопрос: если в те времена было принято называть комедией любое произведение с оптимистическим финалом, почему же у современников Данте такое название вызвало недоумение? Да и вообще: представьте себе пьесу под названием «Пьеса», басню под названием «Басня» и т.д. Тогда уж более правы были те, кто называл творение Данте просто «Книга». Но просто «Книга» уже была, это Библия. А Данте написал «Комедию», и сам это объяснял тем, что обратился к народному итальянскому языку, а не к латыни, как подобало бы для рассуждений о священных предметах. Поэма Данте не умещается в жестких рамках того или иного классического жанра. Она не скована канонами, а смешение стилей уместнее всего именно в комедии. Кроме того, там на самом деле немало смешного, и прежде всего в поведении самого Данте как литературного персонажа. Он «не умеет себя вести, не знает, как ступить, что сказать, как поклониться». «Если бы Данте пустить одного, без «dolce padre» — без Вергилия, скандал неминуемо разразился бы в самом начале, и мы имели бы не хождение по мукам и достопримечательностям, а самую гротескную буффонаду» (Осип Мандельштам «Разговор о Данте»). В аду одна дама сидит за то, что льстила любовнику по поводу его мужских достоинств. Во рву, где сидят взяточники, коррупционеры, мздоимцы, всё подано с элементами фарса: черти дерутся между собой, кривляются, показывают язык, пукают, грубо ругаются и сами нечаянно вязнут в смоле. И имена у чертей комедийные: Загребала, Злохвост, Косокрылый, Хвостач и т.п.

Комическая опера Пуччини «Джанни Скикки» основана на истории, рассказанной Данте в «Аде» о человеке, который подделал чужое завещание, вернее, под видом другого человека (вроде бы тот еще не умер, а на самом деле покойного) продиктовал нотариусу завещание, по которому ему отходило почти всё чужое имущество, а на богоугодные дела оставил гроши.

В другом эпизоде «Ада» Данте нечаянно ударил одного грешника, тот разорался. Данте в ответ обещает сочувственно упомянуть его в своей книге, если тот расскажет о себе, но грешник не хочет, Данте злится, рвет его за волосы, требуя назваться. Когда же становится известным, что это его враг Бокка дельи Абати (гиббелин, который отрубил руку знаменосцу флорентийской конницы, что привело их к замешательству и разгрому), Данте в своей поэме создает ему «антирейтинг»… Ничто человеческое ему не чуждо.

В «Чистилище» поэт встречает своего друга Белакву — мастера по грифам к лютням и гитарам. Тот при жизни слыл выдающимся лентяем. Ленивец и здесь верен сам себе: не спешит идти со всеми и прилег у камня малость отдохнуть.

В кульминацинной сцене поэмы торжественно появляется Беатриче в колеснице и первым делом чисто по-женски набрасывается на Данте с упреками за его измену ей. Контраст священного и человеческого невольно рождает комический эффект. Можно отыскать в поэме и другие забавные эпизоды не столько божественной, сколько человеческой комедии. Недаром Бальзак использовал для названия цикла своих произведений парафраз названия дантовского эпоса.

В сущности, комическое не противоречит сакральному. Данте идет здесь вослед св. Франциску Ассизскому. Смех тоже аллегория света. Вспомним тютчевское: «Лазурь небесная смеется».

Кто такой Данте — еретик или верный сын церкви? Данте — «еретик неосужденный», — говорит Дм. Мережковский. В чем же ересь его? Данте был активным борцом против претензий Святого Престола на светскую власть и обвинял клириков в корыстолюбии, называл Католическую церковь распущенной шлюхой и воровкой. В его осуждении церкви слышны громовые раскаты грядущей Реформации. Он не был лишен предрассудков своего времени, но ощущал своей родиной всю Италию и даже всю землю и всё человечество. Есть основания думать, что он сочувствовал разгромленным тамплиерам (разгром ордена совпал по времени с началом работы Данте над «Комедией»). В качестве небесного проводника выступает у него святой Бернард Клервосский, покровитель тамплиеров. В «Чистилище» «Божественной комедии» порядок очищения от грехов напоминает обряды инициации в некоторых тайных культах. Это уже в 20 в. римские папы признавали, что у Данте нет ереси, что у него Божья милость сильнее всего. А тогда догматического закрепления учения о Чистилище еще не произошло. (Католики официально признали идею Чистилища только в XVI в. на Тридентском соборе.)

У Данте в аду нет ни одного современника-иудея, зато римские папы, преследовавшие их, сидят там как миленькие. Конечно, Данте христианин и осуждает Иуду Искариота, Каифу, его тестя, «весь собор, оставивший в удел еврейскому народу злое семя», и оправдывает разрушение Иерусалима (в Небе Меркурия дантовского «Рая» устами императора Юстиниана высказывается мнение, что Рим всего лишь исполнил свою миссию, распяв Христа, а позднее отомстил иудеям, разрушив Иерусалим, т.к. они, видите ли, торжествовали свою победу). Осуждает он также евреев, торговавших в мусульманских странах, и еще в Чистилище у него обретаются два унылых еврея. Но к ветхозаветным патриархам Данте относится с великим почтением, придерживаясь версии, по которой Христос между распятием, смертью и воскресением, сошел во Ад, разбил адские врата и вывел оттуда иудейских святых в Рай. Праматерь Рахиль восседает у него в Раю рядом с Беатриче. Там же Моисей. С уважением относится Данте к еврейским обычаям, в частности, к обрезанию, и никаких признаков бытовой юдофобии у него не просматривается.

Можно смело предположить, что Данте был знаком с иудейской теологией. Именно оттуда почерпнута идея трехчастной структуры загробного мира. У евреев нет вечных мук, и абсолютное большинство грешников очищаются от грехов в Шеоле (прообразе Чистилища), чтобы предстать потом перед Всевышним.

В идее существования земного Рая и небесного приоритет тоже принадлежал еврейским мудрецам, в частности, Рамбан за несколько десятилетий до Данте во «Вратах воздаяния» описывал Ган Эден земной и Ган Эден высший.

В первой террасе 7-го Круга дантовского Ада душегубцы кипят во рву из раскаленной крови. Здесь просматривается иудейское отождествление крови и души (откуда идет запрет употреблять кровь в пищу).

В 29-й песне «Чистилища» проходит грандиозная аллегорическая процессия, разыгранная для Данте — сам поэт указывал на Книгу пророка Иезикииля как один из источников своей фантазии.

Глава, описывающая 6-й круг Чистилища, наполнена аллюзиями из еврейской истории с осажденными крепостями и людоедством.

Для Данте как политического мыслителя царь Соломон — этот мудрец на троне — был идеалом земного правителя.

У Данте в 14-й Песне «Ада» появляется образ Критского старца — истукана, символизирующего историю человечества от золотого века через серебряный и медный до железного. Сейчас он опирается на хрупкую глиняную стопу, и близок час его конца. Адские реки Ахерон, Стикс, Флегетон текут из глаз этого истукана. Чтобы человечеству излечиться, должен наступить новый золотой век, что Данте связывал с идеей всемирной империи. М. Лозинский в примечаниях к своему переводу «Божественной комедии» писал: «Великий старец — образ, заимствованный из библейской легенды: вавилонскому царю Навуходоносору приснился точно такой же истукан, и пророк Даниил истолковал это видение как символ настоящего и грядущих царств».

У Данте было много подражателей среди иудеев, самый известный из которых Иммануил (Иммануэль) Римский — младший современник поэта и, возможно, его приятель. Интересно, что Иммануэль упоминается в «Шулхан Арух» как запрещенный автор — видимо, за избыточное чувство юмора и эротизм.

Перевод «Божественной комедии» на иврит был выполнен Владимиром Жаботинским.

Итальянский поэт, прозаик, эссеист, переводчик еврейского происхождения Примо Леви, выжив в Холокосте, описывал ад Освенцима, прибегая к цитатам из «Божественной комедии».

***

АД — INFERNO

«Оставь надежду, всяк сюда входящий!»

«Земную жизнь пройдя до половины, я очутился в сумрачном лесу, утратив правый путь во тьме долины…» — так начинается «Божественная комедия». Данте близок к гибели, ему угрожают 3 зверя: волчица — символ алчности и современной автору Церкви, рысь (леопард) — сладострастие, лев — гордыня и властолюбие. Автор уповает на грядущего пса (императорскую власть), способного усмирить волчицу-церковь.

Дева Мария, св. Лючия и Беатриче посылают Вергилия помочь Данте преодолеть кризис середины жизни. Вергилий — любимый латинский поэт Данте — будет сопровождать его по Аду и некоторым кругам Чистилища.

В преддверье Ада Поле никудышных. Здесь те, кто не совершил в жизни ничего — ни хорошего, ни плохого. Они не достойны даже ада. Они вопят, бегают по кругу, их жалят слепни и осы. «Их память на земле невоскресима…» С ними вместе печальное состояние делят ангелы, которые при восстании Люцифера против Б-га не приняли ни одной из сторон.

Ад ужасен более всего тем, что не видно Неба, света Б-жьего нет. Тени утрачивают свет разума.

Первый круг Ада (парафраз использован А. Солженицыным в заглавии романа «В круге первом») называется Лимбом. Здесь некрещеные младенцы и добродетельные нехристиане (рожденные до Христа язычники, мусульмане, мифологические персонажи — признак Ренессанса): Демокрит, Платон, Аверроэс, Авиценна, Саладин. Здесь царит скорбь, но не страдание. Для мудрецов созданы привилегированные условия — особый замок с 7 воротами свободных искусств (тривиум, квадривиум). Они сгруппированы по парам по принципу противоположности и философствуют. Холмы, рощи, рассеянный свет.

Данте — настоящий человек Возрождения, у него в Лимбе люди, не обязательно добродетельные в узком христианском смысле, но и просто умные, смелые, благородные.

Интересно, что в 2006 г. специальным постановлением Папы Римского Бенедикта XVI в Лимбе было ликвидировано детское отделение, и все некрещеные младенцы были благополучно переселены в Рай.

2-й Круг. Демон Минос (полубог, бывший царь Крита) судит грешников: сколько раз он обовьет свой хвост, на столько кругов нужно спуститься. Во 2-м круге находятся сладострастники. Ветер, что их носит, и есть их страсть. Здесь упоминаются в связи с любовными романами Семирамида, Дидона, Елена Прекрасная, Ахилл, Тристан…

Особенно трогательная история связана с Франческой да Римини (дочерью Гвидо I, правителя Равенны, и Паоло Малатеста, братом правителя Римини Джанчотто). Вихрь их носит, но они хотя бы навеки вместе, а их убийца еще жив. В те времена существовала такая вещь, как «брак по доверенности». Прекрасный юноша Паоло во время венчания с Франческой представлял своего брата, безобразного горбуна. Франческе, естественно, нравился Паоло, и вот однажды они читали любовный роман о Ланселоте и Джиневре, жене короля Артура, в какой-то момент их дыхание слилось, книга выпала из рук, и больше они в тот день уже не читали… Ревнивый муж застал их вместе и заколол обоих. Данте, услышав эту историю, лишается чувств («И я упал, как падает мертвец»). Отчего Данте падает в обморок? Конечно, прежде всего от сочувствия (он довольно часто это делает в поэме), ведь поэт лично знал Франческу, еще когда она была ребенком, держал ее на руках. А может, себя представил в этой ситуации или почувствовал свою вину — ведь подтолкнул их ко греху любовный роман. А Данте сам культивировал как поэт Новый сладостный стиль, воспевая любовные чувства, и отнюдь не к своей законной супруге. Но главное, как кажется: Данте ощутил здесь острую несоизмеримость Божественных установлений и человеческой натуры.

Разумеется, история Франчески и Паоло получила многочисленные отражения в мировом искусстве: Джон Китс, Габриэле ДАннунцио, Александр Блок, Энгр, Гюстав Доре, Чайковский, Рахманинов, Асафьев и мн. др.

3-й Круг. Чревоугодники, обжоры, гурманы. Эти валяются в грязи под дождем и градом, как свиньи. Цербер их глодает. Они гниют. Чтобы отвлечь Цербера, Вергилий бросает ему в пасть 2 горсти земли, выкраивая этим время для прохода, пока тот давится. Здесь Чакко — известный всей Флоренции чревоугодник, находящийся, как все здесь, в смрадном болоте под холодным дождём. Данте ему сочувствует, и он предсказывает Данте его будущее изгнание.

Почему чревоугодие хуже похоти? Это более свободный грех. Со страстью человеку справиться труднее, а обжорство всё же поддается человеческой воле.

В 4-м Круге скупые и расточители. Альтернатива этим грехам — щедрость. Грешники катят камни и бьются друг с другом.

В грязном Стигийском болоте 5-го Круга находятся гневливые и унылые (ленивые). На дне унылые, наверху — гневливые. Гневные всё-таки на поверхность выталкивают свой гнев, а те, кто в себе держит, — на дне. Данте и сам был гневлив. Один из обитателей болота, который при жизни враждовал с Данте, вцепился в лодку в попытке стянуть Данте в болото. Вергилий отталкивает его, и тот яростно грызет сам себя.

Путники подплывают к городу Диту (Аиду), нижнему аду, освещенному пламенем и полному чертей.

Здесь 6-й Круг, который сторожат фурии. Ангел, спустившись с Неба, помогает Вергилию и Данте проникнуть в город Дит. Это уже настоящий ад. (Распределение грешников в аду происходит по принципу: чем менее материален грех, тем он страшнее.) До этого были всего лишь слабые грехи невоздержания. А здесь еретики и лжеучители. Они находятся в раскалённых могилах. Здесь Эпикур, который не верил в промысел Божий и бессмертие души. Здесь Фарината дельи Уберти — подражатель Эпикура, глава гиббелинов (когда-то он спас Флоренцию от разрушения). Теперь стоит в огненной могиле, но продолжает отрицать ад. Чёрт в «Братьях Карамазовых» Достоевского упоминает этого персонажа: мол, сам находится в загробном мире, а продолжает отрицать его. (Вот это по-русски!) Данте уважает Фаринату вопреки тому, что тот принялся оскорблять его: это не гордыня, а чувство собственного достоинства. Мандельштам назвал Фаринату родоначальником байронизма.

В этом круге и Кавальканте Кавальканти, отец друга Данте, поэта Гвидо Кавальканти, при жизни он отрицал бессмертие души. Данте сообщает ему, что его сын жив, но не допущен на экскурсию в загробный мир, т.к. отрицал любовь. Считал, что она ведет к гибели. Да и Вергилия не чтил.

В загробном мире знают будущее, но не знают настоящего. Ведь темно. Не видно под ногами, а на расстоянии всё же некий абрис виден.

Впереди зловонная пропасть 7-го Круга. Дит продолжается. Рычит. Минотавр. Сюда нельзя посторонним, чтоб не смотрели на грех. Он, как и святость, тайна. Для Данте сделано исключение. Здесь находятся насильники и обманщики — у них воля к этому, и это уже не просто невоздержание. Основная идея Данте — бесплодие насилия. 7-й круг состоит из 3-х террас (рвов). В 1-й насильники над ближним и его достоянием (тираны, убийцы и разбойники, мародеры). Они кипят во рву из раскаленной крови. Тех, кто выныривает, кентавры расстреливают из луков.

Во 2-м рву самоубийцы (т.е. насильники над собой) и насильники над своим достоянием (игроки и моты). У них нет человеческого облика. Дело в том, что, когда придет Страшный Суд, все души оденутся в свои тела. Все, кроме самоубийц. Эти потеряли свое тело и поэтому представлены в аду в виде сухостоя. Сухостой терзают гарпии (птицы с женскими головами). Но среди самоубийц есть и достойные люди. Например, Пьетро делла Винья, он служил императору, но не сумел предотвратить ему анафему, был несправедливо обвинен и, чтобы снять с себя бесчестие клеветы, покончил с собой. «Я как с конца палимое бревно», — говорит он. Данте нечаянно надломил ветку. Пошла кровь. А эти души могут говорить, только пока течет кровь. Душа жалуется: «А ведь мы были людьми».

Далее еще один самоубийца — судья-флорентиец, вынесший за деньги неправедный приговор и повесившийся после этого. Данте собирает ветки этого грешника, чтобы облегчить ему страдания.

Мотов разрывают собаки.

В 3-м рву насильники над Божеством (кощунники, богохульники), над естеством (содомиты), над искусством — ростовщики (торговцы временем). Общее у них то, что они хотели получить больше, чем сами дали. Капаней, один из семи осаждавших Фивы, поносил богов, за что был низвергнут Зевсом в Аид. Продолжает богохульствовать и в аду. Этим напоминает Фаринату. Он видит в Боге насилие (а Данте — любовь), но за принципиальность можно уважать и его. Богохульники лежат навзничь, лицом вверх.

Содомиты (содомский грех — не только секс мужиков с мужиками, но и разнополый анальный и оральный). Эти снуют (типа совершают фрикции).

Знакомые флорентийцы просят Данте рассказать дома, что он видел их.

Далее лихоимцы и ростовщики, осужденные за торговлю временем (проценты), принадлежащим Б-гу, сидят съежившись и изнывают в бесплодной пустыне. На них низвергается огненный дождь, а они втаптывают в землю огненные хлопья. С груди у них свисает мошна, украшенная гербами, — намек на принадлежность к знатным семействам.

8 Круг состоит из 10-ти Злых Щелей — Злопазух с обманщиками, не злоупотреблявшими доверием. Это ад в миниатюре. Здесь тоже сначала менее тяжкие грехи, т. е. по-человечески простительные, но, чем дальше, тем мерзее ложь.

В 1-й Злопазухе обольстители и сводники вереницами идут навстречу друг другу. Их бичуют бесы. Здесь некий Венедико Каччанемико, принудивший из политических видов свою сестру стать любовницей одной знатной персоны.

Во 2-й льстецы сидят то ли в кале, то ли в дегте и хрюкают, как свиньи.

В 3-й святокупцы — торгующие церковным имуществом. Продажа церковных должностей называется симонией по имени Симона Волхва — персонажа Деяний апостолов, который предложил денег апостолам за сообщение ему их дара посредством возложения рук низводить Дух Святой на крещёных и был строго обличён и проклят апостолом Петром. Здесь Папа Николай III, жегший евреев и введший для них первоее гетто; здесь уготовано место Папе Клименту V, предателю тамплиеров, и Бонифацию VIII, виновнику поражения белых гвельфов и, косвенно, изгнания Данте. Здесь они за хищения церковного имущества и дурную политику. Все эти головой торчат в камне, ступни их жжет огненная лава.

В 4-й — звездочеты, колдуны, гадатели, лжепрорицатели. У них голова вывернута назад, они пятятся, их слезы текут по спине в задницу. Они поражены немотой. Данте сначала их пожалел, но Вергилий его убедил, что надо не жалеть грешников, а любить добро.

В 5-й — взяточники, коррупционеры, мздоимцы. Бесы варят их в смоле и протыкают баграми, когда те выныривают на поверхность. Данте самого обвиняли в коррупции. Поэтому черти решили расправиться и с ним, бросились за ним в погоню, Данте перепугался, а Вергилий схватил его в охапку и, карабкаясь по скале. спустился быстренько за пределы 5-го рва.

В 6-й Щели — лицемеры. Мосты сюда разрушены землетрясением, случившемся, когда Христос спускался в ад. Здесь так называемые «радующиеся» монахи ордена гауденитов. Эти монахи могли жениться и не соблюдать постов. Фарисей Каиафа валяется распятый на земле, по нему проходят толпы грешников. У лицемеров каменные и свинцовые мантии, но позолоченные.

7-я злопазуха. Поэты карабкаются вверх, у Данте одышка. Здесь воры. Их жалят и с ними совокупляются змеи, порожденные каплями крови Медузы. При этом они рассыпаются в прах, а потом идут метаморфозы — взаимопревращения змей с грешниками. (Прямо Босх какой-то.) Вот некий Ванни Фуччи, он обокрал ризницу и показал кукиш Б-гу, а наказан был на земле за это преступление другой человек. Здесь и другие разбойники. «Стыдись, Флоренция, это твоё отродье!»

В 8-й лукавые советчики горят в виде адских огоньков. Здесь Одиссей (Улисс) за свои хитроумпые советы (с Троянским конем, например). Душа Улисса заключена в пламя, способное говорить. И он рассказывает, будто его корабль попал в южное полушарие и разбился возле Чистилища. Данте ценит стремление Улисса открывать новое. В этой фигуре угадывается будущий Колумб и грядущие Великие географические открытия. Кроме того, Одиссей ведь тоже побывал когда-то живым в Аиде. Но авантюрист Улисс двигался по горизонтали и погиб, а Данте — по вертикали — и спасется.

Здесь и Диомед, тоже хитрец, укравший вместе с Улиссом в Трое статую Афины.

Здесь Гвидо да Монтефельтро, гиббелин, полководец 13 в., воевавший коварно, по-лисьи, а не по-львиному. Он раскаялся, стал монахом, но дал совет Папе Бонифацию VIII в злом деле (победа над белыми гвельфами, к которым принадлежал и Данте) в надежде на отпущение грехов. Св. Франциск хотел его в рай, но некий черный херувим логически доказал свое право на эту душу: нельзя одновременно грешить и каяться. У ангела с логикой было неплохо. (Привет Достоевскому.)

В 9-й Щели зачинщики раздоров. Схизматики. Их потрошат, режут на куски. Кишки свисают вперемешку с калом. Сюда Данте по недоразумению поместил Магомета и халифа Али. За это Данте объявлен врагом ислама, а в Пакистане «Божественная комедия» запрещена. В этой щели и Бертран де Борн, трубадур, воспевший войну и воевавший даже с родным братом; подстрекавший принца к мятежу против отца Бертран де Борн держит, словно фонарь, свою отсеченную, раскроенную надвое, лишенную мозга голову, а та восклицает: «Горе!»

В 10-й Злопазухе поддельщики металлов (алхимики), денег (фальшивомонетчики), людей (видимо, самозванцы) и слов (лжесвидетели) и т. п. Лжесвиднтели бегут, обуреваемые яростью, и кусаются. Фальшивомонетчики страдают водянкой и умирают от жажды. Алхимики поражены проказой, покрыты струпьями, как рыба чешуей. Самые худшие — те, кто выдавал себя за другого, — самозванцы. Эти превращены в оборотней и в бешенстве нападают на других. Грех лжи самый страшный, ведь Слово — это Бог. Здесь Мирра, дочь кипрского царя, которая полюбила своего отца и под чужим именем с ним жила. Отец узнал, хотел ее убить, она убежала. Превратилась в мирровое дерево.

Здесь жена Потифара, лгавшая на Иосифа Прекрасного. Здесь троянский лжец ахейский шпион Синон (посоветовавший коня ввезти в город). Занятно, как люди разных эпох препираются между собою. Для Данте все любопытны. Вергилий упрекает его за это.

Далее перед Данте с Вергилием жерло страшное. Это Колодец гигантов, там главный гигант — царь Немврод, инициатор строительства Вавилонской башни. Он говорит на том самом древнем языке, на котором изъяснялись люди до смешения языков.

Завершающий 9-й Круг Ада. Обманувшие доверившихся. Здесь 4 пояса.

Ледяное озеро Коцит. Холод — символ отсутствия любви. Все грешники вмерзли на разную глубину в зависимости от вины.

1 пояс — пояс Каина. Здесь предатели родных.

2 пояс — предатели родины и единомышленников. Наиболее интересная фигура здесь — граф Уголино делла Герадеска. Он правил в Пизе вместе с внуком Нино Висконти. Они рассорились — епископ Руджеро поднял мятеж против Уголино, заточил его в башню вместе с 4 сыновьями. Они все умерли от голода. Следует рассказ Уголино, как сыновья, увидев, что отец грызет свои пальцы, предлагали ему съесть их. Данте намекает на каннибализм Уголино, в т.ч. характером наказания: Уголино грызет череп своему предателю — епископу. Этот эпизод, основанный на реальных событиях, как и история Паоло и Франчески, весьма популярен в литературе и искусстве. Чосер пересказал этот эпизод в «Кентерберийских рассказах». Смерть Уголино была популярным сюжетом у художников-романтиков. Есть опера, драмы, скульптуры.

3 пояс — пояс Толомея (Птолемея).

Предатели друзей и сотрапезников. Птолемей — наместник в Иерихоне, который, пригласив к себе своего тестя князя-первосвященника Иудеи и двух его сыновей, вероломно убил их на пиру (135 г. до н. э.).

Иногда Данте помещал в Ад души еще живых людей, например, графа Альбериго. Возможно, тело его еще живо, но душа уже в аду, а в тело вселился бес. («Фрукты графа Альбериго» стало поговоркой. История была такая: родственник дал ему пощечину; потом вроде бы последовало примирение. Общая трапеза. Фрукты как сигнал, и наемные убийцы расправляются с обидчиком.) Данте сначала обещает очистить ото льда глаза грешника, если тот назовет себя, но считает возможным обмануть, причем прямо в аду, где за это и наказуют, и так и не выполняет обещанного.

4 пояс — Джудекка. Предатели благодетелей. Предатели величества Божеского и человеческого. Здесь скучает Люцифер, наполовину вросший в лёд. Его 6 крыльев (серафим всё-таки) подымают ледяной вихрь, 3 пасти — пародия на Троицу. Красная — ненависть; желтая — бессилие; черная — неведение. Отвратительно и страшно. Земля как яблоко с этим червем внутри. Первогрешник. Посередине Иуда, Брут и Кассий по сторонам, но Иуду Люцифер держит за голову. Кровавая слюна стекает. Они предали из любви, но эгоистической — для себя. Как и сам Люцифер предал Бога.

Здесь центр Вселенной. Прямо по Люциферу Данте и Вергилий вылезают из Ада. Всё переворачивается.

Опыт смерти позади. По каналу, пробитому Летой спутники восходят к южному полушарию.

Ч И С Т И Л И Щ Е — PURGATORIO

«Край целований молчаливых»

По форме гора Чистилища напоминает Вавилонскую башню. Здесь те, кто хочет пострадать, чтобы очиститься от смертных грехов. Грехи практически те же самые, что и в Аду. Для того чтобы попасть сюда, надо хоть в последний момент жизни покаяться, обратиться к Богу.

Души Чистилища поют хором псалмы и гимны и молятся только о том, чтобы молилились другие: это помогает сократить сроки очищения. Здесь идея всеобщей связи человечества; живые молятся за мертвых, а те — за живых; в Чистилище души страдают, потому что хотят этого, есть воля пострадать.

Хотя Чистилище находится не под землей, грешники всё же лишены света, пока не очистятся: у них могут быть зашиты глаза или они не могут или не смеют поднять голову.

Освобождение душ сопровождается землетрясением. Все радуются этому — в отличие от ада, где каждый готов грызть каждого и злорадствует. Если Ад стабилен, то здесь всё меняется, идет восхождение душ.

У подножия горы — умершие под церковным отлучением, но раскаявшиеся в своих грехах. Они должны провести там срок, в 30 раз превышающий срок отлучения.

В небе светят Венера (любовь) и 4 звезды, символизирующие языческие добродетели: мудрость, справедливость, мужество, умеренность.

***

Данте еле выкарабкивается из щели в скале, он очень устал. Вергилий ему помогает. Страж Чистилища Катон (он воплощает любовь к свободе) удивлен появлением нежданных гостей. Катон посылает Данте к морю смыть с лица копоть Ада и опоясаться прибрежным тростником. Вергилий по-отцовски помогает своему подопечному.

Приплывает челн. Новоприбывшие души. Среди них знакомый Данте певец Казелло. Данте хочет обнять его, но обнимает самого себя, ведь это тень, а не живой человек. По просьбе Данте тот поет песню про любовь, но Катон наорал на них: не положено! Казелло рассказывает: души попадают сюда не через ад, откуда душе ходу нет, а из устья Тибра, откуда ангел отвозит их на челне по воде к острову Чистилища.

Все замечают, что Данте не пропускает свет, но имеет тень. Вергилий объясняет, что Данте на самом деле живой. В Чистилище у Данте будет много предутренних снов. Тени же не спят.

Начинается восхождение. 113 псалом (о бегстве из Египта) сопровождает спутников.

В Предчистилище находятся нерадивые, медлившие с покаянием, откладывавшие. А также умершие насильственной смертью, т. е. не успевшие причаститься, но успевшие покаяться. Здесь павший в бою Буонконте да Монтефельтро. А также Сорделло, провансальский лирик. Вергилий и Сорделло — оба из Мантуи — обнялись. Сорделло решил проводить наших спутников.

Врата Чистилища. У алмазного порога Врат Чистилища Ангел с сияющим мечом (этим мечом он преградил когда-то изгнанным Адаму и Еве вход в рай). Ангел вырезает на лбу Данте 7 «р» («пеккатум» — «грехи»). У входа в каждый круг ангел взмахом крыла будет стирать по 1 «р».

Ангел отпирает врата Чистилища 2 ключами: серебряным (моральное подвижничество) и золотым (Благодать). Ангел предупреждает: Не оглядываться! Оглянувшийся будет изгнан.

1-й КРУГ. Гордецы. Данте сам гордец, и он именно здесь приуготовливает себе местечко после смерти.

Гордые слышат: «Блаженны нищие духом». И сами поют «Отче наш». Они таскают тяжести (камни, привязанные к шее) — чтоб не могли разогнуться. По стенам барельефы со сценами смирения: 1-й барельеф: смирение Девы Марии перед ангелом; 2-й: царь Давид пляшет вместе с народом перед ковчегом; 3-й: император Траян благосклонно слушает просьбу вдовы о заступничестве (по легенде, по молитве Папы этот язычник был освобожден из ада). Под ногами у путников изображения поверженной гордости: Люцифер, Бриарей, Олоферн, Саул, Троя, муки Ниобеи, гордившейся перед Латоной своими 7 сынами и 7 дочерьми, а у той только было 2 — Аполлон и Диана, а когда эти двое перебили всех детей Ниобеи, она окамела от горя…

Здесь некто Провенцан Сальвани, который был горд, держа Сьену в своей крепкой длани, он не успел покаяться, был в бою обезглавлен, его голову насадили на палку и носили в насмешку высоко подняв. Ему бы не место в Чистилище. Но когда-то он сел на городской площади и смиренно просил людей собрать деньги на выкуп его друга из плена. За этот поступок и прощен.

Восхождение с поднятой головой в Круг второй. Вверху ангел. Люди — личинки ангелов. Первая «Р» стерта.

2-й КРУГ. Завистники. Их веки зашиты стальной нитью. Сидят одетые во власяницы, тесно прижавшись к скале и друг к другу. Здесь Каин, Сапия, которая желала дурного окружающим. И многие другие. Еще одна «р» стерта.

3-й КРУГ. Гневливые. Сидят в густом дыму. Данте посещают различные видения: видение дикой ярости толпы, которая забивает каменьями кроткого юношу. Другое видение: жена Писистрата, требующая мести юноше, поцеловавшему ее дочь, Писистрат ее не послушал, и дело кончилось свадьбой. Вывод: кротость гасит огонь гнева.

Вергилий излагает учение о любви как источнике всего. Ангелы стирают еще одну «р» со лба Данте.

4-й КРУГ. Унылые и ленивые (недостаточная любовь к истинному благу). Несутся в вечном непокое. В Чистилище степень греховности соизмеряется не со злом (как в аду), а с добром, т. е. более тяжкие внизу, в начале.

Кто любит зло — желает его другим (гордость, зависть). Кто любит добро, тоже может быть грешником. Унылые просто слабо любят добро. Другие любят добро, но только для самих себя, и неправильно, с перекосами.

Данте видит сон: уродина превращается в красавицу Сирену и обратно — вот она привлекательность порока, т.е. ложной любви.

5-й КРУГ. Скупцы-жадины и расточители (чрезмерная любовь к ложному благу, добру).

Жадность — мать пороков (эгоизм, агрессивность, бездуховность…). Эти рыдают, лежа лицом к земле, не смея двинуться. Здесь Папа Адриан V, французский король Гуго Капет. Происходит землетрясение, сопровождающее очищение от грехов.

Восхождение в следующий круг.

6-й КРУГ. Чревоугодники (исхудавшие до костей, дважды мертвые на вид). Сидят около плодовых деревьев и голодают — не могут дотянуться до плодов. 2-е дерево — отросток райского древа познания: наказание голодом духовным. Есть и такой грех — чревоугодие духа, обжорство духовное.

7-й КРУГ. Сладострастники. Здесь собрались поэты-трубадуры, провансальские куртуазные лирики. Грешники в этом кругу охвачены пламенем и поют, восхваляя воздержание. Они разделены на 2 группы: а) предававшиеся однополой любви; б) не знавшие меры гетеросексуалы.

Данте снятся Лия и Рахиль. Смысл сна: скоро будут важные встречи в Эдеме.

Чтобы пройти в Эдем, надо пройти через стену огня. Данте медлит, он же из плоти и крови. Вергилий говорит: иначе не увидишь Беатриче, но сам не идет, ему нельзя, и он прощается. Данте надевает митру — все «р» стерты, он теперь как бы пророк (поэт-пророк).

Восхождение к Земному Раю.

ЗЕМНОЙ РАЙ ЭДЕМ. Золотой век человечества.

Когда-то здесь обретались Адам и Ева.

После того, как Вергилий оставляет Данте, прекрасная девушка Мательда, Божья мудрость, ведет его к Беатриче. (Тосканская маркграфиня Мательда подарила свои владения римской курии. Многое соединилось в этом образе: Лия, София, Прозерпина (Персефона), Примавера (весна), Джованна — Предтеча. (В «Новой Жизни» Данте говорит о Джованне — предшественнице Беатриче).

В Эдеме лес как рощи в Тоскане. Отсутствуют ветра. Появляется Беатриче, поит Данте водой из Леты, чтоб забыл грехи, поит его водой из Эвнои, чтобы вспомнил все добрые дела.

Данте попадает в царство чистой радости, неиспорченной природы и благого труда («трудов и чистых нег»).

Земной Рай представлен у Данте как область символической герменевтики.

Проходит мистическая процессия: 7 золотых светильников — дары Св. Духа; 7 полос радуги. 24 старца — книги Ветхого Завета; 4 шестикрылых зверя — Евангелия. Они окружают повозку (двуколку), запряженную грифоном (лев с крыльями — символ Христа и его двойной природы). Между крыльями грифона 3 светильника — 3 природы Бога. Правое колесо двуколки — Церковь, 3 женщины танцуют — богословские добродетели: вера, надежда, любовь. Левое колесо — природное начало. Далее Книга деяний апостолов + Книга писаний Павла. Еще 4 старца: ап. Иаков, Петр, Иоанн, Иуда — вернее, их писания. И еще один старец — Апокалипсис.

30 песнь — кульминация

Появляется Беатриче в колеснице и пеняет Данте за измену юношескому идеалу. А ведь он-то думал, что в предательстве не замешан.

31 песнь

Суд Беатриче над Данте, он плачет и теряет сознание, Мательда его подхватывает.

Он видит в глазах Беатриче благословение Христа.

Он открывает красоту ее уст. (Раньше только глаз.) Слезы раскаяния очистили ему глаза, и он теперь может смотреть на солнце. Данте переходит к Беатриче через Лету и забывает плохое.

32 песнь

Древо познания добра и зла засохло. Теперь оно символ империи, олицетворяет юриспруденцию.

Грифон привязывает колесницу веткой к стволу. Дерево расцветает. Дышло и ветка образуют крест — связь Церкви и государства.

На колесницу нападает орел (империя против права и Церкви). Перья падают в колесницу, это богатства, которыми императоры осыпали Церковь. В колесницу пытается проникнуть лиса (ереси). Дракон пробивает дно — он Дьявол и отбивает у Церкви-блудницы (симония и блуд) дух смирения и бедности. Авиньонское пленение пап — похищение Церкви Дьяволом. Церковь стала апокалиптическим зверем.

Данте ждет религиозно-политической революции.

33 песнь Беатриче хочет, чтобы Данте, вернувшись к людям, всё передал, что узнал.

Р А Й (Небесный) — PARADISO

«Там, над звёздною страной, — Бог, в любви пресуществлённый!»

Высшая сила — сила любви. В Небесный Рай без любви не попадешь. Любовь поднимает ввысь. Данте с помощью Беатриче возносится сквозь сферу огня. Возрастает свобода. Тело, очищенное от грехов, легче эфира и потому может летать.

В Раю на определенном этапе теоретическое знание уступает место прямому созерцанию истины. Схоластика уступает место мистике. Зрение Данте обостряется. Каждая ступень восхождения в Раю соответствует новой ступени видения истины. Раньше ослепляла Данте и всё освещала улыбка Беатриче, а теперь — улыбка Б-га. Главная субстанция мира — свет и его превращенные формы.

Paradiso состоит из 9 небес и Эмпирея — первоисточника жизни. Небеса приводятся в движение ангелами.

Вопреки Платону душа не возвращается на ту звезду, откуда когда-то душа ушла, чтобы вселиться в тело, но та звезда влияет на судьбу.

В Раю нет внешности, все скрыты своим внутренним сиянием. Только в Небе Луны души еще похожи на отражения в воде.

Музыка звучит и в Чистилище, но в Небесном Раю она полифоническая.

Первое Небо — Небо Луны

Души находятся не на поверхности планет, а в их тверди. В Луне находятся души монахинь, похищенных из монастырей и насильно выданных замуж. Они не сдержали обета девственности, хотя и не по своей вине… поэтому им недоступны более высокие Небеса. По-видимому, они недостаточно сопротивлялись.

Данте думает о природе лунных пятен.

Второе Небо — Небо Меркурия

Здесь честолюбивые в хорошем смысле слова, такие как император Юстиниан (провел кодификацию Римского права), римские полководцы Помпей, Сципион Африканский, Ромэ де Вильне — министр при дворе графов Прованских (заступил на должность бедным и ушел бедным, сделав много хорошего).

Решается теологический вопрос: зачем Бог послал своего сына страдать — просто простил бы людям первородный грех. — Нет, — говорит Беатриче, — человечество должно искупить свою вину, но оно не способно на это, вот и пришлось Б-гу оплодотворить земную женщину и послать Сына-получеловека пострадать.

Третье Небо — Небо Венеры

Здесь наблюдается круженье светящихся душ любвеобильных в глубине светящейся планеты. Скорость движения этих душ зависит от степени погружения в созерцание Бога.

Четвертое Небо — Солнце

Хоровод блесков — душ мудрецов. О, здесь великие умы: Альберт Великий, Фома Аквинский, царь Соломон, Дионисий Ареопагит, Боэций, Бэда Достопочтенный, Грациан, Петр Ломбардский, Павел Орозий, Бонавентура, Августин, Иллюминат, Иоанн Хризостом — всего 24 мудреца в двух венцах, вращающихся в противоположных направлениях: рационалистическом и мистическом.

Мудрость — цветок, проросший из истинной веры.

Состоялся разговор о Франциске Ассизском и Доминике — основателях знаменитых монашеских орденов.

Фома Аквинский ставит 2 проблемы: 1) почему Соломон мудрее всех людей? 2) всегда ли душа в раю будет заключена в световую оболочку? Вот основные тезисы диспута:

  1. Любая мысль — лишь отраженный свет любви Творца. Непосредственно сам Он создал Адама и Христа, и потому они мудры безотносительно.
  2. А Соломон, когда Б-г сказал: «Проси чего хочешь», сам попросил Его: «Разума!» Поэтому Сам Б-г сделал его мудрым — это исключительный случай.

Соломон — это мудрец на троне — идеал Данте.

  1. Данте осуждает самонадеянность разума, ложное мудрствование, основанное на рационализме, т.е. фактически то, станет позже наукой.
  2. Соломон говорит, что после Суда свет в теле станет слабее, а сила зрения будет больше. Поэтому блаженные души проступят зримыми чертами нового тела сквозь свет.

Рай — это любовь и общение — вот оно блаженство!

Два венца окружаются третьим из новых душ — новый уровень мудрости.

Пятое Небо — Небо Марса

Данте, обретя новый уровень мудрости, возносится на Небо Марса. Здесь воители за веру. Прапрадед Данте воин-крестоносец Каччагвида в виде звезды предсказывает будущее Данте.

Марс когда-то считался покровителем Флоренции, но потом уступил место Иоанну Крестителю. И вот теперь Марс мстит Флоренции, которая погрязает в войнах.

Данте волнует проблема, как совместить свободу воли и всеведение Б-га, т.е. предопределение. За что наказывать грешника, если грех его предопределен? Ответ: Божественное и человеческое — это разные уровни восприятия, у человека есть свобода воли, и он ответствен за свои дела. Бог же предусматривает все возможные события. (Вечно актуальная тема!)

Шестое Небо — Небо Юпитера (белого)

Стаи душ складываются в латинские буквы D I L «Любите справедливость, судящие землю» (изречение Соломона). Потом превращаются в фигуру орла — символ справедливой власти. Эти же буквы — числа 500, 1, 50. Затем М (монархия) = 1000; М перевернутое в W — лилия — символ праведности. Тысячелетнее царство Божие на земле. Зрачок орла состоит из душ дохристианских царей-праведников (орел может смотреть прямо на солнце): Давид, Езекия, Траян, Константин, троянский вождь Рифей, сицилийский король Гульельмо 2.

Орел признает, что хороший индус или перс лучше плохого христианина, но рай открыт только для христан (хороших). Орел: за праведность иноверец может по воле Бога кратко вернуться на землю, уверовать в Христа и спастись, как Траян — легенда, придуманная самим Данте.

«Царство Небесное силою берется» — т.е. Бог бывает побежден верой, надеждой и любовью, и это значит: Он побеждает. Есть диалектика Божьей справедливости и благости. Бог в любом случае выигрывает: если наказан человек — в выигрыше справедливость, если спасен — благость.

Седьмое Небо — Небо Сатурна

Земля отсюда выглядит ничтожной пылинкой. Здесь созерцатели Бога. Много монахов, но только не современных корыстных. Здесь лестница Иакова, соединяющая Небо и Землю, по ней движутся души созерцателей в виде огоньков (Млечный Путь? — Ю.Ш.). Теперь к этой лестнице не подъята ни одна нога, потому что нынешние люди потеряли стремление к Божьей высоте.

Здесь не звучат сладостные песни, как в нижних отделах Рая (вернее, звучат, но их сила так возрастает, что плоть Данте не выдерживает этой мощи), слух смертен, и ум здесь бессилен, остается только созерцание.

Данте родился под созвездием Близнецов, но тайна земного предопределения не открывается здесь ему — для человека это должно оставаться тайной.

Восьмое Небо — Звездное Небо

Космос — это и есть Древо жизни. Иерархия небесных сфер — его крона.

Здесь праведники наслаждаются своим духовным сокровищем. Торжествующие души в виде звезд кружатся в хороводах. Здесь Адам, дева Мария, апостолы.

Адам рассказывает Данте, за что были наказаны первые люди, сколько они были в раю, каким был первый язык. (В Лимбе Адам был 4302 г., жил всего 930 лет, в Замном раю всего 7 часов. Первый язык Адам придумал сам, но он исчез задолго до Вавилонской башни.)

Апостолы устраивают Данте экзамен.

Апостол Петр спросил: в чем сущность Веры?

— Данте: Вера — довод в пользу незримого; смертные не могут видеть того, что здесь, в Раю, но веруют в чудо, не имея доказательств.

— Апостол Иаков: в чем сущность Надежды?

— Данте: Надежда — ожидание будущей славы, от Бога обещанной. — Апостол Иоанн: в чем сущность Любви?

— Данте: Любовь обращает нас к Богу, к слову правды.

Ответы признаны правильными.

По апостолу Павлу, Любовь выше Веры и Надежды: когда придет Спаситель, Вера и Надежда уже не будут нужны.

Апостол Петр высказывает недовольство нынешними римскими папами, его это волнует, ведь они восседают на его престоле.

Девятое Небо — Кристальное Небо, или Перводвигатель

Ослепительная точка — символ Божества. Точку окружает круг огня из ангелов из трех трехчастных сонмов. Здесь малое больше великого. Точка больше мироздания. Близь и даль видны одинаково.

Беатриче объясняет: ангелы — ровесники мироздания. Их вращение — источник всякого движения.

Э М П И Р Е Й

Лучезарная райская роза

10-е Небо — невещественная обитель Бога, ангелов и блаженных душ. Выглядит как сияющая река. Вокруг светоносного круга — ступени амфитеатра, подобного розе. Здесь восседают достигшие райского блаженства, но места почти все заполнены, ныне человечество испорчено, и скоро конец света.

Беатриче заняла свое место в небесном амфитеатре.

В середине амфитеатра сидит Дева Мария и всем улыбается (только Христос и Мария здесь имеют тела, т.к. вознеслись живыми). Напротив Марии сидит Иоанн Креститель, левее Адам, правее — Петр. Здесь Ева, Рахиль, женщины, верившие в Христа грядущего, женщины, верившие в Христа пришедшего, божьи слуги: отцы Церкви, Франциск, Бенедикт, Августин, души младенцев, мать Богородицы Анна, Лючия, Моисей, апостолы. Все ждут 2-го Пришествия Христа.

Святой Бернард молит Пречистую Деву дать возможность Данте узреть Божественный лик, и Мадонна наделяет его такой благодатью.

Данте смотрит вверх — на Свет Неизреченного. Круг Бога единого (Троица): Бог-сын — отражение Бога-отца; Бог-дух — пламя. Роза цветет и распускается. Данте испытывает экстаз, и его посещает озарение:

Здесь изнемог высокий духа взлет;
Но страсть и волю мне уже стремила,
Как если колесу дан ровный ход,
ЛЮБОВЬ, ЧТО ДВИЖЕТ СОЛНЦЕ И СВЕТИЛА.

Share

Юрий Шейман: «Из искры возгорится пламя», или «Божественная комедия» Данте: 1 комментарий

  1. Б.Тененбаум

    Этот текст, конечно, сильно выше моей головы. Читать интересно, но не справляюсь. Потребует времени и усилий …

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

(В приведенной ниже «капче» нужно выполнить арифметическое действие и РЕЗУЛЬТАТ поставить в правое окно).

AlphaOmega Captcha Mathematica  –  Do the Math